Место твое впереди - Николай Ивушкин

— Двадцатого мая меня вдруг разбудили, за шиворот, как вора, вытащили из дому и бросили в крытую машину. Нас собрали сорок мальчиков и под охраной пятнадцати солдат повезли незнамо куда. Дорогой не давали есть. Через три дня прибыли мы в какую-то деревню. Там нас заперли в сараях. Ежедневно в четыре утра всех выводили на работу, заставляли выравнивать дороги, выкорчевывать пни, а девочек — копать грядки. Шапки носить не разрешали, солнце сильно пекло, и из носа у меня шла кровь. Кормили так: два раза в день постный щавельный суп и пятьдесят граммов хлеба. Многие плакали. За слезы сажали в холодный погреб... Одиннадцатого июля я, Коля и Ваня Попович сделали в сарае подкоп и бежали. Шли мы ночью, а днем прятались в деревнях у добрых людей...

Некоторые дети через местных жителей присылали письма. Нам показали письмо двенадцатилетней девочки Ларисы Чечет. «Дорогие родители, — писала она, — нас завезли в Капоткеничи и посадили за проволоку. Там таких же детей очень много. Говорят, нас повезут в Брест. Очень трудно подумать, что я вас больше не увижу. Не знаю, я, видимо, не выдержу, погибну. Целуйте за меня девочек и всех. До свиданья».

В числе бежавших из фашистского лагеря, расположенного под Бриневом, была восьмилетняя девочка Маша Евменова... С радостью я воспринял весточку о том, что в семидесятые годы Мария Демьяновна Евменова была избрана секретарем Петриковского райкома партии.

Страшных дел гитлеровцев на белорусской земле не перечесть.

В октябре 1942 года в селе Березняки Петриковского района гитлеровец — начальник биржи, — перепившись вдрызг, застрелился. В его смерти обвинили жителей села. Палачи из отряда СС, прибывшие на место происшествия, согнали всех крестьян деревни на площадь и тут же расстреляли из пулемета. Трупы погибших бросали в колодцы. Случайно уцелевших заперли в сарай и сожгли. Из всего села удалось спастись лишь восьми жителям...

У въезда в Петриков агитатор нашего политотдела капитан Иван Корнеевич Марченко выставил большой плакат:

«Воин Красной Армии!

Посмотри на эти развалины. Здесь был цветущий город Петриков. Во время оккупации гитлеровцы сожгли более трехсот жилых домов, все школы, кинотеатр, учреждения. Они взорвали судоремонтные мастерские, расстреляли сотни ни в чем не повинных мирных жителей города, а многих, в том числе детей, угнали в лагеря.

Воин Красной Армии! Отомсти насильникам и убийцам!

Смерть немецким оккупантам!»

Теперь в Петрикове возвышается памятник воинам 55-й стрелковой дивизии и Днепровской военной флотилии, погибшим при освобождении Петриковского района от немецко-фашистских захватчиков. Мне и полковнику Ф. М. Еровому выпала честь по приглашению Петриковского райкома партии присутствовать на открытии памятника.

...Части дивизии продолжали наступление в направлении населенных пунктов Капцевичи, Бринев, станции Старушки. 2-й бригаде речных кораблей полковник Шмыглев поставил задачу продвигаться по реке Припять, прикрывая открытый левый фланг дивизии, и овладеть крупным населенным пунктом Дорошевичи. Для совместных действий с моряками комдив выделил учебную роту в составе 70 человек, усилив ее командой саперов. 1 июля эта десантная рота во главе с капитаном А. К. Андреевым погрузилась на катера. Наступление ширилось. Одни опорные пункты брали штурмом, другие обтекали, оставляя в нашем тылу. Гарнизоны их были обречены и вскоре складывали оружие.

Однажды, находясь в 107-м полку, я услышал, что офицеры зовут командира батареи Михаила Алексеевича Малафеева комбатом-75.

— Почему? — заинтересовался я.

— Так ведь он захватил вражескую семидесятипятимиллиметровую батарею и командует ею...

Дивизия наступала на широком фронте с открытыми флангами. Соседи слева и справа находились на значительном расстоянии от нас. В этих условиях надо было проявлять особую бдительность. Командир дивизии решил держать во втором эшелоне один стрелковый полк и отдельный истребительный противотанковый дивизион как подвижный противотанковый резерв. Кроме того, был сформирован кавалерийский эскадрон из 50 всадников под командованием опытного кавалериста старшего лейтенанта Пьяных. Подчинили эскадрон начальнику разведотделения штаба дивизии капитану Кузнецову. Кавэскадрон вел разведку на флангах дивизии, его полковник Шмыглев использовал для управления частями.

От местных жителей мы узнали о том, что в деревнях Каменка, Рубча и Оголицкая Рудня фашисты устроили концлагеря, где находятся тысячи советских людей. Шмыглев сразу же распорядился направить дивизионную разведку, кавалерийский эскадрон и одно подразделение 107-го полка в тылы противника, чтобы, нанеся внезапный удар по врагу, освободить заключенных. Надо было спешить. Каждый час промедления мог оказаться роковым. Отступая, фашисты, как правило, очищали лагеря: заключенных или вывозили в Германию, или расстреливали на месте.

Удар наших подразделений был стремителен. Свыше 5000 человек было освобождено из лагерей, среди них старики, женщины, дети.

Сильное сопротивление гитлеровцы оказали частям дивизии на промежуточном рубеже восточнее населенных пунктов Бринев и Капцевичи. При поддержке трех танков и самоходного орудия они перешли в контратаку. Населенный пункт Капцевичи дважды переходил из рук в руки. Особенно отличились в этом бою воины 107-го полка. Красноармеец Герасименко вызвался уничтожить вражеский пулемет, появившийся на фланге 1-го батальона. Прикрываясь кустарником, он незаметно подполз к пулемету и швырнул гранату. Уничтожены вражеские пулеметчики. Гитлеровцы пытались схватить отважного воина. Но он из автомата уничтожил еще несколько фашистов. А первым ворвался в Капцевичи командир 2-го отделения 2-го батальона 107-го полка сержант Леонид Гаврилович Ефименко.

Вскоре бои развернулись за Бринев и Дорошевичи. Серьезное положение создалось в 107-м полку. 1-й батальон оказался в полуокружении, но удерживал захваченный рубеж. Комбат капитан Турчанинов, раненный, продолжал руководить боем. Командир 2-й батареи артполка капитан Лимонов, поддерживавший батальон, поставил все орудия на прямую наводку и в упор расстреливал наступающую пехоту противника. На прямую наводку выкатил орудия и командир батареи капитан Ушаков. Враги наседали на огневые позиции. Бесстрашным и умелым артиллеристом показал себя в этом бою наводчик Александр Чуприянов. Командир орудия был убит, заряжающий и подносчик снарядов ранены. Оставшись один у орудия, Чуприянов подносил снаряды, заряжал, наводил орудие и стрелял. Отважно действовал командир орудия сержант Николай Сараев. Метким выстрелом в башню он вывел из строя самоходное орудие «фердинанд».