Место твое впереди - Николай Ивушкин

Я уже говорил, что в 1929 году меня избрали секретарем Рязанского окружного комитета комсомола. Расставаться с электрозаводцами было тяжело, но ребята обещали не забывать, помогать в работе. И свое слово они сдержали. Во время коллективизации, в порядке шефства города над деревней, Электрозавод прислал в Рязанский округ бригаду комсомольцев. Возглавлял ее Степан Крысов. Личным примером трудовой доблести увлекал он юношей на большие дела во имя укрепления смычки города с деревней.

А весной 1933 года мы снова встретились со Степаном Ефимовичем. На сей раз в» Новодеревенской МТС. Сюда меня направил Центральный Комитет партии. Степан Ефимович был назначен директором Новодеревенской машинно-тракторной станции, а я — начальником политотдела.

В 1935 году вместе с большой группой партийных и хозяйственных работников нас с С. Е. Крысовым послали во вновь созданную Калининскую область. Вначале Степан работал в областном комитете ВКП(б), а затем его избрали секретарем Луковниковского райкома партии, а я в это время был секретарем Ржевского горкома партии. Совместная партийная работа еще больше укрепила нашу дружбу.

С калининцами, друзьями и товарищами по партийной работе, по злой воле клеветников мне пришлось расстаться в 1938 году. Наступило время испытания прочности и искренности дружбы с теми, с кем я работал. Степан Ефимович был среди тех, кто не отмежевался от меня, кто смело выступил против клеветников. Тогда, в тридцать восьмом, для этого надо было обладать кристальной партийной чистотой, принципиальностью и большим мужеством.

Осенью 1939 года мы вместе со Степаном поступили учиться в Промышленную академию. А 23 июня 1941 годи он провожал меня на фронт. Это была наша последняя встреча. Вскоре и Степан оказался на передовой линии огня. Он, как и я, был секретарем партбюро полка. Опыт партийной работы, накопленный в мирные дни, позволил нам с начала войны влиться в ряды политработников, найти свое место в общей борьбе с фашистами.

Со дня гибели Степана Ефимовича прошло более четырех десятилетий. Но он и сейчас перед моим мысленным взором как живой. Высокий, светловолосый, с немного скуластым лицом, смотрит в упор своими голубыми добрыми глазами. Память моего сердца навсегда запечатлела его образ...

9 июля вместе с командиром и комиссаром бригады мы выехали к командующему 11-й армии генерал-лейтенанту Василию Ивановичу Морозову. У него мы застали командиров, комиссаров и начальников политотделов всех соединений армии. Я увидел командарма впервые. Уже немолодой, но энергичный, подтянутый, лаконичный в разговора, он произвел на меня очень приятное впечатление.

Развернув топографическую карту, командарм ознакомил нас с замыслом предстоящей наступательной операции. Своими основными силами 11-я армия должна наносить удар по рамушевскому коридору с севера на юг, а 1-я ударная армия ударит по гитлеровцам с юга на север. Главная цель операции — разобщить демянскую группировку противника со старорусской группировкой.

Командующий строго предупредил о том, чтобы подготовка к наступлению держалась в секрете.

Нас всех тогда тревожила военная обстановка, сложившаяся на юге страны. Красная Армия, как и в 1941 году, одна несла всю тяжесть войны против гитлеровской Германии. Пользуясь тем, что второй фронт в Европе не открыт, немецко-фашистское командование сосредоточило против советских войск главные силы и наращивало удары на южном участке фронта.

В беседах с красноармейцами, сержантами и офицерами мы не раскрывали сроки и замыслы предстоящей наступательной операции 11-й армии, но призывали их быть готовыми оказать помощь войскам Красной Армии, сражающимся на юге страны. Воспитанию наступательного порыва у воинов мы подчинили политинформации, коллективные читки газетных материалов. Этому же вопросу были посвящены партийные и комсомольские собрания в подразделениях.

12 июля командир бригады получил боевое распоряжение: сменить 874-й полк 282-й стрелковой дивизии, занимавшей оборону на участке Никольское, Безымянный Ручей (в одном километре севернее Голубово). Это означало, что из второго эшелона бригада переключается в первый. Посоветовавшись в политотделе, мы решили во всех батальонах, дивизионах и спецподразделениях провести митинги. Командир и комиссар бригады одобрили наше предложение. Условились, что на митинг в 1-й батальон пойдет командир бригады, в 3-й батальон — комиссар, в 4-й — начальник штаба.

Во 2-й батальон пошел я. Вечером 12 июля на большой лесной поляне выстроились все подразделения. Митинг открыл комбат капитан Михаил Тихонович Князев. Первое слово он предоставил комиссару батальона. Старший политрук Шайхулла Хабибуллович Чанбарисов взволнованно говорил о революционных и боевых традициях народов нашей страны, о древних новгородских землях, с которыми связаны истоки Русского государства, о ратных подвигах наших предков, которые под предводительством Александра Невского на Чудском озере наголову разбили немецких псов-рыцарей.

— Не посрамим же и мы земли русской, отомстим фашистам за все их злодеяния!

Эти слова комиссар произнес отрывисто, горячо, и он» прозвучали как пламенный призыв насмерть разбить гитлеровских захватчиков.

— История нашей Родины, история всех войн прошлого, — сказал Чанбарисов, — знает немало примеров героических подвигов солдат и офицеров. Но никогда еще героизм не был таким массовым явлением, каким он стал в Красной Армии в нынешнее тяжелое для нашего Отечества время. В огромном количестве ратных подвигов советских воинов воплотилась духовная мощь народов СССР, их морально-политическое единство. Будем же множить славные боевые подвиги многомиллионного и многонационального советского народа!

— У нас в бригаде служат воины различных национальностей — русские и украинцы, белорусы и татары, казахи и башкиры... Они по-братски относятся друг к другу, живут едиными помыслами — храбро сражаться за честь, свободу и независимость социалистической Отчизны, — заявил на митинге красноармеец Михаил Кожухов.

Яркими были также выступления лейтенанта А. И. Артюхова, сержанта И. Н. Потеряева и других воинов. Все они заверили Коммунистическую партию и Советское правительство, что не пожалеют своих сил, а если потребуется, то и жизни во имя победы над врагом.

После митингов части бригады вышли на марш. В ночь на 14 июля два наших батальона сменили 874-й полк 282-й стрелковой дивизии.

Перед бригадой находился противник, сильно укрепивший оборону в районе Туганово, Голубово, высота Огурец, которая господствовала над окружающей местностью.

Чтобы взломать эту оборону, требовалось прежде всего тщательно разведать силы противника, вскрыть его огневую систему. Но штаб 11-й армии предупреждал командование бригады: поисковых разведывательных групп не создавать, разведку боем не вести. Больше того, нам не разрешили сменить боевое охранение 874-го полка. Все это мотивировалось необходимостью сохранить скрытность смены частей.