Бандитский Петербург. 25 лет спустя - Андрей Константинов

Конечно, правоохранительные органы так не будут считать, и смешно было бы обращаться в милицию по этому поводу. Националистических лозунгов никто не выкрикивал, и конкретных угроз не было. Но, тем не менее, такого рода вещи заставляют нас более внимательно относиться к своей работе. Хотя нас не может не радовать то, что мы попадаем в болевые точки, а следовательно, работаем не впустую. Кстати, мы можем разговаривать абсолютно нормально со всеми участниками этих рейдерских процессов, наш телефон известен всем. Другое дело, что заинтересованная сторона всячески уклоняется от цивилизованных контактов и, видимо, предпочитает формат подходов в ночное время у подъездов.

Впрочем, говорить, что мы из-за всего этого находились в растерянности, было бы неправильным. И практика противодействия у нас имелась. В общем и целом мы давно не склонны драматизировать то, что происходит. К тому же угрозы не поступают тем журналистам, которые работают неинтересно. А у тех, кто интересен, рано или поздно что-то подобное случается.

Тем временем противодействие вульгарным рейдерским нападениям на уровне чиновников и силовиков шло мучительно и со скрипом. Тем не менее государственная машина постепенно набирала обороты, и в какой-то момент кривая захватов поползла вниз. Согласно отчетам УБЭП ГУВД, «в 2007 году более чем в 2,5 раза сократилось количество выявленных преступлений данной направленности: с 50 в 2006 году до 16 в 2007 году, а за 2008 год зарегистрировано всего 8». В результате 49 человек, имеющих отношение к тамбовскому ОПС и лично к Кумарину (Барсукову), были привлечены к уголовной ответственности, из них 15 человек арестовано, а 9 объявлено в розыск. Другая авторитетная бизнес-группа, Андрея Леухина по прозвищу Медведь, оказалась в изоляции в составе 13 человек вместе со своим лидером. Единственным из активных рейдеров, избежавшим ареста, является Михаил Слиозберг, который ныне числится вроде как в международном розыске, но при этом спокойно проживает в Израиле. Откуда дает интервью сотрудникам АЖУРа.

Как утверждают внутриведомственные документы ГУВД, «в настоящее время можно говорить о том, что явление „классического“ рейдерства, то есть захват субъектов предпринимательства сторонними лицами, как вид криминального бизнеса на территории региона утратило первоначальный масштаб и занимает весьма незначительный сегмент в массиве преступлений в сфере экономики…».

В период 2005–2009 годов было возбуждено свыше 110 уголовных дел по эпизодам рейдерских захватов, попавшим в поле зрения правоохранительной системы. Однако точки над «i» в них еще не расставлены. Далеко не всем виновникам этих захватов вынесены приговоры, и далеко не вся незаконно отчужденная собственность вернулась к прежним хозяевам. А значит, окончательное подведение итогов этой войны еще впереди…

Мой хороший приятель, профессор Вадим Волков, считает: во многих смыслах рейдерство было обусловлено коррупцией, и нынешний спад этой волны связан с тем, что в какой-то момент государство энергично начало преследовать рейдеров. В 2005 году Министерство экономического развития занялось подготовкой всякого рода поправок в различные законы, которые затрудняли бы рейдерство. Кроме того, в юридических сообществах, в государственных органах пусть не сразу, но возникло понимание, кто конкретно регулярно задействован в рейдерских захватах. И началось определенное противодействие, потому что стало понятно, против кого нужно работать.

Словом, рейдерства в том виде или по тем схемам, которые существовали в 2005–2006 годах, к настоящему времени больше нет. Но это вовсе не означает, что права собственности надежно защищены. Просто возникли другие формы, теперь это смесь легальных и полулегальных методов отъема чужой собственности. «Это такая игра, когда рейдеры находят новые лазейки и способы в законе, какое-то время используют их, потом неуклюжая правовая система через несколько лет реагирует и закрывает эти дырки, — считает профессор Волков. — Так, например, в 2002 году был принят новый закон о банкротствах, потом были еще поправки. Но рейдерство на этом не закончилось, будут изобретаться новые способы. Сейчас рейдерство происходит всегда с привлечением государственных органов, и поскольку коррупция как таковая у нас еще не побеждена, а правовая система работает неэффективно, то наверняка найдутся лица, которые захотят заняться рейдерством».

Кумарин и время

11 марта 2009 года Кубышевский суд Петербурга вынес постановление о переносе в Московский городской суд процесса по делу Владимира Барсукова (Кумарина), которого Генпрокуратура вместе с рядом других фигурантов обвиняет в рейдерском захвате универсама «Смольнинский», ресторана «Петербургский уголок» и легализации средств, полученных преступным путем. Суд мотивировал это решение тем, что поскольку самого подсудимого в Петербург доставить нельзя («в связи с тем, что с ним проводятся следственные действия по другому делу в Москве»), то процесс лучше перенести в столицу.

Незадолго до принятия такого решения со схожими пожеланиями выступили и представители обвинения, мотивация которых носила легкий налет сенсационности: дескать, криминальные лидеры Петербурга и Ленобласти планируют организацию попыток срыва судебного процесса — вплоть до физического устранения подсудимых, а посему для Барсукова будет лучше, если его дело станет слушаться на территории Москвы. А еще раньше не менее сенсационно прозвучало заявление главы СКП Александра Бастрыкина о том, что Барсуков пытался скрыться из-под стражи, и сей прискорбный эпизод теперь также является предметом разбирательства. Словом, образ «ночного губернатора» неуклонно продолжал демонизироваться, и на этом фоне столь же неуклонно продолжало расти количество вменяемых ему преступных эпизодов…

В последнее время мне, как своего рода «эксперту по тамбовским»… Это, кстати сказать, совершенно отдельная, требующая от меня порой немало нервных затрат тема. Дело в том, что существуют отдельные личности, которые отчего-то искренне считают — если у тебя есть контакт с представителями организованной преступности, значит, ты каким-то образом ангажирован той стороной, значит, у тебя какие-то обязательства и так далее… Мне неоднократно говорили, что я воспеваю преступный мир. Я столь же неоднократно утверждал обратное. Преступность — она и есть преступность. И она остается ею даже в тех случаях, когда я в своих публикациях, книгах, сценариях показываю, какие неординарные, какие интересные персонажи порою оказываются там волею судьбы или волею, извините, государства. И обсуждать здесь особо нечего! Я никогда не писал, что все бандиты исключительно плохие, а все менты — исключительно положительные. Они все и всегда разные, в этом и заключается поиск правды жизни. Иначе — сироп и фальшь…