Книга о судах и судьях - неизвестен Автор

- Что ты имеешь к этому человеку? - спросил он мулазима.

- Эфенди, утром я принес ему гуся и попросил поджарить. А теперь он мне говорит, что гусь улетел. Я требую, чтобы он вернул мне моего гуся.

Анастратин открыл книгу, долго листал страницы и наконец прочел, что такие чудеса действительно случаются раз в сто лет. А со времени, когда чудо произошло в последний раз, прошло именно сто лет. Потерявший гуся таким образом блажен, ибо гусь этот полетел прямехонько в рай и там будет поджидать своего владельца.

Услышал это мулазим и, сияя от радости, удалился.

Пришла очередь еврея с выбитым глазом.

- Эфенди, - сказал он, - этот человек выбил мне лопатой глаз.

Анастратин вновь принялся листать свою книгу и объявил, что истец вправе теперь поступить с обидчиком так же, как тот с ним. Но поскольку, согласно книге, глаз турка равноценен двум глазам еврея, надо, чтобы хозяин харчевни сначала выбил истцу второй глаз, а он в ответ выбьет ему один.

Не успел ходжа закончить свой приговор, как еврея уже и след простыл.

Третьим заговорил муж женщины, у которой случился выкидыш. По этому поводу книга гласила, что хозяин харчевни должен сделать этой женщине нового ребенка. Разумеется, и третий жалобщик предпочел удалиться ни с чем.

Наконец, заявил свой иск брат убитого менялы. И для него ходжа нашел в книге приговор: пусть он расправится с хозяином харчевни таким же образом, а именно - заберется на минарет, велит виновному усесться внизу, а сам прыгнет на него сверху и убьет.

Когда и этот поскорее пустился наутек, хозяин харчевни стал благодарить ходжу - и тут-то вспомнил его слова, что лучше иметь в друзьях кади, чем мулазимаclxxii.

Греческая, 164, 515

225. Суд над Бирбалом

Однажды в беседе с падишахом Бирбал сказал:

- Владыка мира! Ежели я когда провинюсь, то пусть меня судят люди, которых я сам назначу.

Падишах согласился.

Рад был визир, крепко верил он слову падишаха.

Вскорости падишах осерчал за что-то на Бирбала. Решил он визиря наказать наложить на него штраф в несколько тысяч рупий. Проведал Бирбал о замысле падишаха и все загодя обдумал.

Зовет падишах Бирбала на суд.

- Бирбал! Недостойно ты поступил, и будет тебе за твою вину наказание денежный штраф.

Бирбал не стал отпираться, повинился.

- Ну раз ты и сам признаешь свою вину, я накажу тебя непременно.

- Владыка мира! Сами вы не можете меня наказать, - напомнил Бирбал. Придется вам позвать судей, которых я назначу.

- Ладно. Выбирай пятеркуclxxiii, и я велю им судить тебя. Что они ни решат, я наперед согласен.

- Моими судьями будут пятеро чамаровclxxiv. Я приму от них любое наказание.

Удивился падишах.

- Как! Разве могут вершить суд такие низкородные люди?! Почему ты не выбираешь ростовщиков, торговцев?

Но Бирбал стоял на своем: пусть судят чамары.

Созвали во дворец чамаров - пять старшин из пяти деревень. Падишах растолковал им, в чем Бирбал провинился, и велел его судить. Бедняги не ждали такой великой чести, обрадовались несказанно.

Стали судьи совет держать.

- Ну, други, - говорит один чамар, - Бирбал нас всегда гнет и мнет, как его душе угодно, а нынче он к нам в руки попался. Надо его так проучить, чтобы вовек не забыл.

- Присудим ему заплатить семь двадцаток да еще одну десяткуclxxv сверх того, - молвил другой чамар.

- Эка ты куда хватил! - с опаской сказал другой судья. - Да ведь его хозяйство прахом пойдет, пустим человека по миру. На нашей совести будут слезы его детей. По мне, так хватит с него и пяти двадцаток.

- Вах! Вот так пожалел! - подивился третий судья. - Да разве ж это мало?! Где он возьмет такую уйму денег? И три двадцатки - целая мошна. Коли нет вашего согласия, то накиньте еще десятку. И такие-то деньжищи отдать, поди глаза на лоб полезут.

- Не согласный я с вами. Поменьше присудить надо, - сказал четвертый чамар.

Пятый судья поддакнул четвертому. Спорили они, спорили и порешили: пусть Бирбал заплатит две двадцатки и сверх того еще десятку.

Потом старший из судей почтительно сложил руки и промолвил:

- Защитник бедных! Мы долго думали, держали совет промеж себя и в один голос порешили это дело. Коли приказать соизволите, то я оглашу приговор.

Падишах приказал огласить приговор.

- Благодетель наш милостивый! Велика вина господина визиря, и кара поделом быть должна - тяжкая. Мы и присудили ему кару - вовек не забудет: две двадцатки и сверх того десятку. И срок уплаты - одна неделя. Нелегко будет Бирбалу справиться с таким бременем, потому да будет наш взор к нему милостив.

Падишах в душе хвалил Бирбала за ум и хитрость. Отпустил он чамаров и, усмехаясь, пошел к Бирбалу. Взглянул на него и вдруг расхохотался. Гнева как не бывало. "Назначенную чамарами кару - пятьдесят рупий - бери не бери, все одно", - рассудил падишах и простил Бирбала.

В глазах падишаха провинность визиря была очень велика, а такие-то деньги для обоих были мелочью. Другое дело - бедные чамары. Они на тысячи и считать-то не умели. Как чамар ни трудись, как ни ломай спину, а больше чем сорок-пятьдесят рупий за год не соберет. По своим доходам они и счет ведут. Об этом-то и подумал Бирбал, когда назначал чамаров своими судьями.

Индийская, 48, 222

226. Черепаха и обезьяна

Был жаркий полдень. Солнце палило вовсю. Звери искали прохлады у воды.

На берегу реки, в тени большого дерева черепаха и обезьяна вели неторопливую беседу о временах минувших, нынешних и грядущих. Вдруг они увидели, что по воде плывет банановое дерево.

- Как ты думаешь, - сказала обезьяна, - не достать ли нам это дерево и не посадить ли его? По-моему, это было бы неглупо.

- А ты умеешь плавать? - спросила черепаха.

- Я-то не умею, зато ты умеешь.

- Что ж, - сказала черепаха, - я выловлю дерево. Только давай мы его разделим. Я хочу, чтоб моя была верхушка, с листьями.

Обезьяна согласилась. Но когда дерево вытащили на берег, всю верхушку с листьями она забрала себе. Черепахе остались одни корни.

Что ей было делать? Не драться же с обезьяной! Взяла черепаха свою долю, отнесла корни в лес и там их посадила. Прошло немного времени, и из них выросло целое деревце с гроздьями спелых бананов. А у обезьяны, конечно, ничего не выросло.

Узнала обезьяна, что у черепахи созрели бананы, и пришла к ней.

Черепаха говорит:

- Если ты залезешь на дерево и сорвешь мне бананы, я дам тебе половину.

- С удовольствием, - ответила обезьяна, и в ту же минуту была уже на верхушке. Там она быстро оборвала бананы и стала их есть, а черепахе вниз бросала одну кожуру. Бедняга не знала, как ей и быть. Не могла же она вскарабкаться наверх!

- Вот что я сделаю, - сказала она себе наконец. Нашла несколько острых палок и воткнула их в землю вокруг бананового дерева. А потом как закричит:

- Охотники! Охотники идут!

Обезьяна испугалась и спрыгнула вниз, прямо на острые палки. Палки вонзились в ее тело. Тут ей и конец пришел.

Черепаха освежевала обезьяну, мясо завялила и продала его другим обезьянам, жившим по соседству. Но оказалось, что тут она допустила промашку: кусочки обезьяньего меха попали в мясо, и обезьяны сразу догадались, что это мясо одного из их собратьев. Схватили они черепаху и повели к своему вождю.

Вождь обвинил черепаху в убийстве и устроил над ней суд. Когда вина черепахи была доказана, обезьяны стали думать, какую ей учинить казнь.

- Сжечь ее! - сказал вождь обезьян. Но хитрая черепаха ответила:

- Огонь мне не страшен. Видите красные следы на моей спине? Отец много раз бросал меня в огонь, а мне хоть бы что.

- Что ж, раз огонь не может причинить ей вреда, - сердито сказал вождь обезьян, - разрежем ее на куски.

- Это для меня не наказание, - ответила умная черепаха. - Посмотрите, моя спина вся в рубцах. Отец сколько раз хотел меня разрезать!

- Как же с ней быть? - задумались глупые обезьяны. Наконец самая сообразительная из них придумала:

- Давайте утопим ее в озере!

Черепаха, услышав это, обрадовалась: ведь вода ей была не страшна. Но она ничем не выдала своей радости, притворилась испуганной и стала умолять обезьян, чтобы они не бросали ее в озеро. А сама думала: "Ловко я обманула этих глупых обезьян!"

Те тотчас потащили ее к озеру и бросили в воду. Черепаха нырнула, но тут же высунула голову из воды и громко рассмеялась.

Так благодаря своему уму она спасла себе жизньclxxvi.

Пампанго, 148, 360

227. Спор глухих

Когда-то жили в одной деревне четверо глухих. Один из них был сборщиком пальмового сока, второй пастухом - пас коз, третий торговал солью, а четвертый был старостой.

Однажды пастух потерял свое стадо. Он искал его всюду, ходил по окрестностям и забрел в пальмовую рощу. Огляделся вокруг - у кого бы спросить - и тут увидел на вершине пальмы человека, собиравшего пальмовый сок. Пастух крикнул ему:

- Эй, друг, не поглядишь ли ты с пальмы, куда забрели мои козы?

- Если ты ищешь мою тещу, - ответил на это сборщик пальмового сока, - иди на восток.