Грязная Земля. Книга 1 - Юрий Викторович Окольнов

И мэр не смог на неё разозлиться. Но и соглашаться, конечно, не стал. На него накатило желание поиронизировать над красивой, но глуповатой женой:

– Ты же понимаешь, что это тот пацан, что на моего Пашку сегодня наехал?

Василий иронично смотрел на Кристину. А та захлопала глазами и приоткрыла рот:

– Ой. Что, правда? Я тогда фамилию не запомнила…

– Ты у меня, конечно, красотка, но дура дурой, – вздохнул мэр.

– Главное – что ты меня любишь!

Кристина прижалась к мэру грудью и заглянула близко в глаза. Преданно и страстно. А тот приобнял её волосатой рукой и потрепал по спине.

– Люблю, – согласился мэр, вздохнув. – И если бы это был твой внук – я бы его простил…

И он заржал. Кристина нахмурилась:

– Эй, ну нельзя про возраст шутить!

– А вот внук какой-то грязной узбечки…

Мэр почесал подбородок. Его лицо стало чуть брезгливым, а голос серьёзным и чуть снисходительным:

– Кто они тебе? Зачем ты за них вписываешься? Они же мусор, рабы. Мы их пачками завозим. Как оптовый товар. Завезли вагон таджиков и раздали на стройки…

– Она моя хорошая знакомая из прошлой жизни, – обтекаемо сформулировала Кристина. – И они давно в России, уже как местные. Внук её хороший мальчик, отличник. Никого не задирает, послушный работник…

– Намекаешь, что он нам ещё пригодится? – улыбнулся мэр.

– А почему нет? – захлопала ресницами Кристина. – Ты же сам говорил, надо создавать должников, заводить связи…

– Говорил, надо, – вздохнул мэр. – Да только не с быдлом.

Он уже принял для себя решение:

– Простить я его не могу, сама понимаешь. Скажи своей старушке-уборщице, что без наказания внук не уйдёт. Как минимум – в тюрьму на месяц-другой. Посидит, подумает на кого тявкать. И это я ещё к нему мягко. Тебе услугу делаю. Цени!

Кристина слушала всё это с грустным лицом, а мэр улыбался, благодушно подчёркивая свою доброту и благородство.

– Ну а потом пусть учится хорошо – возьмём его в фирму геологом, нефть для нас искать в Сибири. Договорились?

Кристина закусила губу.

Миртрума и торг

Напряжение сводило мышцы Рафика и мешало ему сфокусироваться на чём бы то ни было, кроме мыслей о тюрьме. Некоторое время он держал невозмутимое азиатское лицо, и внимательные взгляды Миртрумы не могли проникнуть сквозь броню. Но потом он налил себе ещё немножко чаю, а чайник задребезжал о чашку. Руки Рафика дрожали.

Миртрума поняла глубину его напряжения, положила руку ему на руку и начала медленно дышать, глядя ему в глаза. Рафик ощутил, что его дыхание тоже потихоньку успокаивается и сердце замедляет бег.

Тишину разорвал телефонный звонок. Рафик вздрогнул. Сердце опять затрепыхалось.

Офицер чертыхнулся и вытащил мобильник:

– Алло?.. Да, товарищ подполковник!.. Да, задерживаемся… Всё нормально, приняли, уточняем ситуацию, сортируем… Сопротивление? Не было сопротивления, я даже сомневаюсь, что это наш клиент… Вещдоки? Ничего не нашли… Хорошо искали, товарищ подполковник! Может, всё же, не наш клиент?… Да, товарищ подполковник, я помню, как важна эта операция. Всё будет в лучшем виде!… Да… Да… Разрешите выполнять?

Офицер положил трубку и напряжённо уставился на Миртруму:

– Если сейчас мэр не передумает, у нас всех будут проблемы. Я попытался с подполковником промониторить на предмет отпустить – но тот давит.

Миртрума глянула на Рафик и вздохнула:

– Рафик, я уверена, что жена мэра нам поможет, но я не могу оценить сроки. Я предлагаю, чтобы никто не пострадал, потихоньку изображать арест. Я уверена, что даже если ты побываешь в милиции, то тебя можно будет вытащить без последствий. Когда мэр позвонит.

– Если он позвонит, – через силу улыбнулся Рафик.

– Я всё для этого сделаю, обещаю, – Миртрума сжала его ладонь двумя руками. – Я тебя не брошу. Верь мне.

– Спасибо, бабушка-джан, – к горлу Рафика подступил комок, а к глазам – слёзы.

Офицер встал и понимающе отвернулся.

– Ладно, пойдём потихоньку на выход. – сказал он, чуть подождав. – Спасибо за понимание, Миртрума.

– Береги его там, Валентин Артурович, – серьёзно сказала Миртрума.

– Обещаю. Ну, пойдём! Наручники одевать не буду, но и ты не дёргайся, хорошо? А то ребята могут не так понять.

– Хорошо, – пробормотал Рафик. – Прощайте, бабушка.

– Не прощайте, а до свиданья! – всплеснула руками Миртрума. – Ты словам цену знай! Учишь вас, учишь…

Рафик вздохнул, встал, и офицер повёл его за плечо на выход.

***

Кристина закусила губу.

Если Рафик и правда станет наследником Миртрумы – то он будет нужен Кристине. И нужны будут хорошие отношения с ним. Ты ведь не захочешь лечиться у врача, который тебя невзлюбил. Ты не захочешь брать лекарство у ведьмы, которая имеет на тебя зуб.

Придётся открыть больше правды. Главное – не слишком много:

– Подожди, – решилась она. – Тут такая штука. Эта бабка… Она – ведьма…

– Мэр громко заржал. Его аж на слезу пробило! Он ухахатывался, а Кристина угрюмо на него смотрела. Просмеявшись, он глотнул пива, утирая слёзы. И, наконец, высказался:

– Так ты ведьму боишься? – и он снисходительно потрепал её по голове. – Ну ты даёшь, Кристинка! Не, я конеш понимаю, что бабы во всю эту херотень верят с гороскопами и гадалками. Но ты-то взрослая девочка, знаешь, с какой стороны у жизни сиська!

Он заржал снова, положил Кристине руку на грудь и слегка пожамкал. Та запунцовела и оттолкнула его руку. А Василий ухахатывался дальше. Отсмеявшись, он глотнул ещё пива, закусил колбаской, причмокнул от удовольствия. Он опять был совсем благодушен и расслаблен:

– Не боись, – покровительственно сказал мэр. – Есть у меня батюшка крутой, отмолит твою грешную душу, чтобы ведьма не утащила. Поставит за тебя вот такую пудовую свечку!

И он показал полметра в высоту. А Кристина язвительно подумала: «Свечки это тебе скоро понадобятся с таким образом жизни! И в церкви, и у доктора!». И эта мысль помогла ей перестать краснеть, а объяснить ситуацию более точно.

– Эта бабка мне мази важные делает. На алтайских травах и старых рецептах. В аптеке такое не купишь.

– А яды делает? – поинтересовался мэр расслабленно.

Но что-то было в его тоне, что у Кристины волоски на шее встали дыбом. Мэр заподозрил какое-то второе дно в просьбе Кристины. Видать, её скрытность и частичная подача информации сработали теперь против неё.

– Вася, ну какие нахрен яды! – устало вздохнула она. – Я и так самая красивая в нашем городе. Скорее меня кто-то отравить бы попытался, чем я кого-то.

– Не-не, зайка, я не про тебя, – мэр успокаивающе похлопал её по руке. – Я в общем смысле. Внучек-то её