Лес разбуженных снов - Антон Леонтьев

– Неужели князь Юлиус так и не понесет наказания за попытку изнасилования? – спросила Стелла с отвращением.

– Не понесет, – с горечью подтвердил Марк. – Девушка наотрез отказалась подавать заявление, а без ее показаний мы… я ничего не смогу предпринять. У ее родителей побывал адвокат князя и передал им чек на весомую сумму – кажется, двадцать или тридцать тысяч долларов. Для Вильера это прорва денег! И родители подписали бумагу о том, что ни их дочь, ни они сами не имеют никаких претензий к князю Юлиусу. Он и раньше действовал подобным образом: те женщины, которые обвиняли его в изнасиловании, получали щедрые отступные. А вот одна, как мне удалось узнать, бесследно исчезла: смелая девушка хотела довести дело до суда, и князь мог бы загреметь в каталажку на несколько лет.

– Бесследно исчезла? – переспросила Стелла. – И вы полагаете, что…

– Я ничего не полагаю, – ответил понуро Марк. – Этому происшествию много лет, да и оно имело место, кажется, в Италии. Исчезновение бедняжки никого не заинтересовало, подумали, что она сбежала куда глаза глядят – еще бы, в то время в католической стране девица, ставшая жертвой изнасилования, в глазах почтенных матрон и даже церкви была грешницей. Мне удалось только узнать, что с той поры ее след затерялся. Она исчезла совершенно неожиданно, ничто не предвещало побега. И вроде бы вечером того дня, когда она исчезла, соседи видели около ее дома шикарную красную машину марки «Астон Мартин». Удивительно, но факт: у князя Юлиуса, который в те годы куролесил в Европе, была именно такая машина!

– Полиция должна была заняться расследованием! – воскликнула Стелла. – И князь стал бы первым подозреваемым по факту убийства! Ведь именно об этом вы думаете, Марк, – что князь Юлиус убил несчастную, которая могла бы разрушить его жизнь, отправив за решетку на долгие годы?

– Без комментариев, – отозвался Марк. – Князь в то время обхаживал дочку великого князя Бертранского и не мог позволить себе намека на грязный скандал. То, что он менял любовниц, как трусы, никого не смущало, но если бы его обвинили в изнасиловании и он предстал бы перед судом, тогда бы ни о какой свадьбе с представительницей правящей династии Гримбургов не могло быть и речи. А князю требовалась знатная и, что важнее всего, состоятельная невеста.

– Поэтому он и пошел на крайние меры, – заключила Стелла.

– Но никто не может быть признан виновным иначе, кроме как по приговору суда. Вы правы, Стелла, я не исключаю, что этот мерзавец-аристократ попросту убил девушку, а ее тело бросил в море, зарыл или избавился от него еще каким-то страшным образом. Самое ужасное, что к тому времени несчастная была на пятом месяце беременности – она носила во чреве отпрыска князя Юлиуса. Я не верю ни в бога, ни в черта, но удивительно, что некие силы покарали князя – ни одна из его официальных жен так и не родила ему наследника! И еще, заметьте, Стелла, именно с появлением князя в Вильере начали происходить странные вещи. Я уже говорил вам о его приставаниях к местным девушкам и женщинам. А теперь вот двойное убийство…

– Вы думаете… – начала Стелла.

Марк покачал головой.

– Предпочту не афишировать то, что я думаю. Не забывайте, одной из жертв стала школьница. Экспертиза не выявила следов сексуального насилия, но вы как специалист в этой области знаете: многие из убийц, особенно из тех, кто является импотентом, получают удовлетворение не от полового акта, а от криков жертвы, ее попыток скрыться и спастись. Ванду гнали по лесу – некто, не торопясь, шествовал за ней, зная, что она никуда от него не денется.

Стелла задумалась.

– Смерть друга Ванды могла быть маскировкой. Некто, страдающий навязчивыми идеями и не желающий мириться с потерей мужской силы, некто богатый, влиятельный и хитрый, некто, в чьих жилах течет испорченная кровь и чьи предки вошли в историю страны как чрезвычайно жестокие личности, решился на убийство. Чтобы отвести от себя подозрения, он решил свалить вину на мифического оборотня, якобы обитающего в здешних лесах. Это позволяет ему беспрепятственно выбирать жертвы, лишать их жизни кровавым способом и выходить незапятнанным из всех передряг…

– Стелла, вы читаете мои мысли! – воскликнул Марк. – Я знаю, что отцы города никогда не решатся пойти против князя Юлиуса. Они приложат все усилия для того, чтобы затушить скандал и скрыть факт его причастности к убийствам. Он постоянно пугает их тем, что откажется от переделки замка в отель, а мэр и иже с ним спят и видят, что городок превратится из провинциальной дыры, каковым он, увы, является, в новый Лас-Вегас. Юлиус умеет играть на человеческих слабостях. Теперь вы понимаете, отчего я, мягко выражаясь, не совсем положительно отношусь к его светлости? – Он немножко помялся и добавил: – Князь хочет познакомиться с вами, Стелла. Прошу, будьте с ним осторожны! У него повадки джентльмена и сердце Джека-потрошителя. Я не хочу, чтобы… чтобы… – Марк покраснел и, отвернувшись, пробурчал: – Чтобы с вами что-то случилось.

– Марк, благодарю вас за трогательную заботу обо мне, – улыбнулась Стелла, – но я взрослая женщина, и никто не сможет причинить мне вреда…

Голос ее предательски задрожал – доктор Конвей вспомнила Вацлава Черта. Он едва не убил ее! А ведь она была уверена, что ей никто не страшен. И приехала она в Вильер не по своей воле, а скрываясь от Черта…

– Стелла, что с вами? – произнес Марк, заметив смятение на лице собеседницы. – Извините, я никак не хотел обидеть вас. Какой же я бестактный!

Стелла, справившись с секундной паникой, отмела воспоминания и твердым голосом произнесла:

– Марк, все в порядке. Значит, князь хочет нас видеть?

– Не совсем так, – смущенно ответил Золтарь. – Он хочет видеть вас, но не меня. Каждый раз, когда я встречаюсь лицом к лицу с его светлостью, это завершается словесным столкновением. Когда я приехал к нему в замок, чтобы потребовать разъяснений по поводу попытки изнасилования семнадцатилетней официантки, он велел телохранителям спустить меня с лестницы и заявил, что в следующий раз натравит на меня собак. Я же, перед тем как его шкафы-охранники ринулись на меня… – Марк смущенно посмотрел на Стеллу. – Я вмазал ему по лощеной физиономии и, кажется, расквасил августейший нос. Во всяком случае, его светлость в спешном порядке покинул Вильер и отбыл в Калифорнию, к своему пластическому хирургу, который, по слухам, взял у князя, пардон, с седалища кусок кожи, чтобы восстановить попорченное мной рыло. Я ожидал увольнения, но князь Юлиус промолчал. Он мог бы стереть меня в порошок, но не сделал этого, потому что понимал: если он ступит на тропу войны, то не удастся скрыть причину конфликта – его позорное поведение и попытку изнасилования. Для меня бездействие князя является лишним доказательством его вины: если бы Юлиусу было нечего опасаться, он натравил бы на меня своих адвокатов.

– Горжусь вами, Марк, – сказала Стелла. – Значит, его светлость хочет видеть исключительно меня, желая, скорее всего, затащить в княжескую опочивальню? Можете быть спокойны: у него ничего не получится. Когда начнется вскрытие саркофага Вулка Сепета?

Марк взглянул на настенные часы.

– Вообще-то – через пять минут. Князь пригласил команду историков из Экареста, мэр без промедления дал «добро» на эксгумацию останков старого князя. Юлиус уже продал права на публикацию фотографий «вулкодлака» нескольким таблоидам. Он намерен поднять шумиху в средствах массовой информации вокруг своего проекта с отелем.

– Так чего же мы ждем? – вскинулась Стелла. – Точность, как известно, вежливость королей.

– Вы хотите отправиться в замок? – в легкой панике спросил Марк.

– Отчего же нет? – улыбнулась Стелла. – И вы как представитель местной полиции отправитесь со мной. Насколько мне помнится, согласно закону об эксгумации при открытии могилы обязательно присутствие полицейского. Предположу, что никто из ваших коллег не поехал в замок?

– Нет, – подтвердил Марк. – Однако мэр звонил мне и просил оставить князя в покое, не приближаться к замку ближе чем на километр…

– Но вы же не можете пренебречь своими законными обязанностями! – воскликнула Стелла. – С тех пор как мы уверились в том, что убийца девушки и ее приятеля не Павлушка, нашей задачей является поиск истинного виновника. А князь Юлиус – один из самых подходящих кандидатов, ведь так?

Марк, уже вынимая из сейфа кобуру с пистолетом, кивнул:

– Вы правы! Плевать я хотел на предупреждения мэра. Одну я вас в логово князя не отпущу. Поехали!

Они вышли из кабинета вильерского шерифа. Заместитель Золтаря, лысый Густав, как всегда читавший газету, подозрительно спросил:

– Шеф, вы куда?

– В замок, – ответил кратко Марк. – Сделаю его светлости небольшой сюрприз. Рация при мне, Густав, если что-то стрясется, выходи на связь.

– Угу, – заместитель снова уткнулся в газету.