Красные искры света - Джейн Анна

Когда Джульетта покинула нас, я даже спросила его:

– Тебе не понравилась хозяйка?

– Внешность – обманчива, – сказал он коротко и перевел разговор на здешние красоты.

Когда мы уходили от берега по тропинке в лес, я почувствовала пристальный взгляд и резко обернулась – Зарецкий все же заметил меня и смотрел так злобно и вместе с тем укоризненно, что стало и неловко, и смешно одновременно. Я украдкой послала ему воздушный поцелуй и скрылась из виду.

Прогулка с Карлом была волшебной – мы вновь шли и разговаривали – много, со вкусом, на интересные темы, с удовольствием слушая друг друга. В какой-то момент, когда мы уже возвращались к базе отдыха, со стороны которой доносился аромат шашлыков, кусты подозрительно затрещали, и я шарахнулась в сторону, врезавшись в Карла и даже сама не понимая, почему рядом с ним я становлюсь куда более беспомощной, чем обычно. Он поймал меня в свои объятия, не дал упасть, а потом просто взял за руку и сказал, чтобы я не боялась – это всего-навсего лесные зверьки. И они – не опасны.

– Мало ли что это может быть, – словно в оправдание сказала я, чувствуя тепло его руки и мысленно тая.

– Со мной тебе нечего бояться, – тихо ответил Карл и добавил вдруг проницательно: – Но ведь ты и одна ничего не боишься? Верно?

– Дай мне шанс побыть хрупкой и беззащитной, – улыбнулась ему я, прекрасно осознавая, что говорю глупости, и тотчас поправилась: – Извини. На самом деле я не играла. Я действительно испугалась сейчас. И я не хочу быть слабой и…

– Я знаю, Анастасия, – перебил меня Карл. – Но главное, что это знаешь ты. Я ненавижу притворство, – вдруг с горечью, которую в его голосе я, пожалуй, еще не слышала, сказал он.

– Я тоже. Люблю, когда говорят и действуют прямо. Без утаек и лжи. Но я знаю, что без этого нельзя, – иногда ложь просто необходима, – добавила я, не зная, зачем говорю и это. Ложь была частью моей жизни, и я ненавидела ложь всю душой – парадокс, не так ли?

Карл посмотрел на меня, замедляя шаг. Возможно, в его глазах мелькнуло уважение, хотя мне могло показаться.

– Ты права. Порою белое, чтобы оставаться белым, должно принимать черты черного.

– Ты делишь мир на черное и белое?

– Скорее на «своих» и «чужих», – медленно ответил Карл.

Я не стала спрашивать, «своей» или «чужой» стала я для него. Но моей руки он не отпускал до самого нашего коттеджа, и я думала, что все будет хорошо.

Совместный ужин с вином и шашлыками прошел весело и был украшен закатом – небо налилось вишневым цветом, разрезанным алыми и золотистыми прожилками, и утонуло в озере, полностью растворившись. Вечер налился синевой, и тени загустели. Воздух стал прохладным, и пришлось накинуть на плечи теплую кофту.

Всюду мерцали костры – обитатели домиков выходили на крыльцо и разводили огонь. Мы не стали исключением и вскоре тоже сидели тесным кружком перед ярким пламенем и грели руки. И сердца тоже грели – теплыми разговорами и смехом. Мне оставалось только жалеть, что Алена и Женя не смогли приехать с нами.

Пламя горело ровно, уютно потрескивая, но изредка вздымалось кверху и сыпало искрами в разные стороны. Мимо несколько раз пролетели летучие мыши – одна из них даже задела мое плечо черным крылом.

– Сколько здесь звезд, – откинула назад голову Алсу, глядя на небо. И все следом за ней подняли глаза.

Они были везде. Как светящиеся цветы на ночной поляне. Сияли и манили. Напоминали о вечности, в которой так легко затеряться, так и не познав ее суть. Успокаивали.

Звезд было так много, что казалось, будто ими усеяно все небо. Большие и маленькие, ровно горящие и мерцающие, яркие и невзрачные, белые, с желтым, красным, синим отливом – они смотрели на нас с таким же интересом, как и мы на них. И казалось: протяни руку – и дотронешься до неба, и сгребешь звезды в горсть, и даже положишь в карман, чтобы унести и изредка в темноте рассматривать их дома, а все остальное время – хранить в сундуке с сокровищами.

Я подняла руку и попробовала коснуться неба пальцем, завороженная его красотой. Звезда, оказавшаяся над ногтем, сверкнула и сорвалась с места. Я успела загадать желание до того, как она пропала, став частью ночи. И желание это меня саму порядком удивило:

«Хочу любви!» – крикнула я про себя. И ночной ветер принес ответ:

«Хочешь – ты получишь это».

А может быть, мне просто это все показалось.

Потом все пошло наперекосяк. Неправильно. Ненормально.

Я думала, что после ужина, когда на землю опустится темнота, мы с Карлом вновь уединимся и наше общение хотя бы на пару минут станет более близким, однако меня ждало полное разочарование и крушение всех планов. Карл сказал, что у него от переизбытка свежего воздуха заболела голова и он пойдет спать. Уговоры друзей его не остановили, и немец действительно скрылся в коттедже, оставив нас у костра.

– Не переживай, Настя, – сочувственно сказала Алсу, которая была осведомлена о моих планах.

– Не переживаю, – отрывисто отвечала я, хотя чувствовала себя брошенной. И это злило – Карл не давал мне никаких обещаний сидеть со мной всю ночь под луной в романтическом флере.

Вскоре ушли Алсу и Олег, которые решили побыть наедине. Мы с Ранджи и Даном выпили еще по бокалу вина и долго разговаривали, наслаждаясь лесной ночью, запахами и звуками. Кто-то вдалеке играл на гитаре, и женский голос красиво пел песню из репертуара Аларма. Потом и Ранджи с Даном решили пойти в коттедж. Мне же спать решительно не хотелось, и я решила еще немного погулять по берегу.

Кутаясь в кофту, я шла вдоль черной спокойной воды, по которой стелилась лунная дорожка. Дошагав до деревянных мостков, я замерла – вид на ночное озеро оттуда открывался волшебный. Звезды отражались в водной глади, по которой изредка пробегала рябь. Сияние двух лун – небесной и водной – завораживало. Лес вдали чернел острыми верхушками и походил на суровых стражников с пиками, охраняющими это чудесное место.

Мною овладело непонятное очарование, и я долго стояла и смотрела вдаль, наслаждаясь пейзажем.

Однако моему умиротворению помешали самым наглым образом. Кто-то неслышно подкрался ко мне сзади и с размаху положил руку на плечо. И тотчас получил по своему плечу – от неожиданности я молча и резко развернулась и ударила подошедшего.

– Дура, – скривился Зарецкий, потирая плечо. – Силы девать некуда?!

– Что надо? – волком взглянула я на него. Он все так же был в своем спортивном костюме, теперь наглухо застегнутом.

– Увидел тебя, решил столкнуть в воду. Подумал, что ты – отличный напарник для злобной ведьмы, – тоже слышал местную легенду Ярослав.

– Твое остроумие протыкает небо, – ответила я, чувствуя, как все еще быстро колотится сердце от испуга.

– Кто придумывает тебе шутки? Твой немец? – усмехнулся Зарецкий. Видимо, все еще таил на него обиду за то, что Карл не отпустил Полину. Мне, кстати, сказал, что она должна учиться, а не веселиться. Иначе не сможет нагнать программу.

– Или генератор шуток онлайн? – продолжал он, видя, что я молчу.

И если бы он не продолжил, замолчал, ушел – ничего бы и не случилось.

– Кстати, а что у вас с ним? – не мог заткнуться Зарецкий. – Я видел, как вы уединялись в лесу. Понравилось?

– Что – понравилось? – тихо спросила я, чувствуя, как ярость начинает щекотать ладони. Да что этому щенку от меня надо?!

– Я же не знаю, что вы там делали, – язвительно отозвался парень. – Вот то, что делали – понравилось? Карлуша знает толк в том, чем тебя взять?

Это прозвучало по-хамски и двусмысленно. И мигом вывело меня из себя.

– Знает. Понравилось, – бросила я сквозь зубы. – И не твое дело, чем и с кем я занимаюсь. И вообще, котик, ты обещал жениться на мне, если еще раз встретишь, – лениво напомнила я ему, обернувшись.

– Ого, что ты хранишь в памяти. Признайся, я тебе нравлюсь, – заявил он самодовольно. Его мерзкая улыбка раздражала.

– С ума сошел? Нет, конечно, – рассмеялась я. – Зарецкий, что за самомнение? Ты в курсе, что не единственный мужчина в этом городе. Ах да, прости, какой ты мужчина. Так, сопляк с самомнением, которое шире тебя в три раза. Запомни, Зарецкий, такие, как ты… – Я сделала паузу, чувствуя странный безбашенный азарт, который вызвало у меня внезапное появление Ярослава.