Экстрим на сером волке - Дарья Донцова

— Ну да, — кивнул Виктор, — это не новая методика. Допустим, мы имеем футболку, забытую на месте происшествия, и парня, который намертво отрицает свою причастность к убийству. Доказать, что он носил прикид, очень легко, даже элементарно. Поэтому платье нам обязательно расскажет, кто в нем щеголял.

— Катя! — тоскливо воскликнула я. — Вот ужас-то!

Виктор моргнул раз, другой.

— Послушай, — неожиданно сказал он, — ты нашла кучу сведений и являешься бесценным свидетелем.

Кстати, в ведомстве твоего любовника…

— Кого? — подскочила я.

— Ну, извини, — быстро поправился Виктор, — сослуживцы твоего гражданского мужа…

— Ты о ком толкуешь? — неожиданно для себя я тоже перешла с ним на «ты».

— О Дегтяреве, — улыбнулся собеседник.

— Мы просто друзья.

— Пусть будет так!

— Это правда!

— Сия информация не имеет принципиального значения.

— Но…

— Да какая мне разница, с кем ты спишь, — вздохнул хозяин кабинета, — речь идет о другом. В общем, в том месте, где служит Дегтярев, о Дарье Васильевой ходят легенды. Недавно их начальство на одном совещании, упрекая сотрудников, воскликнуло: «Да вы просто васильевщиной занимаетесь!»

Я уставилась на Виктора.

— И к чему ты это расказываешь?

— Да к тому, что, нарыв кучу сведений, ты порой не замечаешь маленьких, но кардинально меняющих ситуацию фактов.

— Каких в данном случае?

Виктор улыбнулся.

— Их много. Но есть один, который в прямом смысле на виду. Скажи, Катя носит серьги?

— Серьги?

— Ну да. Только не говори, что не знаешь про такие украшения.

— У Катерины много драгоценностей.

— Помнишь, что было в ушах девочки, когда ты увозила ее в Ложкино?

Я напрягла память.

— Да! Очень симпатичные сережки в виде розовых бабочек, усыпанных мелкими бриллиантами.

— Поняла теперь?

— Нет.

— Вспомни свой визит к Темкиной, начальнице отдела НИИ, где людям составляют родословные. Яна Валерьевна сняла у тебя с руки часы.

— Да! Точно.

— Ты только что сказала: у противной бабы на кофте была брошь…

— Розовая бабочка в бриллиантиках, — подскочила я, — украшение слишком нежное, девичье, оно не подходит гиппопотамихе. Ой! Конечно! Серьги и…

— ..брошь являются одним комплектом, — кивнул Виктор. — Яна Валерьевна верна своей привычке брать у клиентов понравившиеся ей драгоценности.

— Но зачем Катя к ней ходила?

Виктор покашлял.

— Ну ладно, слушай. Ты уже знаешь, что Адашевы и Ицхаковы враждовали друг с другом?

— Конечно. Одно время, правда, «бои» прекратились, но после свадьбы Зелимхана и Асият вспыхнули с новой силой.

— Верно, — кивнул Виктор, — Адашевы приехали в Москву, их приютил родственник. Знаешь, что случилось с Ицхаковыми? У них ведь остались мальчик Рамазан и девочка Аминат?

— Ну.., наверное, детей отправили в детский дом.

— Нет. Рамазан хоть и был почти ребенком, обладал цепким умом и прозорливостью. Поняв, что семья погибла, мальчик, прихватив баул с ценностями, убежал вместе с сестрой в Москву. Адашевы убивали Ицхаковых, а те поджигали дома своих врагов и стреляли в тех, кто был кровно с ними связан. Но вот деньги, драгоценности ни первые, ни вторые друг у друга не крали. Кровная месть никак не связана с воровством.

Более того, взять что-либо, ранее принадлежавшее врагу, считается подлостью. Адашевы, уничтожив Ицхаковых, не прикасались к тому, что накопили кровники.

Рамазан остался единственным владельцем родового богатства.

Как брат и сестра добирались в столицу, каким образом мальчик, тащивший в левой руке чемодан с украшениями, а в правой — малолетнюю сестру, сумел не попасться на глаза милиции, отдельная история. Думаю, что большинство его родственников не справились бы с задачей, но Рамазан считал себя старшим в роду и ответственным за сестру.

Прибыв в столицу, Рамазан отыскал дальнего родственника, который с радостью принял детей, имевших при себе огромные ценности. Не следует думать, что только в наше время все можно купить за деньги. Наверное, я разочарую тех, кто с ностальгией вспоминает советские времена, но и тогда за хорошую сумму вы могли приобрести документы на другое имя.

Рамазан побоялся оставаться Ицхаковым. Он хорошо знал: его фамилия истреблена полностью. Седьмая вода на киселе, обитающая в Москве и принявшая сирот, на самом деле могла считаться родней с огромной натяжкой. У матери Рамазана имелась сестра, у той муж, а у него отец, брат которого женился на женщине по имени Зинаида. Вот к сыну этой бабы и приехали малолетние беженцы. Фамилия мужика была Степнов, а Рамазан хорошо понимал несколько вещей.

Ицхаковых, кроме них, нет, предательницу Асият мальчик теперь родней не считал. Адашевых на земле пока больше. Месть объявлена, и остатки Адашевых вполне способны добить двух малолетних Ицхаковых.

Следует тщательно спрятаться. Затаиться, а уж потом расправиться с Зелимханом, Асият и остальными врагами. Рамазан хорошо усвоил уроки деда, а старик, воспитывая из внука мужчину, частенько повторял:

— Терпение — главная доблесть. Если долго сидеть на берегу реки, течение обязательно пронесет мимо труп твоего врага. Выжди время и нанеси удар наверняка.

Рамазан Ицхаков постарался спрятаться как можно глубже. Он и Аминат сменили имена Мальчик превратился в Романа Степнова, а девочка в его сестру Аню.

Причем долгое время она не знала правды о своем происхождении. Аминат не помнила ни того, как убивали ее родных, ни того, как они с Рамазаном бежали в Москву. Слишком мала была она в то время. Лишь спустя много лет Ицхаков-Степнов рассказал ей, как обстоит дело.

Глава 33

Шли годы, много разного, хорошего и плохого, случилось в России. Роман, давай будем теперь называть Рамазана этим именем, вырос. Он не оставил мысли о том, чтобы убить Адашева, просто на время забыл о ней, решив сначала устроиться в жизни, жениться, нарожать побольше детей, выдать замуж Аню… Но нечто или некто мешал Роману осуществить планы. Первый его брак развалился из-за того, что жена оказалась бесплодной, второй прервался при трагических обстоятельствах. Беременная супруга Степнова вечером, возвращаясь с работы, наступила на плохо закрытую крышку канализационного люка, упала в колодец и умерла на месте. В третий раз жениться Рамазан не стал. У Ани личная жизнь тоже не складывалась, мужчины отчего-то обходили стороной девушку, и она осталась старой девой.

После перестройки Роман занялся торговлей, быстро преуспел и очень скоро узнал: у него есть конкурент на рынке — Зелимхан Адашев.

Роман быстро разузнал подробности жизни кровника. Тот, очевидно, ничего не боялся, жил под своей фамилией и был крайне удачлив в делах. А еще у Зелимхана имелись две дочери, внук, внучки, он оказался вполне счастлив в семейной жизни. Единственная радостная весть, долетевшая до Романа, была сообщением о смерти гадины Асият, мерзкой предательницы, дряни, заварившей всю кашу. Роман ненавидел сестру до такой степени, что при одном воспоминании о ней у него подскакивало давление.

Не передать словами ощущения Степнова, которые он испытал, услыхав о светлой жизни Зелимхана и об его успехах на ниве бизнеса. Врага следовало убить сразу, стереть с лица земли вместе с выкормышами, но Роман вспомнил деда и решил действовать медленно, осторожно. Москва не Кавказ, это в Стефановске можно было устроить перестрелку или на глазах горожан заколоть кровника. Вот там за подобный поступок не осудят и даже постараются спрятать, если в городок заявится милиция. Но в России-то свои порядки. А Роман, желая убить Зелимхана с его детьми и внуками, сам хотел остаться в живых и на свободе.

Больше года Роман разрабатывал план, придумывал и отбраковывал разные сценарии, пока наконец не принял решение. Для начала он попытался установить с Адашевым хорошие отношения. Зелимхан не заподозрил ничего дурного, он тоже считал, что худой мир лучше доброй ссоры, и между двумя конкурентами возникло некое подобие дружбы. Улыбаясь Зелимхану, Роман думал: «Ничего, сначала разорю, а потом убью его». Но торопиться было никак нельзя, следовало действовать очень осторожно, продвигаясь вперед черепашьими шажочками.

Ну а потом события стали развиваться не по сценарию Степнова. И Зелимхан, и Роман постоянно расширяли бизнес, оба они почти одновременно узнали о том, что мэр принял решение возвести новый квартал.

А где люди, там и продукты. Бизнесмены кинулись за разрешениями на строительство супермаркетов. Самым сладким кусочком был огромный пустырь, расположенный в очень удобном месте, рядом со МКАД.

Построенный там торговый комплекс стопроцентно принесет гигантскую прибыль. С одной стороны, магазин мог иметь въезд с Кольцевой дороги, а с другой — в него спокойно попадут жители нового района. Степнову хотелось заполучить землю до дрожи. Для него тот год был нервным, бизнесмен подумывал и о политической карьере, сделал пару пробных заявлений о своем желании баллотироваться в Думу, одновременно с этим узнал, что пустырь может достаться Адашеву, и начал раздавать взятки чиновникам.