Героин - Михаил Маковецкий

— Ну и народ тут у вас в Скове, я аж булкой с колбасой поперхнулась. Помню, у нас в «Уникуме» одна время женщина-собака работала. Пила сильно и однажды, будучи пьяной, клиента до крови закусала. А он тоже выпивший, думал, что так и надо, и рычать на нее начал. А кровища уже кругом, хорошо Аркадий сразу сориентировался и кровь остановил. Кровотечения, при повреждении этого органа, очень сильные бывают. Ничего, оклемался потом. Только шрамы от зубов на этом органе остались, уж не знаю, что он жене врал потом. Но такого, чтобы совсем…

— Елена Юрьевна, голубушка, это я, старый дурак, виноват. «Молодой человек с отсеченным половым органом», «за памятником Ленина» — страсти какие-то вам на ночь глядя рассказываю. А вы у нас девушка беременная, вам нельзя расстраиваться. Но, с другой стороны, и вы не правы — зачем же в сухомятку питаться? У господина Аптекаря средства есть и супчик для вас купить, я знаю.

— Статуэтка ты моя бесстыжая! В твоем возрасте пора уже знать, что при слове «мужской половой орган» приличная девушка обязана краснеть, потому что она смущена и ей стыдно. А не делиться воспоминаниями о том, как кто-то отдается всем желающим под чарующие звуки мелодии из передачи «В мире животных». И не хватать булку с колбасой, да еще и с шоколадкой, когда я отвернулся. Врач тебе что сказал? Короче говоря — ты наказана, готовь попу.

— Ой, ребята, я смотрю у вас тут еще дел невпроворот, а время уже позднее. Пойду я, пожалуй.

— В течение ближайших пяти лет на границе России и Казахстана будут построены около двух тысяч объектов пограничной инфраструктуры. Естественно, эти объекты будут оборудованы современной связью и необходимыми техническими средствами.

— Мечты, мечты, где ваша сладость. Это все химеры, милейший пожилой следователь. Времена Советского Союза ушли безвозвратно, хотя вы этого не хотите понять. А вместе с ним и само понятие «граница на замке». Другое дело, что, начиная с 26 января 2006 года, страны-члены ЕС обязаны предоставить статус постоянного жителя всем гражданам стран — не членов Евросоюза, которые до предоставления ходатайства о получения постоянных видов на жительство прожили в стране ЕС не менее пяти лет на постоянной и законной основе. Законная основа — понятие достаточно растяжимое, так что официально легализовать переправленных мною в Европу людей вполне реально.

— Маленьким народностям не дают покоя чужие большие победы. Ну и что это вам даст, Саранча?

— Это кого вы называете «малые народности»? Европа еще скажет нам спасибо за наше упорство в постели и плодовитость.

— Оставим европейскую политику, Саранча. Вы мне лучше другое скажите. Это правда, что в ближайшие годы Карелия будет рассматриваться наркобизнесом как одна из наиболее привлекательных территорий для транзита и распространения наркотических веществ?

— Думаю, что да. Граница между Россией и Финляндией становится все прозрачнее, с каждым днем ее пересекают все больше людей.

— Но и Сков наркоторговцы своим вниманием не обходят. В прошлом году из всех областных призывников 5 % были забракованы из-за употребления наркотиков.

— И тем не менее. Сколько можно людей сажать? Сковский маршрут, вашими молитвами, пожилой следователь, получил репутацию опасного и ненадежного. А репутация в наше время дорого стоит. Сейчас моя бывшая организация, и не только моя, предпочитает работать через Выборг. — Кстати, Саранча, сейчас судебные инстанции получили указание шире использовать статью 174.1 УК РФ, которая касается легализации средств, добытых преступным путем. Особенно в тех случаях, когда не удалось доказать статью 228 УК РФ о незаконном обороте наркотических средств. Та что, надеюсь, сажать мы будем больше.

— Спасибо, пожилой следователь, я предупрежу своих людей, чтобы они были внимательнее с бухгалтерской документацией.

— Пожалуйста, Саранча. И еще запретите им предлагать себя топ-моделям в общественных местах и вообще в глаза бросаться. Пускай поют и танцуют в обществе светских дам когда рядом никого нет.

— Усилим воспитательную работу. Лично возьму под свой контроль.

— Вот именно. Проведите с ними беседу о пользе и необходимости спокойного сна по ночам и вреде для здоровья ненужных и шумных приключений и прочих половых извращений на сексуальной почве. А то вроде взрослые люди, а ведут себя так, как будто только что покинули период пубертата. Напомните им, что статью о растлении несовершеннолетних у нас еще никто не отменял.

— Так та банная проститутка все-таки пожаловались? И на несовершеннолетнюю она не очень похожа.

— Если бы она пожаловались, я бы вашего Ахмеда посадил без всяких сантиментов. Можете так ему и передать.

— А как ее зовут?

— Саранча, вы, кажется, меня не поняли. Если с ней что-то случиться, я пересажаю всех. И виновных, и невиновных, и кто просто в тот день в баню пришел.

— Потому что эта банная проститутка ваш информатор?

— Не только поэтому. Я хочу вас предупредить, Саранча… — Пожилой следователь, успокойтесь. Никто не собирается делать ей ничего плохого. Я с вами говорю, кстати, по поручению Ахмеда. Так вот. Я сейчас вам передам его паспорт.

— Зачем!?

— Вы переговорите с этой девушкой, ведь вы знаете, где она прячется?

— Допустим.

— Знаете, знаете. И скажите ей, что Ахмед хочет на ней жениться. Любые ее требования принимаются заранее. Оформите их брак, позвоните Ахмеду, он за ней заедет, куда вы скажите и перевезет ее к себе. Как вы понимаете, при таком ходе событий ей ничего не грозит.

— Насколько я знаю Ахмеда, он вполне зрелый мужчина и сам способен сказать девушке все, что считает нужным. И потом, в свете вами сказанного, весь этот фейерверк в городских банях мне кажется не совсем понятным.

— Воспитанному в мусульманских традициях мужчине чрезвычайно сложно ухаживать за русской девушкой. Так вы берете паспорт?

— Будучи сообразительным поленом я все понял. Я беру паспорт, но ничего не обещаю. Я с ней поговорю.

— Естественно.

— И еще. Мне меньше всего хотелось бы вмешиваться в чью-то личную жизнь, Саранча, но мне просто жаль Ахмеда. Он парень, в сущности, не плохой, по моему мнению. Никогда бы не подумал, что может уснуть голым, положив голову в торт, и с пистолетом в руках. Да еще в бане. В свои двадцать пять лет она конченная наркоманка и проститутка. Как с ней можно жить?

— Все это Ахмед знает. Как и знает и то, что у нее красивое белое тело, а все остальное настоящего мужчину интересовать не должно. Он с ней познакомился, как с проституткой, а героин она попросила у него помимо причитающейся ей платы. Ахмед просто закроет ее в своем доме минимум на год, и проблема проституции и наркомании отпадет само собой. А если потребуется, то и на десять лет. А фактор красивого белого тела останется. Ее мама сможет с ней встречать только в присутствии Ахмеда во избежание эксцессов. Так что принести ей порошок, чтоб доченька не мучилась, пусть даже и не пытается. Ахмед кремень, два года назад он выдержал контрольный выстрел в голову. Раз он так сказал — он так и сделает. В конечном итоге она же сама будет благодарна Ахмеду, уверяю вас.

— А то, что она реальная штурмовая скинхедка и на заднице у нее вытатуирован лозунг «Черных в зад» его не смущает?

— Не смущает. Татуировку он закрасит. А потом это его никак не касается, он не черный, он узкопленочный.

— Действительно, я не подумал. Любовь, старые, добрые традиции, густо разведённые на слезах и соплях, романтические встречи в бане со стрельбой… Наверно я старею, Саранча. Недавно я впервые выбрался на Кипре. Целый день на пляже, больше там делать нечего. Средиземное море, тепло, вода соленная, чайка капнула из под облаков мне в стаканчик с кока-колой… А глаза закрою — девушки с веслами стоят. И бабушку свою вспоминал почему-то, уже и не помню, в каком году она умерла. И я уже старый, за новинками высокой моды не слежу. Скажу вам откровенно, Саранча, мои трусы произведены еще при советах, где-то в 89-ом году, изначальный цвет Южная ночь. Видимо я собрался повторить сей скорбный путь моей бабушки.

— Пожилой следователь, что-то вы сегодня изъясняетесь в высшей степени несознательно. Может быть скушали что-то не свежее? Метеоризм — это чума XXI века, вы не должны себя так запускать. Однажды Ахмед затащил меня в баню, где познакомил со своей будущей невестой. Так та с жаром утверждала, что Ленина убили канцерогены. Кто знает, может быть она была права, а мы этого обстоятельства недооценивали. Кстати, я понимаю Ахмеда. Когда его невеста медленно, вихляющей походкой, держит путь к выходу из сауны, а рядом Ахмед, в валенках и вспотевший от счастья…

— Да нет, вы не подумайте чего, Саранча. Я рад, что Ахмед сделал правильный выбор. И не надо обращать внимание на мои рассуждения инвалида детства на тему вечной любви. И за диету мою не надо волноваться. Сегодня в обед я покушал украинский борщ с пампушкой и свинину «по-французски». Это такая свинина с дымком под шубой из жаренного лука с грибами. Запил чаем, съел эклер. А потом еще задорно икал и просил добавки. Все было свежее, я убежден. И без всяких там мутировавших чипсов. От такой еды вреда здоровью быть не может, максимум — самые густые в мире брови вырастут. Так что дело тут не в этом.