Героин - Михаил Маковецкий

Михаил Маковецкий

ГЕРОИН

Доза 1

— Если вы работники милиции, мне бы хотелось увидеть ваши удостоверения.

— А прокатиться с ветерком на «Скорой помощи» тебе бы не хотелось? Я тебе в две минуты это организую, если не прекратишь Муму сношать.

— Заткнись Хомяк, — Ноготь поморщился, — Хомяк парень грубый, но добрый. Я, к примеру, гораздо злее. Но сейчас я просто хочу, чтобы вы нас правильно поняли. Если вы ее найти поможете — мы расстанемся друзьями. Более того, наше к вам расположение самым положительным образом скажется на вашем материальном положении. Если же, не дай Бог, вы от нас что-то скроете, то, я не могу на это закрывать свои синие глаза, нам придется вызвать у вас целую гамму болевых ощущений, что, в конечном итоге, резко ухудшит состояние вашего здоровья.

— То есть вы черные проктологи?

— Нет, мы не рэкетиры. Вы же вы видите, у нас и паяльника с собой нет.

— Хомяк, закрой пасть. Ты что, не видишь, что твои остроты тяготят господина Аптекаря? — Ноготь снова поморщился. — Вы успокойтесь. Я еще раз повторяю, мы не милиция, и мы не собираемся на вас наезжать. Мы просто хотим найти эту девушку, и просим у вас помощи. Вот и все. Поняли? Вот и славненько. Давайте быстренько перестаем нервничать и спокойно, еще раз, по порядку, вспомним, как было дело.

— Ну, как было дело. Вы знаете, моя аптека работает круглые сутки. Было уже поздно. Где-то часов десять вечера, может быть больше. В аптеке никого не было. Зашла девушка. На мой взгляд, симпатичная. Я бы даже сказал красивая. Одета была в черную юбку и серую майку. На майке что-то написано по-английски. Майка обтягивающая такая. На улице дождь шел, девушка мокрая была и майка просвечивала.

— Потенция, я смотрю, в тебе еще теплиться. Крепок дуб не по годам, — вновь не сдержался Хомяк.

— Иначе я бы ее просто не запомнил, — пожал плечами Аптекарь, — Она купила шприцы и иголки к ним. Шприцы десятиграммовые. После чего ушла. Вот собственно и все.

Ноготь достал стодолларовую купюру и в нерешительности повертел ее в руках, после чего вновь спросил: — Может быть еще что-нибудь вспомните?

— Вспомню, — просто сказал Аптекарь, забирая купюру, — девушка плохо себя чувствовала. Шприцы ей были уже ни к чему.

— Как это ей баян «ни к чему», — воскликнул Хомяк, — она же конченая наркоманка! Героина то у нее было завались, а вводить как? Без шприца тут не обойдешься. Это должен знать каждый Аптекарь, как бы сексуально озабочен он не был.

— Господин Хомяк мыслит правильно, — продолжил Аптекарь, — без шприца очередную дозу не внести. Но девушка была в таком состоянии, что иголкой в вену она бы не попала, хотя наркоманы и делают сами себе уколы мастерски. Говоря вашим языком ее уже жестоко «здорово ломало», то есть она находилась в состоянии развернутого абстинентного синдрома. На препараты опиума. У нее уже начало путаться сознание и на мои вопросы она отвечала формально, а ее движения уже были плохо организованны. В таком состоянии даже если бы она и смогла набрать наркотическое вещество в шприц, во что я мало верю, то в вену она бы не попала точно.

— То есть вы хотите сказать, — продолжил его мысль Ноготь, — что с ней был кто-то еще, кто сделал ей укол?

— Что было с девушкой после ее ухода, я не знаю. Но если кто-то посторонний не ввел ей наркотический препарат, то сейчас она находиться в больнице.

— Вы абсолютно правы, — задумчиво произнес Ноготь, — и эти сто долларов честно заработаны вами тяжелым трудом и годами напряженной учебы. Что собой представляет ломка от героина, я видел. Без реанимации тут действительно не обойдешься. А если есть кто-то третий, и мы не найдем эту стерву в больнице, то это в корне меняет ситуацию. Впрочем, это уже наши проблемы. Но в любом случае я вам очень благодарен. Но вы уверены, что сама себе героин она ввести не могла?

— Я точно знаю, что в таком состоянии человек не способен выполнять действия, требующие тонкой координации. А потому сделать внутривенную инъекцию, тем более самому себе, он не способен, — спокойно сказал Аптекарь.

— Очень приятно было с вами познакомиться, — с улыбкой сказал Ноготь, — серьезно. Вы человек умный, знающий и наблюдательный. А на Хомяка вы не обижайтесь. Он начинал как рэкетир, впрочем, как и я. Тут вы абсолютно правы. Но парень он не плохой. И мне вериться и в наше благотворное сотрудничество и в то, что эти сто долларов были для вас не последние.

— Да от нищеты проклятой я уже руки опустил, — тяжело вздохнул Аптекарь, — Жена у меня тяжело болеет, требует постоянного ухода. Я когда-то в НИИ Токсикологии работал. Большие надежды подавал, новое вещество синтезировал. Кандидатскую почти закончил, думал райскую птицу за яйца поймал. Соавторство начальника лаборатории с пренебрежением отверг. Думал, не дам примазаться к своему изобретению всякой бездари. После чего меня оттуда и выперли. Якобы я спирт воровал. Пил на рабочем месте. Запустил текущую документацию, что ставит под вопрос результаты проделанной работы. С работы выгнали. Спасибо в эту аптеку взял.

— А ты не пил и документацию не запустил? — ухмыльнулся Хомяк.

— Пил умеренно, соответственно воровал спирта не много, — рассмеялся Аптекарь, — а документацию запутал сознательно. Результаты уже были получены, а давать их в руки всякой бездари мне не хотелось.

— Вы мне нравитесь все больше и больше, — завершил беседу Ноготь, — но надо идти. Нам, знаете ли, срочно нужно в больницу. Хотим навестить одну девушку. Хомяк сейчас сбегает за апельсинами. Но мы еще увидимся. Хомяк, скажи господину Аптекарю «До свидания».

После ухода непрошеных гостей, Аптекарь выкурил сигарету, после чего достал записную книжку, нашел там запись «пожилой следователь» и набрал номер телефона, который был записан напротив этой записи.

— Это Аптекарь. Приезжай, срочно.

— Ты что, сдурел? — ответил сонный голос в трубке, — Два часа ночи!

— Я тебе ночью звоню первый раз за десять лет. Повторяю, срочно приезжай.

— Сейчас буду, — ответил пожилой следователь. Он окончательно проснулся и понимал, что по пустякам его беспокоить не будут. В качестве внештатного осведомителя пожилой следователь завербовал Аптекаря много лет назад, когда еще сам занимался оперативной работой. И за это время пустых звонков от Аптекаря никогда не было. Впрочем, их отношения постепенно приняли дружеских характер. Более того. Аптекарь частенько наряду с информацией давал пожилому следователь и наличность. Свободные деньги заметно облегчали оперативную работу, да и в домашнем хозяйстве были далеко не лишними. Впрочем, пожилой следователь неизменно гасил нездоровый интерес, который периодически возникал в органах охраны правопорядка по отношению к финансовой и прочей деятельности принадлежащей Аптекарю единственной в городе Скове круглосуточно работающей аптеки. Так что отданные пожилому следователю деньги тратились Аптекарем не зря. Совсем не зря. После того, как он разбудил пожилого следователя, Аптекарь набрал другой номер телефона.

— Надежда Романовна, я прошу прошения за звонок в такое время, но мне срочно необходимо отлучиться. Я хочу попросить вас срочно придти и заменить меня в аптеке до утра. В восемь вас сменят.

— Да, да, конечно. Я сейчас спущусь.

Аптека располагалась на центральной площади Скова в старом добротном двухэтажном здании, построенном еще каким-то купцом второй гильдии, впоследствии кем-то расстрелянным по пьяному делу во время Великой Октябрьской Социалистической Революции. Купеческий дом унаследовало государство рабочих и крестьян и, за многие годы, он подвергался неоднократной перестройке. В настоящее время там располагалось четыре квартиры. Все здание принадлежало Аптекарю. Одна из квартир на первом этаже была переоборудована под аптеку, в другой проживал сам Аптекарь со своей женой. Его жена страдала тяжелым артритом и могла с трудом передвигаться по дому. В двух квартирах на втором этаже, также принадлежавших Аптекарю, проживали две семьи. Одна состояла из Надежды Романовны и двух ее детей. Эта семья несколько лет назад перебралась в Сков откуда-то из Средней Азии. Там Надежда Романовна много лет работала заведующей большой аптекой, но сейчас она была рада и работе простого аптекаря, тем более что ей предоставили отдельную квартиру рядом с работой. Так что неожиданную просьбу выйти на свое рабочее место в два часа ночи она восприняла с пониманием. Тем более что такие просьбы от хозяина аптеки поступали не в первый раз. Впрочем, такого рода дополнительную работу он не забывал оплачивать. Так что у Надежды Романовны были веские причины дорожить своим рабочим местом. Вторую квартиру снимала офицерская семья. В старинном русском городе Скове находилась база дивизии воздушно-десантных войск, и многие офицеры снимали жилье в городе. Еще в доме имелся огромный подвал, где находился аптечный склад и еще какие-то помещения, но ключи от массивной железной двери, ведущей в подвал, были только у Аптекаря. В подвал можно было спуститься непосредственно из аптеки. Впрочем, туда можно было спуститься и из квартиры Аптекаря, но это мало кто знал. Надежда Романовна приступила к своим обязанностям через пятнадцать минут. Она знала, что в подвале оборудована помещение, где изредка Аптекарь принимал пожилого следователя, но никогда там не была. И у нее были веские причины не проявлять не нужного любопытства.