Забава для избранных - Алексей Викторович Макеев

– А я и не говорил, что они к краже причастны, – с усмешкой напомнил женщине сыщик. – Помните, я спрашивал про странности.

– А по-моему, самый странный тут вы! – констатировала Пескунова.

– Спасибо за комплимент, – рассмеялся Гуров и с облегчением попрощался с женщиной.

После разговора с Пескуновой у сыщика остались смешанные чувства. С одной стороны, какая-то необъяснимая ограниченность и излишняя агрессивность этой женщины в сочетании с гипертрофированным самомнением его раздражала, но эти же качества и вызывали улыбку, когда Гуров вспоминал некоторые реплики и реакции бизнес-коуча на его действия. Казалось, Алена придумала для себя какой-то особенный мир, в который вписала окружающую реальность, и стала жить по придуманным законам, которые позволяли этой вселенной существовать. В этом она показалась сыщику похожей на Елизарова. И, казалось, по логике нормальных вещей подобные им люди должны восприниматься окружающими с чувством жалости, сочувствия и, возможно, брезгливости. Однако вопреки этой логике оба пользовались достаточно большой популярностью у людей – Елизаров был довольно известным блогером, а Пескунова – популярным бизнес-коучем, курсы у которой стоили недешево. И оба эти человека умудрялись зарабатывать неплохие деньги, и почему так происходило, сыщик понять не мог.

«Есть вещи, которые в этом мире меняются безвозвратно, и эти изменения тебе не всегда удастся понять, Лева, – подумал Гуров. – Однако многое в нашей жизни остается неизменным, пусть иногда и совершается другим способом. Например, преступления. Как с этим бороться, ты знаешь. А почему недалекие люди сейчас далеко идут, пусть разбираются психологи и социологи. Слабые и сильные черты – любовь и ненависть, стяжательство и самопожертвование, жадность и щедрость – всегда останутся теми же самыми и так же будут двигать людьми. Так что ты, Лева, не разучился понимать людей и их мотивацию. Просто в мире поменялись ценности. Но для обладания ими люди идут на преступления, и это никогда не поменяется!»

Еще до разговора с Климовичами Гуров уже имел представление о том, как преступник проник в квартиру Пескуновой, и соседи бизнес-коуча это подтвердили, пусть и косвенно. Когда сыщик поинтересовался, не заметили ли они каких-то изменений в своей квартире, когда вернулись из отпуска, поначалу оба супруга ответили отрицательно. Дескать, все было на своих местах, ничего не пропало, вещи никто не двигал и окна не открывал. Вероника даже пошутила. Дескать, единственной странностью был слишком маленький слой пыли на кухонном столе, но и то, наверное, только потому, что Василий на этот раз не забыл кондиционер выключить.

– «Не забыл выключить», – передразнил женщину муж. – Я хоть от рассеянности страдаю, а у тебя галлюцинации раньше старости начались. В натуре, как в сказке про Машеньку и медведей: «Кто лежал на моей кроватке и сломал ее!»

– И ничего мне не приглючилось! – рассердилась Вероника. – Это у тебя ни обычной, ни зрительной памяти ни фига не стало…

– Вы о чем? – с легкой улыбкой перебил молодых спорящих супругов сыщик.

– Да Ника, как домой пришла, сразу же ко мне прицепилась. Спрашивает, кто у нас мог на диване лежать, – расхохотался муж. – А там вмятинка небольшая на покрывале посередине. Наверное, я перед отъездом садился, когда чемодан проверял… Из-за ее нытья, между прочим!.. А она сразу: тут лежал кто-то чужой. Конечно! Санта-Клаус к нам через вентиляцию пролез. Привал делал по пути на север.

– А я тебе говорю, что не было этой вмятины, когда мы уезжали. И ты на диван перед отъездом не садился. Как раз на чемоданах и сидел! – возразила Василию жена…

Они беззлобно спорили еще минут пять, пока Гуров не прервал этот диспут и не попрощался с супругами. Для него часть головоломки разъяснилась. Преступник знал, сколько времени хранится запись на камерах домофона, знал и о том, что соседей у Пескуновой не будет. Именно поэтому он вскрыл дверь в тамбур на сутки раньше совершения кражи, а затем и вломился в квартиру Климовичей. Там переждал, когда бизнес-коуч уйдет на работу, ограбил квартиру и вновь вернулся к соседям. И ушел оттуда уже под утро следующего дня, чтобы его появление на камерах наблюдения никто бы не стал искать.

Гуров не мог не восхититься тем, с какой виртуозностью преступник совершил кражу, сумев нигде не оставить своих следов. Однако то, что сыщик определил способ, каким вор пробрался в квартиру Пескуновой, задавало еще больше вопросов, чем дало ответов. Получалось, что домушник собрал огромный объем информации, прежде чем идти на дело. Он узнал о принципе работы внутренних и наружных камер видеонаблюдения, навел справки о соседях и досконально изучил ритм жизни Пескуновой и ее окружения, включая ее домработницу и прогулки с особо нетерпимым к чужакам котом по улице. Вопрос в том, как он умудрился все это разузнать? Или, точнее, это сразу несколько вопросов – коммуникационных, технических и временны́х. И еще один, главный, вопрос, который оставался у сыщика: и стоило проделывать такую работу ради какого-то не особо ценного женского украшения?

Судя по тому, как неизвестный вор провернул кражу из квартиры Елизарова, последнему ограблению предшествовал такой же масштабный сбор информации о «клиенте», какой он провел в отношении Пескуновой. Однако получить такой большой объем данных и не вызвать ни у кого подозрений можно было только одним способом – находясь в приятельских отношениях со своими жертвами или с теми людьми, кто тесно с ними связан. А это значит, что в кратчайшие сроки следовало проверить всех друзей-приятелей этих двух жертв и найти между ними какие-то связи. И тут Гурову без Станислава было уже не обойтись, поскольку выполнить такой большой объем работы в одиночку сыщик просто не успевал. Да и искать еще одного помощника, которому без оглядки можно было бы доверить подобную работу, времени тоже не было. Направляясь к депутату, Гуров достал телефон и позвонил напарнику.

– Стас, ты чего так долго с Рахимовым возишься? Узнал что-нибудь о нем и о Гамзяновой? – без предисловий поинтересовался у