Забава для избранных - Алексей Викторович Макеев

Ну, и последний из фактов, который не давал сыщику покоя, – грецкий орех на подставке для часов вместо похищенной вещи. Именно он перечеркивал все доводы относительно инсценировки кражи хотя бы потому, что сам потерпевший этой детали придавал минимум значения. И если бы он сам положил туда орех, то постарался бы на нем акцентировать все внимание, чтобы максимально отвести от себя подозрение. Так что Гуров решил на всякий случай по возвращении в Главк сделать запрос о том, не регистрировались ли в последний год схожие квартирные кражи, в которых на месте украденной вещи преступник оставлял какой-то предмет.

* * *

Уже в Главке Гуров подумал о том, что, возможно, стоит провести обыск в офисе и в квартире Пахомова. Сыщик сомневался, что это что-то даст следствию, за исключением одного – если часы там найдутся, то вопрос по возможным подозреваемым в квартирной краже решится окончательно. Вот только для проведения обыска у конкурента Елизарова у Гурова не было никаких оснований. Конечно, перерыть вверх дном все помещения, которыми пользовался Пахомов, сыщик мог бы и не выискивая существенных причин. Но если Сергей решит обжаловать эти действия, то у Орлова точно добавится неприятностей, которые сейчас, когда генералу угрожали почетной пенсией, были совсем не нужны.

Самостоятельно Гуров такое решение принимать не хотел, тем более что уверенности в том, что пропавшие часы найдутся среди имущества Пахомова, у него не было никакой. Именно поэтому сыщик и решил поговорить на тему обыска с генералом, а по дороге зашел в архивный отдел и дал поручение отыскать уголовные дела, в которых похититель оставлял на месте украденного предмета какие-то безделушки. А Орлов его встретил в своем кабинете с какой-то щенячьей надеждой на лице.

– Что хорошего скажешь, Лева? – поинтересовался генерал-лейтенант.

– Работаю, Петр, – констатировал Гуров, а затем рассказал о своей версии с имитацией кражи. – Вот и хочу у тебя спросить, а готов ли ты к тому, что я проведу обыск у Пахомова?

Орлов задумался.

– Насколько ты считаешь эту версию правдоподобной? – поинтересовался он после небольшой паузы.

– Процентов на десять, Петр, – пожал в ответ плечами сыщик.

– Это не мало, – ответил генерал. – Но и не много. В другое время я бы даже раздумывать о последствиях не стал и сказал бы: обыскивай. А сейчас…

– В другое время я бы у тебя и не стал благословения спрашивать, – фыркнул в ответ Гуров. – Ладно. Я тебя понял. Пока этот вопрос отложим. Но мне от тебя еще кое-что нужно. Мне нужна вся информация по Максиму Фаридовичу Рахимову. С кем на дело ходил, с кем срок мотал, с кем в школе учился, с кем у себя на районе дружил. В общем, абсолютно все, что удастся найти. Я бы мог и сам этим заняться, но сейчас других дел полно, да и Стас занят. Привлекать к делу еще одного опера слишком долго, а тебе найти нужные сведения – раз плюнуть. К тому же тряхнешь стариной, вспомнишь, как на земле работать. Правда, я пока не знаю, связан ли Рахимов вообще с этой кражей, но его нужно проверить.

– Интуиция? – понимающе кивнул Орлов.

– Да как хочешь мои мотивы называй, но информацию мне добудь, пожалуйста! – отмахнулся от него Гуров.

– Сделаю, – ответил генерал и посмотрел на часы. – Что-нибудь еще?

– Цветы Марии отправь. Розы, – ответил Гуров, выбираясь из-за стола и направляясь к выходу из кабинета.

– А это еще зачем? – оторопел генерал.

– А я сегодня, возможно, даже ночевать домой не приду, именно по твоей милости, – с усмешкой констатировал сыщик. – Вот цветы и будут от тебя оправданием. И записочку к ним с извинениями прикрепить не забудь!..

К удивлению Гурова, данные по его запросу нашлись в картотеке архива в списке нераскрытых дел очень быстро. К тому же парни из отдела подсуетились и собрали воедино все материалы по этим кражам, которые уже были оцифрованы. С полным пакетом нужных документов он и встретил в коридоре специалиста, который направлялся в его кабинет, чтобы отдать ответ на запрос.

Всего Гурову доставили три дела, в которых на месте украденной из квартиры вещи фигурировал посторонний предмет. Дважды неизвестные грабили квартиры женщин, оставляя им «на память» красные розы, а один в списке пострадавших оказался мужчиной, и ему преступник также положил грецкий орех. Все кражи произошли в течение последних пяти месяцев, и больше за последний год похожих преступлений зарегистрировано не было.

– Да что же мне как везет-то! – невесело рассмеялся Гуров, просматривая материалы. – Опять серийник. И снова о том, что это не единичное преступление, а серия, первым узнаю я!

Для того чтобы понять, что все четыре преступления были совершены одним и тем же человеком, Гурову хватило лишь мимолетного взгляда на материалы уголовных дел. Помимо того что в каждом случае преступник оставлял на месте украденной вещи посторонние предметы – «детям мороженое, бабе – цветы» – почему-то вспомнил сыщик фразу из популярного советского фильма, – был еще и целый ряд других похожих деталей.

Во-первых, никаких следов преступника в обворованных квартирах обнаружить не удалось. Во-вторых, в трех случаях из четырех квартиры были оборудованы системами «умный дом» и камерами видеонаблюдения и нигде на них появление квартирного вора не было зафиксировано. Правда, электронный замок был только у Елизарова, но на эту небольшую разницу в способах проникновения в квартиру внимания можно было не обращать. А вот в том, что квартирный вор был хорошим слесарем и специалистом по электронным системам, сомневаться точно не приходилось.

Первой жертвой серийного квартирного вора стал член ЛДПР и депутат Михаил Дмитриевич Водопьянов. Этот политик старался во всем подражать покойному лидеру партии Владимиру Вольфовичу Жириновскому, но, судя по тому, что слышал о нем Гуров, получалось это не очень хорошо. А известность свою Водопьянов приобрел благодаря скандалам, участником которых не раз становился, и сомнительным высказываниям, авторство которых ему приписывали.

Депутат проживал в довольно приличном московском районе – на Якиманке, на улице Мытной, и, как и у Елизарова, его квартира была оборудована системой «умный дом». У депутата украли запонки, которые, как утверждал потерпевший, ему подарил сам Жириновский. И здесь тоже, как и в последнем случае, установить точное время кражи не удалось. Водопьянов проводил майские праздники на даче и вернулся только