Рождение Патрика - Глеб Финн

сдвинулся с места, но было видно, как трудно ему даются первые шаги, особенно правая нога. Каждый раз, когда правая нога ступала на землю, шагоход уводило в сторону, и Том тратил силы, чтобы выравнить машину. "Так он не дойдет", подумал я, "слишком много сил уходит". Видимо, Том тоже об этом догадался, и он изменил тактику. Он припустил в припрыжку. Как только правая нога касалась земли, он сразу же делал толчок вверх. Выглядело это так, как будто он волочил правую ногу, как футболист у которого свело мышцу. "Нет, это был не футболист. Это Паниковский ворует гуся", подумал я (смотреть здесь: «https://www.youtube.com/watch?v=y6MZyKZ8i9A»). Все это выглядело настолько комично, что я еле удерживался, чтобы не заржать. Однако, бросив беглый взгляд на Ингу, понял, лучше не надо. Она сидела, прикусив нижнюю губу и выглядела совершенно подавленной. Тем временем, некоторые операторы развернули свои камеры-дроны, и те полетели к Тому. Но упорства ему было не занимать, и он таки доковылял до застройки. И сразу же выбрал самый плохой для себя вариант: он решил пройти через ту часть застройки, где велись какие-то ремонтные работы. Везде стояли строительные леса, на досках которых размещались какие-то банки. И зайдя на середину стройки, он наступил на мину-ловушку. Вреда она не несла, простая хлопушка, но очень громкая. От неожиданности он потерял концентрацию, и машина стала заваливаться на бок. И та, не выдержав веса шагохода, потянула за собой всё строение. И весь строительный лес вместе с банками рухнул на него сверху, погребя под собой Тома. Упс, в банках оказалась краска. Первые мгновения ничего не происходило, но вот куча досок и железа пришла в движение, и из-под неё вылезло нечто. Оно было покрыто краской разных цветов, а пилотская кабина была полностью залита жёлтой краской. Кабина находилась точно посередине шагохода и давала пилоту необходимый обзор пространства. Том попытался включить дворники, чтобы расчистить себе обзор, но дворники оказались сломаны и смогли лишь по дуге расчистить узкую линию. Но лучше бы он этого не делал, потому что сейчас на нас смотрел смайлик жёлтого цвета. Инга чуть не плакала от досады. Я же приложил все силы менталиста, чтобы не расхохотаться. Но упорству Тома позавидует любой смайлик. Вот он, как слепой шарит рукой по земле и наконец находит железную палку. Вбив её вертикально в землю и, используя её как опору, медленно поднимает себя. Железку он не бросил, наоборот, используя её как палочку для слепого, двинулся вперёд. "Нет, ну вылитый Паниковский", подумал я (смотреть здесь: «https://www.youtube.com/watch?v=LPviT-OzU3M»). Все операторы дронов, бросив других участников турнира, сфокусировались на Томе. Остальные зрители уже сидели, согнувшись от неудержимого хохота, и я бы к ним с удовольствием присоединился, но нельзя. На Ингу было больно смотреть. Но вот наш смайлик вышел на открытое пространство, и в него полетели железные болванки Но Том упорно шёл вперёд.

— Почему он не стреляет? — спросила Инга.

— Не хватает концетрации, — пожал я плечами — палка отвлекает.

Болванки продолжали попадать в шагоход, замедляя его движение. Том уже использовал палку, как посох. Просто упирался им в землю, чтобы его, от прямого попадания, не опрокинуло на землю. Второй раз он уже не встанет. Цитируя классика, «Безумству храбрых поём мы песню», я бы так обрисовал сложившуюся ситуацию, впрочем безумство можно заменить на упорство. И в конце концов он дошёл до беспилотного орудия. И, схватив железную опору в две клешни, в три удара опрокинул орудие на бок.

— Он дошёл, — прошептала Инга — он дошёл.

И повернув голову, посмотрела на меня и в её глазах застыли слёзы, но то были слёзы счастья.

****

Встречать нас вышла вся школа. А как вы думали? Не каждый день увидишь смайлика-шагохода, сокрушающего врага железной палкой.

Сам Том был в восторге, правда его трясло и шатало, когда он вылез из шагохода. Но факт остаётся фактом, он победил. Победа над собой, вот что по-настоящему нас развивает. Сегодня он стал сильнее. И он это понял и осознал. Так что Том был героем всей школы сегодня. Даже Олле был впечатлён его успехом, хоть мы и заняли последнее место, но те, кто реально понимает, насколько это было трудно Тому, оценили это. Победила кстати Эльза Миллер, SOBы похоже всё ещё пребывают в шоке, никак не могут собраться. Может, сегодня вечером, на этикете, им повезёт больше. У нас оставалось ещё пара часов и надо будет выдвигаться на следующую дисциплину. Может, этот конкурс пройдёт у нас спокойно? Я искоса посмотрел на Ингу и внезапно ощутил тревогу. Менталисты всегда прислушиваются к своим ощущениям, это то, что мы контролировать не можем, но всегда учитываем их в наших планах.

— Инга, как ты? — спросил я, подходя к ней.

— Отлично, Том такой молодец, спасибо тебе огромное, ты реально помог ему. — её глаза просто сияли от счастья.

— Да я ничего и не делал, он всего добился сам, — пожал я плечами.

— Ты был рядом, это самое главное.

— Мы все были рядом. — поправил я её — Ты лучше скажи, как у тебя с этикетом?

К Инге я никогда не лез, она была самостоятельной единицей в нашем коллективе. Скажем так, у нас было два лидера я и она, но мы всегда уважали друг друга.

— Я готова, как Том не выступлю, — усмехнулась она — но удивить смогу.

Моё чувство тревоги усилилось. Так, она что-то там задумала, а если добавить к этому её неприязнь к аристократам, то дело пахнет керосином. Отговаривать или выяснять подробности я не стал, но буду готов к любым развитиям событий. Я лишь ободряюще улыбнулся ей.

****

Дисциплина этикета проходила в Императорском дворце и была разделена на три части: первая — прием, в котором имитировали прием аристократов, вторая — обед, а третья — танцы. Все мероприятия фиксировались множеством камер и микрофонов, а оценка действий участников проводилась судьями. Я не сильно разбираюсь в этом, но, видимо, местным жителям это очень важно, и они даже устраивают соревнования между собой.

В Императорский дворец отправилась вся команда, когда ещё представится такая возможность? Туда приехали также Пол, Агнесс, Клаус и Доминик. Я не увидел в их глазах особой радости, скорее наоборот — тревогу. Они точно знают что-то, чего не знаю я.

— Инга, ты точно уверена, что должна это сделать? Может не надо? — спросила тётя Агнесс.

— Да, я всё решила, я должна это сделать. Ради себя. Ради родителей. — стальным голосом ответила Инга.

— Инга, что