Убийство в бухте ангелов - Ольга Коле

– С кровью свиньи? Ты совсем дура?

– Нет-нет, я так сделала специально! Они подумают, что она хочет отвести от себя подозрения, и, наоборот, будут подозревать ее еще больше. Ну подумайте сами. Подруга дает убитой кучу денег в долг. Потом, видимо, хочет получить их обратно, но не получает. И подруга ее убивает. Заколоть ножом и женщина может. В ванну кинуть – тоже проще простого. Так что все будет указывать на нее.

– О каких деньгах ты говоришь?

– О, месье! Ну вот вы ничего не знаете, а кричите на меня. Катрин взяла деньги в долг у своей подруги. Вроде как для того, чтобы устроиться на работу. Но не отдала. И куда дела – тоже непонятно.

– Что за подруга?

– Ирэн Дюпри.

– Риелторша?

– Да-да.

– Дальше.

– Ну и все.

– Кого ты видела у подъезда? Кто еще заходил к ней в дверь?

– Вы все-таки ее любили!

– Кто. Заходил. В подъезд? – Венсан угрожающе посмотрел на Анну.

– Месье, я не скажу. Извините, но я вас боюсь. Ворвались ко мне домой, кричите. А я между тем сделала все, о чем мы договаривались. Даже более того – я сказала, что убитая была проституткой. Значит, они не будут копать глубоко, все закроют уже завтра.

– Ты сказала им, что она была проституткой?

– Да, – довольно ответила Анна.

– Ну ты и дура! – вдруг рассвирепел мужчина и набросился на Анну. Сильным ударом свалил ее с ног и начал пинать ногой в живот, повторяя: – Дура! Тупая сука! Тупая ты сука!

Он бил ее с таким бешенством и неистовством, что Анна думала, он убьет ее. Такой ярости она не встречала еще никогда. Но он внезапно прекратил, глубоко вдохнул, как бы взяв себя в руки, и сел перед ней на корточки.

– Кто заходил в подъезд?

Анна упрямо молчала, зная, что после того, как расскажет, он точно ее убьет.

Венсан встал, развернулся и вышел из квартиры.

«Мне нужен врач, – подумала Анна. – Мне срочно нужен врач. Но не из клиники, а свой, который не сообщит жандармам об избиении».

Она попыталась встать, но живот и бока болели так сильно, что у нее закружилась голова. Наконец спустя полчаса она сумела подняться и дошла до аптечки. Обезболивающее немного помогло, и Анна, медленно и осторожно ступая, отправилась к врачу.

У доктора Шао Пина всегда было полно посетителей. Его кабинет находился в подвале, вывески никакой не было, и знали о нем только местные бедняки и бедолаги, которым нельзя было в больницу, – у кого-то не имелось страховки, у кого-то денег, а третьим, как Анне, не нужно было внимание властей.

В холле сидел мужчина, пришедший на перевязку, и, скорее всего, это была операция по удалению почки, распространенная на черном рынке, но после операции никакого медицинского обслуживания не предполагалось. Поэтому к доктору Шао Пину обращались, чтобы он обработал или даже нормально зашил рану после таких вмешательств. Кроме этого мужчины сидела девушка – половина ее лица была синяя, губы распухли, и одной рукой она прижимала вторую руку к себе. Эту, похоже, избил муж. У нее тоже нет других вариантов, кроме как отправиться к подпольному врачу. В клинике ее заставят пойти к психологу и, возможно, даже смогут убедить подать заявление. И тогда через неделю муж изобьет ее еще сильнее.

Наконец подошла очередь Анны.

– Что произошло?

– Меня избили. В живот ногами. Около часа назад.

– Давайте посмотрим.

Сначала доктор взял ее руку, закрыл глаза и начал слушать пульс. Как и все китайские доктора, он устанавливал диагноз по пульсу на руке. Затем, утвердительно кивнув, предложил ей перейти на кушетку и начал ощупывать живот. Анне стало еще больнее, но спустя несколько минут доктор сказал, что внутренних кровотечений и разрывов нет. Дал ей пакетик с желтым порошком, велел разводить его теплой водой и пить каждый час по три глотка. И обязательно делать специальную брюшную гимнастику, чтобы энергия в животе свободно распространялась и способствовала выздоровлению.

Действие обезболивающего начало проходить, и, вернувшись домой, Анна принялась обдумывать, как поступить дальше. «Нужно быстро получить денег еще с одного человека – того самого, который вошел в подъезд Катрин. Он не ответил на первое письмо, поэтому второе должно быть более жестким. И еще можно подоить напоследок мадам Бушар. Запрошу у нее тройную цену за молчание. А потом самое время уехать. Здесь становится слишком опасно. Деньги деньгами, но сегодня я могла и умереть. Еще несколько таких ударов, внутреннее кровотечение – и нет больше Анны. Перееду в Трувиль. Там такие же шикарные виллы, тоже всегда требуется прислуга, и к тому же там не так жарко. Буду спокойно продавать хозяйские вещи и через год вернусь к сыновьям».

Глава 39

– Месье Гарнье, здравствуйте.

– Уходите отсюда!

– Я не журналистка. Просто ваша соседка, такой же житель города, как и вы. Я привезла жаркое из курицы. Домашнее. Пообедаете со мной?

– Чего вы хотите?

– Прямо сейчас я очень хочу есть. У меня есть пакет, а в нем еда. Вы не против, если я разложу содержимое прямо здесь? Это же ваша земля, по правилам мне нужно разрешение для пикника.

Мужчина молчал, и Ирэн сначала постелила плед, а на него принялась раскладывать привезенные с собой хлеб, овощи и наконец пластиковый контейнер с курицей.

– Это надо бы подогреть. Пойдемте в дом.

Через двадцать минут они уже сидели на кухне, доедая принесенный Ирэн обед.

– Моя жена тоже делала такую курицу. Только она добавляла в нее чернослив.

– С черносливом было бы вкуснее.

– Что вы от меня хотите?

– Помогите мне.

– Мадемуазель, оглядитесь вокруг. Здесь только нищета и безысходность. Я последний человек, который мог бы кому-то помочь. Жена умерла, дочь уехала. Соседи со мной не общаются, мальчишки все еще кидают камни в мою сторону и свистят. Я не могу помочь даже себе.

– Я понимаю. Но мою подругу убили. Несколько дней назад. Полиция думает, что это я.

– А вы что?

– Я никого не убивала. Но у нее на плече был такой знак, как раньше на телах других женщин.

– Которых якобы убил мой сын?

– Да.

– И что вы хотите?

– Расскажите, что вы думаете по этому поводу. Вы верите, что ваш сын совершил все эти преступления?

– Конечно нет. Мой Доминик вырос очень хорошим человеком. Он пожертвовал собой ради нашей семьи.

– Пожертвовал собой?

– Именно. Моя жена заболела, а врачи только разводили руками. Требовались лекарства,