Небо с овчинку - Марина Серова

Так, значит, у Ситенковой появились проблемы с Ольгой, и она решила на время покинуть город. Интересно: в чем они выражались, эти самые проблемы? И вообще, как-то тут все странно. Одна сестра исчезает из дома, никому ничего не сообщив, не предупредив на работе, что будет отсутствовать. Другая, хоть и случайно упоминает о проблемах и о том, что желала бы временно покинуть город, уезжает в спешке. Такое ощущение, что одна скрывается от другой, а вторая ее ловит. Возможно, что и так. А причиной этого, конечно же, являются деньги.

И если так, то единственное, что я сейчас могу сделать, так это попробовать определить, куда именно уехала Ситенкова. Найти ее и переговорить. Хорошо, хоть время отправки и день покупки билета на поезд я знаю.

Остановившись на предположении, что Ситенкова скрывается от Ольги, а та пытается ее выследить, я решила отправиться на вокзал и узнать, куда именно уехала Людмила.

— Скажите, пожалуйста, — склонившись в окошечко билетной кассы, начала я. — Где мне можно получить данные о совершенных примерно три недели назад покупках билетов?

Недовольная всем и всеми кассирша что-то буркнула себе под нос, а потом, видя, что я ничего не расслышала, махнула рукой в сторону коридора.

Торопливо отойдя от кассы, у которой уже начали ворчать ожидающие в очереди, я поспешила к коридору, злясь на то, что у нас в России до сих пор не сообразят организовать на железных дорогах нормальную справочную службу. Встроенный же в стену компьютер не способен выдать всю требующуюся пассажирам информацию, вот и приходится каждый раз поднимать на уши кучу народу и порой совершенно не оправданно.

Войдя в коридор, с левой стороны я почти сразу обнаружила дверь с прибитой рядом табличкой «Администрация». Догадываясь, что нужные мне данные более нигде, кроме как здесь, мне не дадут, я упрямо стала стучаться в эту дверь. Упрямо потому, что после трех моих ударов по ней кулаком дверь так и не открыли, а в помещении явно кто-то был, оттуда доносились голоса и смех.

— Вот старые грымзы, — процедила я сквозь зубы. — Привыкли всю жизнь не работать, даже дверь открыть ленятся.

«А что ты хотела? — тут же проснулся и зажужжал мой внутренний голосок. — Кому за что платят, тот то и делает. Не всех, знаешь ли, ноги кормят, кому-то достаточно и сиднем сидеть — свое все равно получишь».

От раздражения решив даже ударить по двери ногой, я развернулась к ней спиной и… в тот самый момент дверь как раз и распахнулась. Просто чудом я сумела устоять на месте, а не влетела в комнату задом наперед. Правда, покраснеть все же покраснела — не всегда же выпадает оказываться в такой нелепой ситуации.

Быстро справившись со своим непроизвольным замешательством, я достала из сумочки свои ментовские «корочки» и, сунув их под нос стоявшей в дверях женщине, спросила:

— Могу я пройти?

— Да, конечно, — сразу засуетилась та и даже принялась оправдываться, почему так долго не открывали: — Мы тут только что обедали, а у нас не принято в это время кого-то принимать. Мы подумали, что опять недовольные пассажиры…

— Я догадалась, — желая, чтобы женщина поскорее замолчала, произнесла я.

Затем прошла в небольшое помещение с тремя столами, мягким диваном и двумя креслами в уголке. Как и сказала женщина, на столах все еще стояли грязные чашки из-под чая, а вокруг них белым снегом лежали крошки какой-то выпечки. Работающих же всего было двое, обе — женщины средних лет и примерно одной наружности. И та и другая черноволосы, ярко накрашены, в коротких не по возрасту черных юбках и светлых кофточках, расшитых блестками.

— Скажите, кто из вас может найти мне информацию о том, какие пассажиры и на какие поезда взяли билет? У вас ведь фамилии вносятся в компьютер, если я не ошибаюсь.

— Да, это так. На тот случай, если с поездом или с теми, кто в нем едет, что-то случится.

— В таком случае мне бы хотелось, чтобы вы проверили, куда брала билет Ситенкова Людмила Алексеевна? Мне известно только, что это было около часа дня три недели назад.

— Хорошо, мы сейчас посмотрим, — пообещала та, что встретила меня у двери.

Затем она кивнула своей напарнице, которая поспешила к компьютеру, стоящему чуть в стороне, так что я сразу его даже и не заметила. А сама предложила мне:

— Чаю хотите? Ответ ведь не скоро определится.

— Нет, спасибо, — отказалась я, присаживаясь на мягкий, покрытый пледом диван.

Обе работницы вокзала уткнулись в монитор компьютера, что-то там выбирая. Я же, предоставленная сама себе, стала осматривать помещение.

Комната «администрации», представителей которой я, в общем-то, тут и не заметила, не считая двух этих дамочек, на сию роль никак не тянувших, была довольно уютной. Если бы не крашенные в голубоватый цвет стены, напоминающие старые времена, когда таким образом оформляли все общественные помещения, ее можно было бы спутать с офисом одной из среднего размера компаний, количество которых в городе зашкаливает за несколько сотен. Тут было абсолютно все для удобства: уголок отдыха с пальмой, рабочие столы, оборудованные хоть и не последними, но все же и не самыми худшими компьютерами, небольшой телевизор и даже книжная полка с дамскими романами.

Наконец дамочки что-то накопали и позвали меня.

— Вот, мы нашли, — произнесла одна из них, а вторая часто закивала головой.

Я подошла к компьютеру и глянула на монитор. Там, в одной из строк, сейчас выделенной более темным цветом, фигурировала столь интересующая меня фамилия Ситенковой, а напротив нее написано: час пятнадцать, Туапсе…

«Туапсе, всего сотню километров не доезжая до Сочи, — вспомнила я. — Ничего себе, укатила девица! И что, мне теперь тоже к морю подаваться? И чего ей дома не сиделось». Я немного разозлилась, но благодарственные речи представительницам загадочной вокзальной администрации произнесла тоном, в котором не было и намека на раздражение:

— Спасибо, вы очень мне помогли. — Затем на пару минут задумалась и спросила: — А не посмотрите, нет ли в списках еще одной женщины?

— В какое время? — поинтересовалась администраторша.

— Примерно в то же время, — может, на день позже, — ответила я, предположив, что Ольга могла последовать за сестрой тем же самым маршрутом. — Ее фамилия Туркина, Ольга Алексеевна.

Женщины снова завозились у компьютера.

— Нет, такая билет не брала, — спустя пять минут доложили они мне.

— Понятно, — вздохнула я, а затем на всякий случай поинтересовалась: — А во сколько идет поезд на Туапсе?

— Сегодня? — переспросила женщина.

Я кивнула.

— Вечером, в двенадцать. Вам забронировать билет?

— Пожалуй, нет, — не совсем еще решив, стоит ли нестись в какое-то там Туапсе, пытаясь найти одну из сестер, ответила я.

Я еще раз поблагодарила женщин и покинула их кабинет. Вернувшись в машину, я не стала торопиться и заводить ее, а достала из сумочки пачку с сигаретами, извлекла одну из них и закурила. Нужно было как следует все подумать и решить, как поступить дальше. Сделать это мне удалось, лишь когда организм немного расслабился.

Что у меня на данный момент есть? Первое — пропали две сестры. Примерно в одно и то же время. Об их местонахождении никто не имеет ни малейшего представления. Второе — одна из сестер уезжала второпях и проговорилась коллегам, что отъезд как-то связан с ее сводной сестрой. Стало быть, связь одного с другим подтверждается: одна бежит, вторая преследует. Причина, как я думала, скорее всего, в деньгах их общего отца.

И даже если я ошибаюсь и Ольга не следует по пятам за своей сводной сестрой, последняя должна иметь хоть какое-то представление, где может находиться первая. Как-никак, но она сама проговорилась коллегам о том, что виделась с сестрой. Отсюда вывод: найти Ольгу я не смогу до тех пор, пока не найду Людмилу. А значит… Для меня это значит только одно: ехать в теплые края придется, хочешь ты, Танечка, того или не хочешь.

Придя к такому логическому выводу, я тяжело вздохнула, но тут же сама себя одернула: чего вздыхает, как перед казнью? Тут, наоборот, радоваться надо — в кои-то веки выпал великолепный шанс сочетать полезное с приятным, то есть работу с отдыхом. Туапсе как-никак курортный город.

Но оставалась загвоздка: куда на время поездки деть мою обузу — Константина? Не могу же я его бросить одного дома, не для того мне его оставила Ленка… Ладно, придумаем что-нибудь… Остановившись в своих размышлениях на этом месте, я повернула ключ в замке зажигания и направила машину к дому.

По дороге я перебрала мысленно всех своих знакомых и друзей, которым можно было бы спихнуть на пару деньков Константина. И уже подобрала парочку кандидатур для этой непростой работы, как мой противный внутренний голосок взял и все испортил.

«Что, радуешься? Нашла, куда сбагрить парня? — ехидно поинтересовался он, а потом, так как я только усмехнулась, добавил: — А зря. Ты бы лучше подумала, как потом будешь смотреть в глаза своей подруге, которой ты пообещала лично следить за парнем». — «А как? Обычно смотреть буду, что тут такого, у меня ведь работа!» — возразила было я, но мой внутренний голосок и не подумал успокоиться и продолжал: «Ну, твое дело. Только если его те головорезы найдут, ты очень пожалеешь. Ведь получится, что ты еще и посторонних людей подставишь… Нехорошая ты девушка, Танечка». — «Вот зануда! — рассвирепела я. — Взял и все испортил, а так все хорошо получалось».