Майкл Шейн и белокурая сирена - Бретт Холлидей

— Мне нечем тебе помочь, — буркнул Шейн. — Я только вчера днем узнал подробности этого дела — и все больше с чужих слов. Здесь я почти закончил. Через час смогу вернуться и начать собирать улики.

Он повесил трубку. Барбара не сводила с него глаз.

— Итак, на дистанции вас осталось трое, — произнес он.

Она тут же заглотила наживку.

— Ты о чем, Майкл? Какая дистанция?

Барбара стояла спиной к окну. Внезапно позади нее послышался свист. Шейн мгновенно оценил ситуацию.

— Ложись! — завопил он.

И рывком повалил ее на пол; Барбара выпустила из рук стакан и джином залила себе всю грудь. Вновь раздались стремительно перемежающиеся звуки: отдаленный взрыв, грохот разбивающегося стекла, свист. В трубках органа появились две дырочки; отверстия того же диаметра просматривались в оконном стекле на одной линии с ними.

— Карабин тридцатого калибра, — невозмутимо констатировал Шейн, лежа на полу.

Глаза у Барбары расширились от страха.

— Ты хочешь сказать, что в нас кто-то стрелял?

— В нас? Нет, детка, я тут ни при чем. Я ведь не вхожу в число собственников.

Она повернула голову к окну. От двух дырочек по стеклу расползлась паутина трещин. Затем взглянула на трубки органа, и Шейн понял, что Барбара пытается проследить траекторию выстрелов.

— Наверно, кто-то подошел на моторке.

— А может, это снайпер по имени Эда Лу?

— Эда Лу? Что за бред?!

— Лежите? — язвительно осведомилась Эда Лу, появляясь в дверях. — Быстро же вы спелись! Прошу извинить за беспокойство, но я решила, что лучше вас предупредить: в заливе стоит катер.

— Не подходи к окну! — крикнула Барбара. — Стреляют!

— Стреляют? — насмешливо переспросила старуха. — Кто же? Купидон?

На ней были домашние туфли на высоком каблуке и старомодный, до пят, пеньюар, отороченный по вороту лебяжьим пухом.

Раздался еще один залп карабина, и Эда Лу камнем рухнула на пол. По комнате закружилось перышко от ее пеньюара. Она тихо застонала.

— Эда, дорогая! — воскликнула Барбара. — Ты ранена?

— Лодыжку растянула! — проворчала экономка. — Тоже мне, мазила! Я сразу поняла: с этим катером что-то нечисто. Подошли с погашенными огнями. Какое счастье, что в доме есть мужчина!

— Оглядитесь по сторонам, — распорядился Шейн. — У вас самая удобная позиция.

Эда повиновалась, не поднимая головы.

— Мне кажется, я правильно поняла вашу мысль, — медленно проговорила она.

С поднятыми дюймов на двадцать жалюзи комната была освещена наподобие сцены. Из залива она просматривалась вся, кроме одного отрезка стены. По углам горели две лампы, одна настольная, под кисейным абажуром. Но основным источником света служила подвешенная к потолку бронзовая люстра. Чтобы выключить ее, надо было добраться до выключателя у двери.

— Пожалуй, надо погасить свет, — догадалась Эда Лу. — Я выдерну оба штепселя, а вы позаботьтесь о люстре.

Шейн усмехнулся.

— Может, лучше я выдерну штепсели, а вы позаботитесь о люстре?…

— Превосходно! — возмутилась она. — Самое трудное пусть достается женщинам! А Кэл еще говорил, что вы один из немногих храбрецов, которые остались на свете. Видно, он в вас ошибся, Шейн.

Ухмылка не сходила с лица Шейна.

— А как бы сам Кэл поступил в данной ситуации?

Эда смерила его злобным взглядом и вдруг совсем не к месту коротко хохотнула: видимо, перышко на воротнике защекотало ей шею.

— Так же, как вы, юноша, точно так же. Он любил держать пари, потому, видно, и прожил долго.

По-пластунски, помогая себе локтями и коленями, Шейн подполз к стене справа от окна и при этом умудрился ни на сантиметр не приподнять своего драгоценного тела.

— Как думаешь, Барбара, кто там может быть? — спросил он, закуривая.

— Откуда мне знать? — раздраженно отозвалась она. — Папа был во многом замешан и никогда не боялся наживать себе врагов.

— Золотко, доверься господину сыщику! — съязвила Эда Лу. — Ты прекрасно знаешь, кто это, и он знает, что ты это знаешь.

Барбара испепелила ее взглядом.

— Вечно суешься, куда не просят! Тебя вообще никто сюда не приглашал.

— Прости меня за то, что я до сих пор не сдохла! — с горечью отозвалась старуха.

Барбара перекатилась на спину, иначе она не могла видеть Шейна. На лице у нее был написан страх, но она прилагала невероятные усилия, чтобы говорить спокойно.

— Ну, если честно, я себе представляю, кто бы это мог быть. Мой безмозглый дядюшка Брэд. Поделить миллион на два лучше, чем на три, — это ежу ясно! Ты ведь тоже не за просто так головой рискуешь. Может, поработаешь на меня? Будь моим телохранителем до пятницы, я тебе заплачу десять тысяч.

— Нашла кому предлагать! — усмехнулась Эда Лу. — Это же Майкл Шейн! Ты что, газет не читаешь? Да он меньше чем за двадцать тысяч с тобой и разговаривать не станет.

Барбара вновь метнула на нее гневный взгляд, и та сразу изменила тон:

— Извини, я думала, ты не в курсе.

— Пятнадцать, Майкл, — настаивала Барбара.

— А есть они у тебя, пятнадцать? — проронил Майкл.

— Ты что, берешь деньги вперед? Наличных сейчас нет. Это всегда проблема.

— А куда пошел аванс от «Флорида-Америкэн»? Не на покупку ли места в суде для Шэнана?

Эда Лу подавила смешок. Лицо Барбары исказилось от страха.

— Не бросай меня, Майкл, ради всего святого! Ну что мне делать? Ты же не знаешь Брэда! Он сумасшедший, убийца!

— Так ты сама сказала, что этому никто значения не придает, — поддел ее Шейн.

Барбара закусила губу.

— И потом, я ничем не могу тебе помочь, даже если б захотел. Я не работаю сразу на двух клиентов — это мое правило. А одна клиентка у меня уже есть.

— Как?! А разве ее не…

Она запнулась. Посмотрела на телефон, потом на сыщика. Кровь отхлынула у нее от лица. Шейн улыбнулся.

— Ублюдок! — прохрипела она.

— Интересно, чем же это я тебе не угодил?

— Да что стряслось-то? — спросила Эда Лу.

— С Брэдом несчастье, — сообщил Шейн, не сводя глаз с Барбары. — Его застрелил полицейский. Не буду скрывать: я этого ожидал.

Барбара повернулась набок и снова поглядела на две маленькие дырочки в оконном стекле.

— Итак, это не Брэд, — заключил Шейн. — И не Китти — я знаю, где она. Но тогда кто же? Остается судья Шэнан. Я всегда считал, что он не способен на убийство, но, кроме него, как будто некому. Люди иногда изменяют своим привычкам, если на то есть веская причина. Скажем, человек связал себя обязательством жениться, а это ему поперек горла.

— Решил меня спровоцировать? — злобно бросила Барбара. — Но мое предположение, что по телефону тебе сообщили о Китти, еще ничего не доказывает.

— А мне и не нужны доказательства, — отпарировал Шейн, — я только хотел, чтоб ты подтвердила мою догадку. Ты ведь вроде работаешь в больнице? Может, расскажешь мне о свойствах закиси азота?

Барбара, забывшись, приподняла голову и с тревогой взглянула на него. Раздался еще один выстрел из карабина. На сей раз пуля застряла в оконной раме. Барбара ткнулась лбом в пол.

— Что ты имеешь в виду? — тихо приговорила она

— Ничего хорошего! — отрезал Шейн. — Знаешь, какое наказание предусмотрено законом за подстрекательство к убийству? А то могу тебя проинформировать! — В голосе его звучал металл. — Что до этого катера, то он здесь долго не задержится. Я просто так, комедию перед вами ломал. Вы позволите подвинуть диван к окну поближе, чтобы по нему проползти? У меня нет с собой оружия, но вряд ли незваный гость захочет лично в этом удостовериться. За завтраком я увижусь с Китти и передам ей твое предложение. Если она спросит моего совета, я порекомендую его принять, иначе история с сокровищем порядком устареет… А там уж как она решит. Если откажется, то я хочу, чтобы ты знала: ничего тут не поделаешь. Ты меня поняла — ничего! Посему успокойся и оставь дальнейшие попытки. В противном случае тебе сперва придется перешагнуть через мой труп. Ясно?

Эда Лу встретила его тираду насмешливыми аплодисментами.

— Но я же ничего такого не совершила, — едва слышно произнесла Барбара.

— Тем лучше для тебя. Продолжай в том же духе и, даст Бог, не угодишь на электрический стул.

Женщина слабо всхлипнула.

— Она хочет довести до вашего сведения, Майкл, что все осознала, — вмешалась Эда Лу. — Кстати, если вам нужно оружие, то здесь в ящике стола есть пистолет двадцать пятого калибра.

— Двадцать пятого! — презрительно скривился Шейн. — А рогатки у вас случайно не найдется? Ну ладно уж, чтоб не двигать мебель…

Он оторвался от стены и пополз к массивному столу резного дерева на другом конце комнаты. Добравшись до него, перевернулся на спину и начал медленно выдвигать нижний ящик. В процессе этой операции он заметил маленький микрофон, вмонтированный с внутренней стороны одной из массивных резных ножек.