Паук - Ларс Кеплер

Повсюду люди, многие одеты в белое, ходят по дорожкам и лужайкам, тянутся, отрабатывают удары или просто разговаривают группами.

Йона останавливает машину у широкой каменной лестницы, глушит двигатель и закрывает глаза. Чувствует, как боль на секунду отступает.

Он надевает тёмные очки, выходит и идет к мужчине средних лет в чёрном, который демонстрирует старинное оружие на цепочке.

— Вы знаете, где Врангель? — спрашивает Йона, застёгивая куртку дрожащими пальцами.

— Они уже начали, — отвечает мужчина, кивая в сторону парка.

Йона бежит по гравийной дорожке вокруг главного здания. Чувствует, что боль вот‑вот обрушится с новой силой, и переходит на шаг.

Мигрень накрывает его целиком, ослепляя.

Он пошатывается, пытаясь нащупать опору. Нога соскальзывает на рыхлой земле, он падает и царапается о розовые кусты, прежде чем подняться.

Йона стоит, потирая губы и вслушиваясь в собственное тяжёлое дыхание, пока зрение постепенно не возвращается.

Из громкоговорителей доносится голос, объявляющий следующую программу.

Возбуждённые крики и смех льются из открытого окна усадьбы.

Он возвращается на дорожку и отряхивает с ботинок землю. Спешит вперёд, с каждым шагом ощущая, как пульсирующая боль снова простреливает глаз.

Он проходит мимо группы серьёзных женщин с деревянными мечами и пробирается между деревьями.

Впереди, на залитой солнцем лужайке, несколько мужчин в чёрном сидят кругом, положив руки на бёдра.

Йона подходит ближе. Мигрень ослепляет его белым, горящим светом.

В центре круга стоит Врангель в чёрной форме с чёрным поясом на талии. Брюки зашнурованы на икрах, на ногах мягкие ботинки с высоким голенищем и отдельным большим пальцем. Щетинистые седые волосы, бородавки на щеках.

Напротив него — мужчина лет двадцати, он стоит, подняв ладони вверх.

Йона не слышит слов Врангеля, но видит, как тот делает шаг вперёд и внезапным ударом бьёт парня в горло. Мужчина вскрикивает и, пошатываясь, уходит в сторону, утирая выступившие слёзы. Остальные расступаются, давая ему выйти с «ринга», и он падает в траву.

— Врангель, нам нужно поговорить! — кричит Йона, останавливаясь на краю круга.

Следующий мужчина поднимается. У него бритая голова и розовый шрам за ухом, он пожимает плечами, выглядя испуганным и смущённым.

— Помните мой вопрос о магистрали у Мораберга? — продолжает Йона, выходя внутрь круга.

— У нас появился доброволец, — говорит Врангель.

— Вы мне солгали, — продолжает Йона, вставая перед ним. — Но теперь…

Новая волна боли обрывает фразу. Он снова прижимает два пальца к веку, пытаясь дышать ровно, понимая, что ему следовало бы лежать в тёмной комнате. Мужчина с бритой головой возвращается на край «ринга», Врангель прочищает горло.

— Сейчас я покажу вариант маваши‑гери, — говорит он.

— Не могли бы вы уделить мне минуту? — спрашивает Йона, сам ощущая абсурдность ситуации.

Врангель двигается прямо на него и бьёт ногой справа. Йона поднимает руку, чтобы заблокировать, но нога в последний момент меняет направление и врезается ему в левую щёку, сбивая очки в траву.

Ученики аплодируют.

Врангель отпрыгивает назад и принимает странную, низкую стойку: одну руку поднимает, прикрывая горло, другую отводит назад, вытянув вперёд будто прицел винтовки.

Глава 92.

На лбу Йоны блестят капли пота. Боль быстро достигает пика, расползаясь по всему лицу.

— У меня… нет на это времени… — заикается он, и зрение снова пропадает.

Череп будто трещит. Он поднимает руку, часто моргая. Еле различает бледное небо над верхушками деревьев.

Врангель что‑то говорит, и по траве пробегает тень — словно солнце на миг скрывается за облаком.

Тот бросается вперёд, и Йона чувствует удар ногой в рёбра, отступает, но удерживается на ногах.

Мигрень вырубает его на долю секунды, и он приходит в себя уже на коленях, когда оба колена ударяются о землю. В ушах хлопают ладони.

— Чёрт…

Йона наклоняется вперёд, упираясь руками в траву, и медленно поднимается.

Ноги дрожат, он сжимает и разжимает кулаки, чувствует покалывание в пальцах.

— Не надо… это… — выдыхает он.

Он стонет, когда чёрное пятно в мозгу, словно сгусток чернил, начинает сжиматься.

— Тоби‑гери тайхэн, — спокойно произносит Врангель.

Тот бежит вперёд, взмывая левым коленом, отталкивается другой ногой и бьёт правой.

Несколько вырванных травинок подлетают в воздух.

Йона остаётся на месте, выпрямляясь и пытаясь отвести удар, когда Врангель распрямляется.

Подошва ботинка вскользь царапает ему щёку, и он, ослеплённый паникой, отвечает правым хуком.

Костяшки впечатываются в грудь Врангеля, тот захлёбывается, будто из него выдавили воздух.

Удар оказывается слишком сильным, Врангель падает на спину, головой о землю. Он резко откатывается, широко раскрывает глаза и, пошатываясь, поднимается.

Мигрень сжалась до чёрной жемчужины за одним глазом; Йона пытается моргать, прогоняя остатки слепоты. Поднимает из травы очки и снова надевает их.

Ученики встают, переступая с ноги на ногу.

— Может, хватит играть? — спрашивает Йона.

— Омотэ‑сюто, — бросает Врангель.

Он рвётся вперёд с вытянутой ладонью, двигаясь всей рукой на Йону. Делает вид, что бьёт снизу ногой, и внезапно выбрасывает руку.

На этот раз Йона полностью сосредоточен. Годы тренировок крав‑мага срабатывают без всякого размышления.

Он мягко смещается вперёд, гася силу удара Врангеля, разворачивается и бьёт его локтем в щёку.

Голова Врангеля мотается в сторону, за ней — мелкие капли пота.

Йона чувствует запах кофе в собственном дыхании.

Врангель валится, цепляется за его куртку, пытаясь удержаться. Усмехается, зубы в крови, и наносит слабый хук в горло Йоне.

Он видит, как у Врангеля сужаются зрачки, сужается поле зрения, колени превращаются в желе. Йона сдерживается, не отвечая вторым ударом, просто отталкивает его руки и даёт ему упасть.

Тот приземляется на бедро, шарит по щеке ладонью. Переворачивается на бок и пытается подняться, когда Йона срывает с него чёрный пояс, обматывает вокруг его ноги и оттаскивает прочь.

Ученики расступаются, пока он тащит Врангеля по траве в тень дерева. Руки того бессильно скребут землю, куртка задирается, и он падает на живот.

— Ради Бога… — хрипит он, в замешательстве.

Йона на мгновение замирает и отпускает ремень. Отголоски мигрени вновь вспыхивают за глазом, перед глазами пляшут искры.

Врангель, всё ещё оглушённый, переворачивается и опускает голову. На подбородке и белёсом животе зелёные пятна от травы.

— Мне нужны ответы, — говорит Йона.

Тот приподнимается на локтях, сплёвывает кровь в траву и подтягивает куртку. Поднимает взгляд.

— Кем ты себя возомнил, чёрт побери?

Порыв ветра сдувает пару одуванчиков, и белые пушистые семена взлетают в воздух.

— Ты знаешь, о