Паук - Ларс Кеплер

Если Мара и правда пряталась в машине Рэнди, её пикап наверняка всё ещё где‑то поблизости.

Он едет мимо рядов абрикосовых домов, мимо маленьких садиков с садовой мебелью и пустыми гостевыми парковками.

Юрек никогда не делал ничего просто так, думает Йона. Его система служила для структурирования памяти, была дворцом мыслей. Она изначально не предназначалась для общения с полицией, игр или загадок.

Возможно, с Марой так же.

Он двигается по Лантгордсвеген и проезжает квартал серо‑белых домов.

На парковке возле одного из них он замечает фургон и машину под чехлом. По тротуару идёт бородатый мужчина с младенцем в слинге.

Йона плавно кружит по окрестностям, слегка прибавляя скорость, когда доезжает до аллеи Мастера Хенрикса. Впереди, между высокими деревьями, он видит низкий забор с облупленной белой краской, огораживающий большой, аккуратно подстриженный газон.

Он сбавляет скорость, поворачивает налево и, направляясь к стоянке, обгоняет женщину с ходунками.

В тени мощного дуба стоит пикап «Форд» с мощной электрической лебёдкой.

Йона паркует свою машину поперёк проезда, перекрывая выезд, выходит и достаёт пистолет.

Ветер раскачивает вершины деревьев.

Шины и крылья пикапа забрызганы засохшей грязью, а из‑за бледного неба в окнах почти ничего не разглядеть.

Йона подходит по диагонали сзади.

В кузове грузовика он замечает две пластиковые бочки, несколько стяжных ремней и туго скатанный брезент.

Крюк на конце троса лебёдки покачивается на ветру.

Заднее стекло заклеено серебристой изолентой.

В отражении бокового стекла рядом с водительским сиденьем он видит своё лицо, тянется к ручке, но дверь заперта.

В мутном стекле различимы только руль, изгиб сиденья, ручной тормоз и рычаг коробки передач.

Рукоять пистолета ударяется о стекло, когда он наклоняется и прикрывает ладонями свет.

Мара оставила последнюю коробку на водительском сиденье.

Он делает шаг назад и прикладом пистолета разбивает стекло. Осколки мелкой крошкой осыпаются на сиденье.

Женщина с ходунками на мгновение задерживается, смотрит на него, а потом, обогнув его, разворачивается назад.

Йона просовывает руку внутрь, открывает дверь и вытаскивает посылку.

Она тяжелее прежних коробок.

Он идет к своей машине, открывает багажник и ставит её внутрь. Начинает срывать скотч, но тут же понимает, что сейчас стоит проявить осторожность.

Йона достаёт нож из бардачка, прорезает маленькую дырку в дне коробки и заглядывает внутрь.

Коробка набита землёй.

Он полностью срезает дно и медленно высыпает землю в пластиковый пакет.

Появляется маленькая оловянная фигурка, серебристо‑серая на фоне тёмной земли.

Он поднимает её и сдувает налипшие комочки. И тут всё вдруг складывается.

Глава 91.

Йона несётся по трассе E20 в сторону Сёдертелье, разгоняясь до 140 километров в час, и планирует по пути сделать короткую остановку в Хёгельбюпаркен.

Ему нужно поговорить с Бо Ф. Врангелем.

Теперь он убеждён, что место последнего убийства — это одновременно и последняя точка в гигантской букве «М» Мары: середина магистрали к востоку от Сёдертелье.

Тот же участок фигурировал и в системе координат Юрека — и был единственным местом, где так и не нашли ни человеческих останков, ни вообще каких‑либо следов.

Тогда обыскали огромную территорию, перекрыли автомагистраль и использовали георадар, чтобы выявить полости под дорогой, но всё безрезультатно. Не нашлось ни одного плана или карты, хотя бы косвенно указывающих на скрытые сооружения под трассой. И всё же, учитывая, что в девятой коробке оказались только земля и маленькая металлическая фигурка, Йона исходит из того, что подземное пространство там действительно есть.

Б. Ф. Врангель был его командиром во время базовой службы в крепости Карлсборг. Он руководил упражнениями на большом пыльном гравийном плацу, вёл себя деспотично, выделял любимчиков и тех, на кого особенно хотел давить.

Он часто притворялся, что не понимает финский акцент Йоны, и каждый раз в наказание заставлял его отжиматься по сто раз на глазах у всех.

Над Йоной постоянно подшучивали из‑за его финского происхождения: говорили, что от него несёт водкой, рассказывали анекдоты про Зимнюю войну и детей‑беженцев в Швеции.

Последние одиннадцать лет Врангель служит в «MUST», военной разведке и службе безопасности, и сейчас отвечает за различные секретные объекты вооружённых сил.

После смерти Юрека сам Йона не участвовал ни в поисках выживших, ни в раскопках, ни в изъятии улик. Йону отстранили до окончания расследования его роли в насильственных событиях в Нидерландах, и лишь много позже он смог ознакомиться с материалами масштабных поисков и тщательных криминалистических экспертиз.

Он помнит, что уже тогда его посетила ровно та же мысль, что и сейчас, и он связался с «MUST», чтобы уточнить. В конце концов, если под магистралью и существует какой‑то секретный объект, он должен относиться к военным.

Врангель выслушал его и, слегка повеселев, сообщил, что «Служба безопасности» уже обращалась к ним с тем же вопросом. У Йоны не было допуска, чтобы официально запрашивать информацию у «MUST», и он не мог напрямую донести свои подозрения до высшего руководства, но тогда поделился ими со своим начальником.

Самый высокий уровень секретности в Швеции — «Совершенно секретно», он охватывает всё, что имеет решающее значение для национальной безопасности.

Либо существует ещё более закрытый уровень, к которому даже спецслужба не имеет доступа, объяснял Йона начальству, либо Врангель попросту не захотел помочь.

Его бы нисколько не удивило, если бы бывший командир и дальше пользовался своим положением, чтобы подавлять других.

Йона не знает, поднимали ли впоследствии «Управление по борьбе с преступностью» и «Служба безопасности» этот вопрос на уровне министра обороны. Ему известно только одно: поиски так и не возобновились.

Теперь же, после появления девятой фигурки, он твёрдо убеждён, что под дорогой в Мораберге всё‑таки скрывается какое‑то пространство.

Он только что свернул на узкую, разбитую дорогу вдоль жёлтого поля рапса, когда его накрывает первая волна мигрени.

Капля чёрных чернил падает в стакан воды и начинает кружиться, расползаясь.

«Только не сейчас», — думает он, прижимая два пальца к левому веку.

Он проезжает мимо переполненной парковки, сворачивает между двумя воротами и выезжает на аллею, обсаженную деревьями. Останавливается на гравии перед внушительным жёлтым зданием.

Идёт второй день крупного «Будо‑Слёта», на который со всей Европы съехались любители японских боевых искусств — тренироваться и соревноваться.

Йона поговорил со своей бывшей коллегой Аней Ларссон, сейчас работающей в аппарате главнокомандующего, и она сказала, что выходные Врангель проведёт именно здесь.

У него чёрный пояс, десятый дан. Он ведёт додзё «Будзинкан Дандерюд» параллельно основной работе и много лет преподаёт продвинутый уровень «Ниндзюцу».

Над входом в усадьбу полощутся на ветру флаги с