Дорогое утешение - Евгений Евгеньевич Сухов

Прибывший на его место начальник Пятого агентурно-оперативного отдела Третьего (секретно-политического) управления НКВД СССР полковник государственной безопасности Павел Николаевич Горбулин начал с того, что поменял в управлении милиции города начальников отделов по борьбе с бандитизмом и дезертирством и по борьбе с хищениями социалистической собственности и спекуляцией. На должность начальника отдела был назначен майор Фризин. Ему же было поручено возглавить оперативно-разыскную группу, созданную по делу «Ветхие деньги». Перед группой была поставлена задача как можно быстрее найти и обезвредить банду, совершившую грабеж в банке, и вернуть в Государственный банк похищенные два миллиона рублей. Группу эту было определено сформировать самому Фризину, что Абрам Борисович уже через неделю и сделал, пригласив в нее в том числе и капитана Щелкунова. Так они и познакомились: майор Абрам Борисович Фризин и капитан Виталий Викторович Щелкунов…

Началась долгая и кропотливая работа. День за днем, неделя за неделей. Безо всякой суеты, спокойная и размеренная. Не теряя ни часа, ни минуты, оперуполномоченные группы накапливали и обрабатывали различные детали, на первый взгляд мелочи, которые могли бы пролить свет на личные связи, привычки, склонности и характер служащих, которые несли охрану банка. Не выпускалась из виду и хозяйственная обслуга банка. Ею занимался сам майор Фризин.

Кто ищет — всегда находит. Не скоро и не сразу был определен состав банды, и начались аресты. Отыскались и деньги. Правда, не все, а лишь миллион с четвертью. Недостающую часть преступники успели потратить.

Спустя месяц по завершении дела о краже двух мешков денег из бронированной комнаты Государственного банка капитану Щелкунову пришло заслуженное представление на майора. К этому времени он служил уже начальником отделения милиции городского поселка имени Серго Орджоникидзе и со дня на день ожидал перевода в городское управление милиции, куда был несколькими днями ранее приглашен с подачи Абрама Борисовича. А когда перевод состоялся, майор Щелкунов принял должность начальника отдела по борьбе с бандитизмом и дезертирством. К этому времени Фризин, уже носивший погоны подполковника, возглавлял в управлении города уголовный розыск.

⁂

Получив от начальства неделю для устранения сомнений в причастности хирурга городской клинической больницы Степана Горюнова к убийству преподавателя химико-технологического техникума Константина Полякова, майор Щелкунов решил вернуться к самому началу — ведь плясать всегда надлежит от печки. Виталий Викторович и сам не отдавал себе отчета: что же его так беспокоит в деле хирурга? Откуда взялась неудовлетворенность, почему от этого дела, казалось бы, уже завершенного, возник такой неприятный осадок? «Ведь все улики, как косвенные, так и прямая (перстень), налицо и однозначно свидетельствуют о виновности Степана Федоровича Горюнова в убийстве бывшего друга Константина Григорьевича Полякова, — размышлял майор Щелкунов. — Нередко ведь так и происходит: дружили двое парней, что называется, с малолетства, а потом, став взрослыми, вдруг раздружились. И все, надо полагать, из-за женщины. А раз так, может, следует начать расследование именно с нее? Взять и установить за ней наблюдение! Поручить Валентину Рожнову, чтобы он с нее глаз не спускал. Авось что-нибудь и отыщется»…

Глава 15

Неожиданный стук в дверь

Аркадий Семенович Штуцер, директор одного из старейших и наиболее всего посещаемых горожанами ресторанов в городе, сначала почувствовал першение в горле — как будто кто-то прошелся наждачной бумагой по нёбу и гортани. Потом стало трудно глотать, появился надсадный кашель, за ним — насморк… Хворь протекала стремительно: утром ничто не предвещало болезни, здоровье было в полном порядке, а часам к одиннадцати Аркадий Семенович почувствовал себя полностью расклеившимся, причем с повышением температуры. Сказавшись больным, Штуцер оставил вместо себя заместителя — деятельную брюнетку тридцати пяти лет — и скорым шагом отправился домой. На улице было сыро и промозгло, погоду усугублял пронзительный сильный ветер, едва не сбивавший с ног, недавно выпавший снег начинал подтаивать и умножать сырость. Грузная фигура Аркадия Штуцера величественно проплывала над раскисшей дорогой. Ноябрь — один из самых худших месяцев в году, так что уповать на что-то лучшее не приходилось.

Дошел до улицы Чернышевского, где находился его дом, и слегка прибавил шаг. «Как же хочется выпить крепкого чая с медом!» Войдя в подъезд и поднимаясь по ступеням, он подумал: «Завтра с утра вызову врача, возьму бюллетень и отдохну с недельку. А то на этой работе измучился как вол! Уже сил никаких нет. Иммунитет ослаб, вот потому и заболел. Тыквенные семечки нужно есть для укрепления иммунитета, говорят, что помогает». Он открыл дверь своей квартиры и, едва переступив порог, почувствовал необычный устойчивый запах, напоминающий парфюм. Будто в квартире побывал кто-то посторонний и совсем недавно ушел, так как запах, исходивший от его тела, еще не до конца выветрился. Впрочем, эти ощущения вполне можно было списать на болезнь. Ведь когда нездоровится, многое воспринимается несколько иначе, даже обоняние становится иным, а про аппетит и говорить нечего — напрочь пропадает! Именно поэтому на свои первоначальные ощущения при входе в квартиру Аркадий Семенович не обратил особого внимания. И напрасно…

Сняв ботинки и надев домашние тапочки, Аркадий Семенович прошел до дверей зала и, уже собираясь в него войти, вдруг увидел незнакомого молодого мужчину, шарившего в верхнем ящике комода. Услышав шаги, незнакомец резко повернулся и встретился с перепуганным взглядом Штуцера. На какое-то мгновение хозяина квартиры парализовал страх, не давая возможности даже пошевелиться, а когда оцепенение прошло, он устремился к выходу. До двери оставалось всего-то два шага, когда Штуцер получил сильнейший удар по голове и, потеряв сознание, растянулся в коридоре. В беспамятстве он пробыл всего несколько секунд, показавшиеся ему вечностью. Наверняка грабитель уже ушел, надо подняться и позвонить в отделение милиции. Пусть разбираются с негодяем!

И тут он снова встретился взглядом с нападавшим. У мужчины было привлекательное, интеллигентное лицо, во внешности ничего отталкивающего, на плечах дорогое драповое пальто с меховым воротником, на голове пыжиковая шапка. Уголки его губ дрогнули в добродушной улыбке. Его лицо показалось знакомым, вот только Штуцер никак не мог припомнить, где его видел. Может, рано еще себя хоронить? Может, все еще обойдется? Вот сейчас незнакомец развернется и потопает восвояси, и они никогда больше не встретятся. Но неожиданно грабитель сделал стремительный шаг в его сторону и выбросил вперед руку. Аркадий Семенович успел заметить, как нечто блестящее и острое полоснуло его по горлу, причинив невероятную боль, а потом из раны обильно хлынула кровь. Выкрикнув, он не услышал собственного голоса — только зловещее клокотание крови и сдавленный хрип. С каждой секундой Штуцер чувствовал, что теряет