Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Не забывай, он ранен. С пулевым ранением он обязательно обратится к врачу.

– Это Варя Ягодина обратилась к врачу, – отрицательно покачал головой Лев. – А этот человек обучен всему, даже тому, как раны обрабатывать и лечить подручными средствами. Стас стрелял с десяти метров, пули наверняка прошли навылет.

Гуров удивился бы, если в отделе мобилизационной работы и воинского учета работали люди, не имеющие отношения к армии. Начальник отдела, подполковник в отставке Агапов, был мужчиной видным, с хорошей выправкой. Гражданский пиджак украшали орденские планки, седоватые волосы зачесаны назад. Лицо Агапова тоже было внушительным, властным. Если бы он надел такой же дорогой костюм, как и ректор какого-нибудь института, то за первое лицо вуза сошел бы быстрее настоящего.

– Мне нужна не просто информация, мне важно ваше мнение, Игорь Иванович, – сказал Гуров, предъявив Агапову свое удостоверение.

– Ага, понимаю, – солидно кивнул подполковник и, откашлявшись, добавил: – Я, конечно, с уважением отношусь к нашим органам, только, понимаете, давать вам информацию частным образом никак не могу. Необходимо оформить официальный запрос, и ответим вам со всей добросовестностью и максимально быстро. Я понимаю, что ваше ведомство ерундой не занимается, но и наш отдел тоже, знаете ли, на мобилизационной работе вуза, у нас кадры для нашей армии…

– Игорь Иванович, – снисходительно ответил Гуров. – Вы понимаете, сколько времени пройдет, пока мы будем все согласовывать и утверждать? Наша работа потому и называется оперативно-розыскной, что мы работаем быстро. И потом, вы ведь военный человек, старший офицер, вас армия научила прежде всего принимать решения самостоятельно. Что за командир, который только и ждет указаний сверху, а сам не в состоянии принять правильного решения, когда обстановка в бою меняется с каждым часом.

– Это вы правильно говорите, – солидно кивнул Агапов. – Решение принимать нужно всегда осмысленно и своевременно. На то каждый человек на свое место и поставлен.

– Нам ведь не отчет от вас нужен о вашей работе, нам нужно человека найти, понимаете, – продолжал напирать Лев. – Студент, или сотрудник какой-нибудь кафедры, или преподаватель, может быть, даже сотрудник АХЧ. Я не знаю. Мне известно, что он служил в армии, видимо, долго по контракту. Ему уже под тридцать или около тридцати. Крепкий, плечистый.

– А фамилия его есть? – деловито поинтересовался Агапов.

– Нет, есть только словесный портрет. А еще есть основания полагать, что этот парень служил в спецназе.

– Так есть у нас такой спортсмен! – улыбнулся с довольным видом подполковник. – На всех спартакиадах выступает за наш вуз, построил с другими энтузиастами тренировочный городок для начинающих альпинистов. Он лет пять как к нам пришел после армии, мастер спорта. Его на кафедру физвоспитания взяли, должность какую-то нашли. Личного дела, простите, показать не могу. Эти документы у нас с грифом ДСП. Знаете, что это такое?

– Знаю, – поднялся Лев. – «Для служебного пользования». Спасибо за помощь. Фамилию-то хоть назовете?

– Голубев его фамилия, – посмотрев предварительно по сторонам, ответил Агапов. – Сержант запаса Голубев.

Гуров не особенно рассчитывал застать в разгар лета на кафедре физвоспитания бывшего сержанта. Но была у него одна идея. Проверенная. Не зря он сегодня заезжал в больницу к Крячко, оставил напарнику свой планшет. Вот сейчас он как раз и пригодится.

– Ну, как ты там? – набрав его номер, спросил Лев. – Скучаешь по работе или отдыхаешь?

– Вот взял и разбудил, – бодрым голосом, в котором не было и нотки сна, ответил Крячко. – А мне тут такое снилось… медсестричка… халатик короткий… и со шприцем…

– Мазохист, – усмехнулся Лев. – Слушай, возьми планшет, зайди на сайт института, в котором Ягодина учится. Найди страничку кафедры физвоспитания, там должен быть перечень преподавателей и сотрудников с фотографиями. Посмотри хорошенько на молодого человека по фамилии Голубев. По некоторым параметрам он подходит к личности нашего «мстителя». Потом позвони, а я пока еще кое-что проверю…

Несмотря на середину дня, в парке было малолюдно. На нескольких лавочках сидели молодые мамочки с детьми, бабушки мирно беседовали, пока внуки катались на своих самокатах и трехколесных велосипедах. Две девочки лет двенадцати неумело катились на роликовых коньках, вцепившись руками друг в друга.

Ну, кажется, вот здесь все и началось, подумал Гуров, стоя на аллее парка и озираясь по сторонам. Пойдем-ка мы от обратного. Итак, вот здесь, как показала Ягодина, их остановили Пименов с дружками. Здесь начался разговор, здесь хулиганы прогнали пинками Лопухова. Потом, когда тот ушел, троица подонков совсем потеряла голову от вожделения и собственной безнаказанности. Они схватили девушку и потащили ее вон туда. И Лев пошел в том направлении, куда насильники тащили в ту ночь свою жертву.

Вот оно, место, где все и произошло. Здесь и днем-то не людно, а уж ночью тем более. Он стоял и озирался по сторонам. Парк, окна жилых домов только с одной стороны. С противоположной стороны деревья закрывают эту часть массива. Точно, со стороны проспекта его тоже не видно. Так, начал размышлять Лев, что мы имеем? Девушку изнасиловали трое подонков, и какой-то человек узнал об этом и стал мстить. И он не просто узнал, что с Варей Ягодиной случилась такая беда, он узнал, кто это с ней сделал. Причем сама потерпевшая никому об этом не рассказывала. Исключение – Петровская и ее внучка Лера. Но они не знали ни насильников, ни места, где все случилось. Только то, что преступников было трое. Как «мститель» узнал об этом?

Надо понять, откуда у него информация, каким образом он ее получил. Допустим, он увидел, как трое насилуют девушку. И что? При его жизненной позиции и специальной подготовке он, по всем правилам и законам жанра, бросился бы ее спасать и накостылял бы насильникам по первое число. Но этого не произошло. Значит, он не был свидетелем самого изнасилования. Гуров потер ладонями виски. Ладно, можно допустить и другое: он не видел самого изнасилования, подоспел, когда подонки оставили девушку в покое и ушли. Она показала, и парень кинулся за ними. Те ушли недалеко, и он их увидел всех в лицо. Нет, не пойдет, глупый вариант. Из всех посылов, из всей логики действия «мстителя», он прямо там же, где и догнал их, искалечил бы всех и сдал в полицию. И вызвал бы девушке «Скорую помощь». Но и этого не произошло. Почему?

Лев сел на лавку и, вытянув руки в стороны, положил их на спинку. Он чувствовал, что его рассуждения уже где-то близки к истине. Но пока что-то не сходится. Не был он тут, иначе бы все случилось так, как у Шарова на даче или в доме Пименова. Но если «мститель» не был на месте преступления ни в момент его совершения, ни сразу после него, то как он мог опознать насильников? Допустим, он и Варю лично не знает. Просто девушка, незнакомая девушка, и он за нее решил вступиться. Допустим. Тогда получается, что он преступников видел в лицо, но подойти не мог. Это как? Это когда человек видит издалека. Он настолько далеко, что просто не успеет добежать сюда. Вот! Бинокль! Или подзорная труба! Он что, за звездами наблюдал? Астроном-любитель? Тоже версия. Или он по ночам в окна к женщинам подглядывает? Нет, человек с таким отношением к женщинам и чувством справедливости извращенцем быть не может.

Зазвонил телефон, и Гуров поспешно достал его из кармана.

– Слушаю, Стас! Что у тебя?

– Не он, – коротко ответил Крячко. – Этот Голубев узколицый, высокий и худощавый. Нет, он по комплекции никак не подходит, хотя по возрасту и по подготовке вполне сошел бы за «мстителя». Я там всех рассмотрел. Из тех, кто по возрасту подошел бы, никто не подходит ни по росту, ни по комплекции. Один вообще очкарик.

– Уже давно изобретены линзы, – вздохнул Лев.

– Нет, все равно не подходит. А что ты там проверяешь? Поделись с раненым коллегой.