Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Барон, а мне резона нет свою долю уменьшать. Я ведь могу Беню кинуть и сам кинжальчик выгодно сбыть. Но это уже между нами, без свидетелей говорю тебе.

– Где он? – напрягся Барон. – В Москве?

– Кто? Беня?

Переспрашивая, Лев сделал задумчивое лицо. Почесать это лицо, стянутое гримом, хотелось неимоверно, но он терпел, отчего выражение лица делалось капризно-недовольным, что вполне соответствовало образу и характеру его «героя».

– Да, – начал откровенно злиться Барон. – И Беня, и кинжал! Ты хоть представляешь, сколько на этом можно заработать?!

– Нормально, – кивнул Лев. – Ты меня уже пытаешься купить? Продолжай, Барон, мне нравится поворот в нашей беседе. Так кто тебе больше нужен: Беня Кальмар или кинжал из коллекции профессора Пименова? Я все знаю, не удивляйся. И цену знаю тоже. Кто тебе заказал кинжал из коллекции? Что в нем ценного, кроме возраста?

Этот разговор Гуров завел не случайно. Он понимал, что, несмотря на его настойчивые вопросы, Барон, скорее всего, заказчика не сдаст. А вот расспрашивая об истинной ценности оружия, он сможет догадаться, где искать этого заказчика, в каких кругах. В каком хотя бы городе. Ясно, что это не московский заказ. Вероятнее всего, заказчик вообще не из России, а из Европы. Барон вышел на международный уровень!

– Это не разговор, Джамбул, – нахмурился Барон. – Не по правилам это, сдавать заказчика. Но человек серьезный. Так что я Бене не очень и завидую, если он решился на такое.

– Ну, Кальмару и я не завидую, – искренне проговорил Гуров. – Так ты как, расскажешь про ножичек? Я пойму, ты брови не хмурь. У меня два курса университета в зачете, это перед тем, как я в первую ходку свою отправился. Хочешь, чтобы мы партнерами были, колись про кинжал. Что в нем ценного? Десять процентов, и мы с тобой отсюда поедем прямо к Бене. Согласен? У него и спросим, где кинжал. Согласен?

– Ладно, согласен! – Барон чуть не сломал вилку от злости, но быстро взял себя в руки и заговорил: – Не простой это кинжал. Не знаю, слышал ты или нет про меч Ульфберта. Вообще-то говорят во множественном числе – мечи Ульфберта. Скандинавские мечи каролингского типа. Относятся примерно к IX–XI векам. Всего найдено около 170 экземпляров с характерной надписью на клинке, но большая часть – подделка из мягкой стали с низким содержанием углерода. Настоящих мечей из невероятно чистой для того времени стали мало. Так вот полагают, что настоящий был один или всего несколько, а потом кто-то построил на этом бизнес, и их стали ковать на заказ или на продажу. Бизнес, он во все века бизнес. И настоящий, один из первых мечей того самого конунга Ульфберта, был без клейма. А еще был кинжал к нему. В комплекте, так сказать. Есть основания полагать, что у этого вашего московского коллекционера как раз и находится настоящий кинжал Ульфберта. На какой-то там выставке год назад или около того кто-то по поручению моего заказчика взял спил с кинжала. Сталь очень высокого качества. Может, метеоритное железо, может, был какой-то колдун, который уже в IX веке развивал кузнечное дело и металлургию.

– Почему нет, – пожал плечами Лев. – Додумался ковать вместе с какими-то присадками…

– Ты знаешь, какая температура плавления в средневековом горне и какая в современной металлургической печи? То-то и оно! Но мне плевать на эти загадки, мне важно понимать, что за эту штуку готовы отвалить хорошие бабки. Так что, Джамбул, если ты в доле, то давай брать Кальмара за жабры!

– Ну, поехали, – кивнул Гуров и поднялся.

– Куда? – то ли насторожился, то ли обрадовался Барон.

– К Кальмару, – небрежно бросил Лев. – Он сейчас в таком месте, откуда сбежать у него не получится. Так что от меня тебе, Барон, гарантия полная, что увидишь ты Беню. Я слов на ветер не бросаю.

Крячко сидел в машине, посматривая на вход в бар. Если что-то пойдет не так, ему сразу сообщат. На этот случай, кроме телефонной связи, был предусмотрен код из нескольких жестов. «Все хорошо, жди», «Внимание, приготовиться! Они выходят», «Тревога, на помощь!» Можно было воспользоваться рацией, но коммуникатор могут засечь. И не только перехватить диалог на рабочей волне, а просто догадаться, что человек периодически разговаривает по коммуникатору. Когда планировали операцию, то решили не рисковать. Слишком дорого могла обойтись ошибка.

И вот на пороге показался Бурмистров. Майор задержался на ступенях, демонстративно вскинул левую руку и посмотрел на наручные часы. Крячко с удовольствием размял пальцы рук. Ну, все в порядке, сейчас выйдут. Значит, Гуров провел беседу хорошо, Барон ему поверил. Он и должен был поверить, потому что все говорило о том, что сделка ему слишком дорога, хочет он кинжал получить, и уж точно в глаза посмотреть Бене Кальмару, который его кинуть решил. А тут еще люди помощь предлагают в таком щепетильном деле. И не откуда-то, а из самых недр блатного мира. Правда, Барон не настолько был вхож в этот самый блатной мир, чтобы раскусить Гурова. Да и Лев не первый день в уголовном розыске, смог, значит, сыграть свою роль. Эх, Маша не знает, похвалила бы, невольно подумал о жене Гурова Стас. Хотя ей лучше не знать, в какие мы тут иногда игры играем.

Гуров вышел через минуту в сопровождении Барона. Неизменную кепку Крячко сразу узнал, но вот обычной ироничной улыбки на губах Барона сейчас не было. Нервничал знаменитый аферист и посредник. Когда пассажиры уселись на заднее сиденье машины, Стас без команды завел мотор и тронулся. Если бы что-то изменилось в планах, то Гуров сказал бы об этом. Но все молчали, и он поехал по направлению к моргу Центра судебно-медицинской экспертизы, заметив в зеркало заднего вида, как еще две машины с оперативниками двинулись за ними от бара.

– Я не понял, – пробормотал Барон, когда Крячко остановил машину и выключил двигатель.

– Пошли, пошли, – спокойно произнес Гуров и вышел из машины.

Барон вышел неторопливо, озираясь по сторонам. Подошли Бурмистров и два оперативника и встали по сторонам от Барона. Гуров двинулся не к главному входу, а к запасному, открытому специально для них в эту ночь. Окруженный оперативниками Барон молча поднимался по лестнице, шел по коридору. И только в холодильном боксе, когда открыли дверку и сотрудник морга выдвинул накрытое тело, он снова заговорил:

– Вот так, значит?

– Вот так, – кивнул Гуров и сделал знак открыть тело. – Видишь эту дырку у него в груди? Знаешь, чем она сделана? Точной по размеру копией того самого кинжала, который вы хотели с Кальмаром похитить. Любопытно, Барон, правда? Ты заказываешь копию кинжала по рисунку и размерам, снятым на одной из выставок. Мастер по фамилии Росчанский изготавливает копию. Плохонькую, но внешне вполне похожую. Кстати, уже есть показания Сергея Владимировича Росчанского, он узнал тебя. А потом Беня лезет в квартиру коллекционера Пименова и получает удар в грудь этой самой копией. А драгоценный оригинал исчезает. Ты ничего не хочешь объяснить, Барон?

– Я должен был догадаться, что ты никакой не Джамбул, – пробормотал Барон, глядя на мертвое тело.

– Гражданин Вангель, – строгим тоном проговорил Гуров. – Вы должны были уже давно догадаться, что ваш промысел незаконен, что вы рано или поздно попадете под преследование по статьям Уголовного кодекса. А сейчас вы главный подозреваемый в деле кражи исторической ценности и умышленного убийства с признаками его предварительной подготовки. Так-то!

– Но это же глупо! – взмолился Барон. – Какой мне смысл убивать Беню? Вы же знаете, что я его сам искал, вы и на меня вышли только потому, что все вокруг знали, что я его разыскиваю. Зачем же мне…

– А кто вас знает, – усмехнулся Бурмистров, протягивая руки с раскрытыми наручниками. – Поняли, что дело ваше плохо, вот и решили пыль в глаза пускать. Ценный кинжал похищен, исполнитель и главный свидетель мертв. Обычное дело в нашей практике. Руки давайте…

Генерал Орлов зашел в кабинет своих сотрудников, когда допрос Вангеля был в самом разгаре. Барон сидел, облокотившись руками о колени, сейчас на его голове не было знаменитой кепки, и его лысина сверкала в лучах послеобеденного солнца, попадавшего в окно кабинета из-за соседних высоток.