Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Хрен с ним, с плаванием, – изрек Станислав и вновь обратился к Коневу: – Короче, Губенко этот только на бумаге может именовать себя бизнесменом… Он дважды судимый вор-домушник. Причем специализируется в основном на кражах драгоценностей. Имеет несколько каналов сбыта, настолько хитрых и засекреченных, что через барыг-информаторов на него не выйти. Кличка «Губа»… Два или три года назад он проходил по одному из наших дел как соучастник, но доказать его вину тогда не удалось… Отпустили, короче.

– Но до этого он ведь как-то получил две свои судимости, – напомнил Конев.

– Верно. Но это давно было, по молодости еще… Когда, можно сказать, Губа был юн и неопытен. А теперь… Выходит, его застрелили на юбилее Бушманова?

– Так точно, товарищ полковник.

– Интересно… – Крячко вновь зашелестел блокнотом. – А ведь целью во всей этой истории мог быть именно Губа, а не Бушман. Отработал его возможные контакты, лейтенант? С кем он работал? Чем конкретно занимался? Привлекался, не привлекался…

– Не успел, товарищ полковник. Я начал работать с верхушки списка. Телегин, Лычков, Велиханова… Поднимаю информацию по родственникам и близким друзьям погибших. Я подумал, что случившееся после перестрелки на дне рождения Бушманова могло быть и элементарной частной местью.

– Могло быть, могло быть, – кивнул Станислав. – Мысль неплохая, лейтенант. Но работаешь ты уж больно медленно. Это нехорошо. А ведь я рассматривал тебя в качестве напарника, когда старика Гурова отправят на заслуженную пенсию.

– Это вряд ли, товарищ полковник, – осторожно улыбнулся Конев. – Я же увольняюсь. Заявление уже написал. Это мое последнее дело…

– Ах да! – Крячко спрыгнул со стола, прошелся по кабинету и остановился за спиной Гурова, который так и не отрывался от монитора, курсором смещая текст ниже и бормоча: «Это странно, очень странно… И как-то притянуто за уши…»

– Чего ты там бубнишь, старый маразматик? – Станислав собирался добавить еще что-то, но неожиданно его мысли скакнули совершенно в ином направлении. Оставив Гурова в покое, он вернулся к своему столу и обратился к Коневу: – Кстати, лейтенант! У тебя фоторобот с собой? Ну, того деятеля, который убил двух милых девушек в отеле «Лотос»…

– Само собой, товарищ полковник. – Рука Конева потянулась к нагрудному карману рубашки.

– Дай-ка взглянуть.

Приняв от лейтенанта сложенный вчетверо лист бумаги, Стас развернул его, пристально вгляделся в фоторобот, затем прикрыл ладонью верхнюю часть лица портрета подозреваемого и нахмурился:

– Вроде похож… Хотя… Трудно сказать. Далеко он все-таки от меня был. Но нижняя часть определенно имеет сходство… Губы, подбородок.

– На кого он похож, товарищ полковник? – живо подобрался Конев.

– На человека, устроившего сегодня стрельбу возле торгового центра. Ты это… – Крячко вернул фоторобот коллеге. – Размножь-ка портретик и отправь с ним парочку оперативников на Кантемировскую. Пусть пошарятся по торговому центру, поспрашивают… Может, кто и опознает стрелявшего. Усек?

– Усек.

– А по жертвам продолжай работу, лейтенант. Мне нравится ход твоих мыслей. Версия, как говорится, имеет право на жизнь. Но нужно поторапливаться. – Станислав еще раз быстро пролистал блокнот и бросил его на стол. – И добавь к списку жертв двух девушек из отеля. Поработай и в этом направлении, лейтенант. По той же схеме… Родственники, подруги… И так далее. Нужно отыскать хоть какую-то точку соприкосновения. Знать, от чего плясать.

– Понял, товарищ полковник. А с Губой что? Ну, с Губенко…

– Его проработай в первую очередь. За ним обязательно должны стоять какие-то люди. Равно как и против него… Если Губа недавно перешел кому-то дорогу, его смерть вряд ли можно считать случайной. А он еще тот кровосос на теле общества… Был… В общем, работай, лейтенант, работай. То, что это дело для тебя последнее, как ты выразился, вовсе не означает, что можно позволить себе халтуру…

– Я даже об этом не думал, товарищ полковник, – обиделся Конев. – Работаю как вол. Еще без завтрака и без обеда…

– А вот это печально, – сокрушенно покачал головой Станислав. – Без завтраков и обедов ты будешь, когда женишься. А пока лови момент. Предлагаю заказать пиццу. – Он потянулся через весь стол к стационарному телефону. – Возражений нет? Ну и отлично. А когда мальчишник, лейтенант? – спросил Стас, набирая номер.

– Что? – Конев растерянно обернулся.

Крячко сурово погрозил ему пальцем.

– Ты дурака-то из себя не строй, Анатолий. И шлангом не прикидывайся. – Тут полковнику ответили на вызов, и он переключился на телефонный разговор: – Две пиццы, красавица… На ваше усмотрение… Главное, чтоб в них было побольше колбасы и соленых огурцов. Остальное принципиального значения не имеет… Мы же ваши постоянные клиенты. Крячко моя фамилия. Полковник уголовного розыска… Главное управление… Что? Хорошо. Пишите. – Крячко явно остался недоволен тем, как холодно отнеслась к нему девушка из службы доставки. Он продиктовал адрес и номер телефона, не прощаясь, повесил трубку и вновь развернулся лицом к Коневу: – Короче, никаких отмазок не принимается, лейтенант. С тебя мальчишник и отвальная. А все эти «что?», «когда?», «да я не знал» оставь при себе. Незнание закона не освобождает от ответственности.

– У меня уже в ушах от тебя звенит, Стас! – Гуров наконец оторвался от компьютера и откинулся на спинку высокого стула. Задумчиво постучал подушечками пальцев друг о друга. – А вот ситуация с Грачевым мне нравится все меньше и меньше. Все очень странно, туманно… И как-то притянуто за уши.

– А чего тут странного? – не согласился Крячко. – Наркобарон попал под раздачу, был ранен и решил не палиться по клиникам, а элементарно свалить. Залечь на дно, пока все не утрясется. Я верно излагаю картину, лейтенант?

Конев только пожал плечами. Однозначного ответа на этот вопрос у него не было. Но он, скорее, склонялся к мнению Гурова: ситуация с Грачевым, как минимум, настораживала.

– И бросил на произвол судьбы весь свой бизнес? – Лев повел плечами, разминая затекшие мышцы.

– Почему сразу бросил, Лева? У него наверняка помощники имеются. Какое-то время поработают без него. Не думаю, что в целом бизнес от этого сильно пострадает.

– Ну, не знаю, не знаю. – Гуров поднялся на ноги, машинальным движением поправил наплечную кобуру. – Мне не нравится другое, Стас. Позиция ФСБ в этом вопросе. И в особенности позиция этого подполковника Зацепы… Что-то он темнит, недоговаривает… С его слов получается, что фигура Грачева не сильно их интересует.

– Думаешь, ФСБ крышует Грачева? – Глаза Крячко азартно блеснули. – Специально спрятали его от греха подальше?

– Не исключено.

– Тогда у нас есть повод потолковать с этим Зацепой, мать его за ногу! – Станислав легко спрыгнул со стола. – И я готов взять эту миссию на себя. Мне его наглая рожа сразу не понравилась…

– В лобовую мы пока не пойдем, Стас, – покачал головой Лев. – Забудь об этом… Но я знаю, с кем лучше всего пообщаться на данную тему.

– И с кем?

– С Ребровым. Старый добрый принцип с проверенными информаторами еще никогда не подводил. За редкими исключениями, конечно. Но Ребров – не тот случай. Если мне не изменяет память, он напрямую вел дела с некоторыми дилерами из числа близкого окружения Грачева. Возможно, ведет до сих пор. Так что… Поехали, Стас.

– Прямо сейчас? – Крячко даже не пытался скрыть своего недовольства. – А пицца? Я заказал две штуки… Мы что, их обе оставим лейтенанту? Да он лопнет… Давай хотя бы пообедаем, Лева.

– Пообедаешь у Реброва, – разочаровал напарника Гуров. – У него прекрасно готовят, как ты помнишь. Совместим приятное с полезным…

– Ладно, – сдался Станислав и тяжело вздохнул.

Лев уже направился к выходу из кабинета, и Крячко ничего не оставалось, как покорно последовать за ним. Конев тактично откашлялся за спиной старших по званию товарищей.

– Что еще, Толя? Разве мы не все обсудили? – резко обернулся Гуров.