Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Ты навязывал?

– Не я, а те, кто стоят за мной.

– Как все туманно и загадочно, – саркастично заметил Крячко. – Намеки, недомолвки… А есть конкретные имена? Фамилии? Клички на худой конец?.. Кто за тобой стоит, Шустрый? Кто был в «Алмазном небе», чьи интересы расходились? Кроме тебя и Бушмана. С этим уже все понятно…

– Этого я сказать не могу, – покачал тот головой. – Я могу отвечать только за себя. И за свои поступки… Остальное – стукачество.

– Не зли меня, Шустрый! – Пальцы Крячко сомкнулись на рифленой рукоятке табельного оружия, но собеседник и глазом не моргнул.

– Да пошел ты, мусор!

Станислав, нахмурившись, поднялся вместе с оружием и нацелился Шустрому в лоб. Палец лег на спусковой крючок. Глаза старого урки остались холодными и неподвижными.

– Стас! – осадил напарника Гуров.

– Ладно. – Крячко снял палец с курка, но пистолет не опустил. – Наш разговор еще не окончен. А пока топай на выход.

Шустрый подчинился. Двое вооруженных сыщиков и трое задержанных пересекли холл сауны и вышли на улицу. Толпа у торгового центра напротив стала внушительнее. Любопытные продолжали ждать, чем закончится непредвиденное представление. Никуда не делся и парнишка в полосатой рубашке. Он стоял чуть впереди остальных и тут же вскинул свой телефон, едва пятеро мужчин появились в поле зрения. Крячко недовольно буркнул что-то себе под нос. Гуров и два плененных им подельника Шустрого первыми обогнули черный корпус внедорожника с пулевыми отметинами на крыле. Толпа у торгового центра зашевелилась и слегка отступила. Все, кроме парнишки с телефоном…

Он продолжал азартно снимать и сам не заметил, как рядом с ним, неизвестно откуда, появился мужчина в черных джинсах и черной футболке. Верхнюю половину лица мужчины скрывал длинный козырек такой же черной бейсболки. Разглядеть можно было только его тонкие плотно сомкнутые губы и покрытый неровной щетиной подбородок. Обе руки мужчина держал у себя за спиной, но когда он резко выбросил их перед собой, в каждой оказалось по зажатому пистолету. Два одиночных выстрела слились воедино. Парнишка в полосатой рубашке испуганно шарахнулся в сторону, споткнулся, уронил телефон, но сам сумел устоять на ногах, лишь рефлекторно закрыл голову руками. Толпа с криками и визгами кинулась врассыпную…

Оба пленника Гурова рухнули на горячий асфальт с простреленными черепами. Полковник запоздало вскинул оружие, выстрелил, но промахнулся. Крячко схватил Шустрого сзади за шею и толкнул вперед, надеясь, что тот успеет укрыться за корпусом автомобиля. О собственной безопасности Станислав в эту секунду даже не подумал, хотя именно он, стоя на открытом пространстве, представлял наиболее идеальную мишень для противника. Грохнул еще один выстрел. Шустрый распластался на земле в полуметре от левого переднего колеса внедорожника. Взвизгнули шины резко затормозившего на перекрестке серебристого «Ауди». Мужчина в черном ловко запрыгнул на крышу автомобиля, толкнулся от нее двумя ногами, совершил в воздухе заднее сальто и каким-то невероятным образом зацепился за выступающий пластиковый козырек входа в торговый центр. Тяжелые подошвы его ботинок врезались в окно второго этажа. Стекло со звоном разлетелось в разные стороны, посыпая мелкими осколками испуганных пешеходов. Гуров выстрелил несколько раз. Дважды, в унисон ему, пальнул из табельного оружия и Крячко. Но противник проворно скрылся в образовавшемся проеме.

– Едрит твою…

Крячко склонился над Шустрым и развернул его лицом вверх. Бывший ростовский положенец был мертв. Пуля сразила его в висок, не оставив ни малейшего шанса.

Гуров стремительно бросился через дорогу к торговому центру. Двери, снабженные фотоэлементами, послушно разъехались перед ним в разные стороны. Не теряя ни единой драгоценной секунды, Лев птицей взлетел на второй этаж по лишенной перил лестнице. Крепко скроенная фигура в черном скрылась за поворотом в дальнем конце холла, скользнув между столиками кафе и небольшим магазинчиком с игровыми приставками. Гуров бегом устремился в том же направлении. Лысый полный мужик с неровной бородкой и отвисшим пузом, не разобравшись толком в ситуации, пахнул на полковника винными испарениями, преградив путь и отважно встав в боевую стойку. Мальчик тринадцати лет осторожно потянул его в сторону, ухватив пальцами за лацкан серой жилетки с многочисленными карманами.

– Пап, не надо!

– Погоди-ка, сынок. – Мужик свирепо раздул ноздри. – Папа сам разберется. Отойди лучше!

От души замахнувшись, лысый собирался было на ходу свалить Гурова прицельным ударом в челюсть, но тот ловко нырнул вниз. Кулак пронесся у него над головой. Мужик по инерции полетел вперед, не удержав равновесия, и, впечатавшись лицом в стеклянную витрину, плавно сполз на пол. Из разбитого носа на пол закапала кровь.

– Пап…

– Все в порядке. – Бдительный посетитель торгового центра не торопился подниматься на ноги. – Папа разберется, сынок…

Гуров не стал оборачиваться. Свернув вправо, он цепко огляделся и засек неприятеля на фоне витрины «Спорт-мастер». Вскинул оружие, но выстрелить так и не отважился – на линии огня в ужасе бестолково металось слишком много гражданских. А мужчина в черном уже свернул за угол, в узкий коридорчик, который вел к туалетам.

Гуров ускорился. На бегу перепрыгнул через швабру уборщицы, тут уже услышав в спину много нового и интересного про своих ближайших родственников по материнской линии.

Дверь в мужской туалет была закрыта. Он отворил ее ударом ноги и вскинул оружие на уровень глаз. Быстро прошелся вдоль кабинок, поочередно толкая дверцу каждой из них. В помещении никого не было. Лев вернулся в общий коридор и без стеснений вошел в дамскую комнату. Первым, что бросилось в глаза сыщику, было распахнутое настежь окно. Он приблизился и выглянул наружу. До земли было чуть больше трех метров. Мужчины в черном нигде не было видно. Гуров раздосадованно стукнул рукояткой пистолета по подоконнику и убрал его в кобуру. Затем прежним путем вернулся к центральному входу торгового центра. Толстый лысый мужик в серой жилетке уже потягивал пиво за столиком, свободной рукой осторожно ощупывая разбитый нос. Мальчик молча сидел напротив.

Лев вышел на улицу. Крячко дожидался его на парковочной стоянке перед сауной.

– Опять ушел?

– Ушел, – бросил сквозь зубы Гуров. – И опять оставил нас без свидетелей. Вот сукин сын…

– При этом он не стал стрелять ни в тебя, ни в меня. – Крячко все еще сидел на корточках рядом с мертвым телом Шустрого. – А имел для этого прекрасную возможность… Ты заметил?

– Заметил. Он убивает только тех, кого считает нужным. По какому-то одному ему известному отборочному принципу… – Гуров ненадолго задумался, а потом решительно занял место за рулем своего автомобиля. – Едем в управление. Посмотрим, что удалось нарыть Коневу… Раз у нас ни черта не получается.

– А с трупами что? – Станислав поднялся на ноги.

– Позвони в местное отделение, – отмахнулся Лев. – Пусть разберутся, с чем успеют… Я больше чем уверен, что ФСБ уже в пути.

Он машинально взял с приборной панели свой мобильник, бросил взгляд на экран. Шесть пропущенных вызовов от Орлова и одно СМС-сообщение. От Маши: «Со мной все в порядке. А все прощения при личной встрече, Гуров».

Полковник позволил себе робкую улыбку.

Глава 10

Присев на краешек рабочего стола и попыхивая зажатой в зубах сигаретой, Крячко быстро просматривал сделанные Коневым в блокноте заметки.

– Николай Губенко. Семьдесят пятого года рождения. Бизнесмен, – прочел он одну из записей лейтенанта и поднял на него задумчивый взгляд: – Губенко… Губенко… Ну да, конечно! Припоминаю. Бизнесмен! – Стас презрительно фыркнул. – Из него такой же бизнесмен, как из меня чемпионка мира по женскому синхронному плаванию. Кстати, а в природе вообще существует мужское синхронное плавание? Никогда не слышал… А ты, Лева?

Гуров не ответил. Сидя перед включенным компьютером и не отрывая глаз от экрана, Лев уже минут двадцать сосредоточенно просматривал интервью полполковника Зацепы на сайте ФСБ и словно пытался отыскать какой-то скрытый подтекст между строк.