Объект 112 - Хараламб Зинкэ

Хараламб Зинкэ

ОБЪЕКТ 112

Художник В. М. ЛЫКОВ

Радиограмма

Больше недели шестнадцатилетний студент одного из бухарестских техникумов Валерий Негулеску собирал новый радиоприемник. Его схему, принадлежавшую известному советскому радиолюбителю, Валерий нашел в журнале «Наука и техника». Оригинальная и в то же время несложная, она заинтересовала юношу.

Достав нужные детали, Валерий немедленно начал работу. Распорядок его дня был прост: из техникума домой обедать, готовить домашние задания, а затем в свою «мастерскую» — так Валерий назвал угол небольшой комнаты, отведенной ему родителями. Здесь его никто не тревожил, и он часами возился с деталями своего будущего приемника.

Родители привыкли к увлечению сына радиотехникой и не мешали ему. Иногда в «мастерскую» к Валерию заходил отец и добродушно спрашивал:

— Ну, что нового, сынок? Связался с Марсом?

— Свяжусь, папа — так же шутливо отвечал Валерий, — вот увидишь, обязательно свяжусь.

Посмеиваясь, отец еще долго любовался ловкими движениями рук сына и тихо отходил.

Наконец, поздним субботним вечером приемник был собран. Завернув последний винт, молодой радист с облегчением вздохнул, словно после долгого, изнурительного пути, и вытер влажный лоб. Пора ложиться спать, но разве можно не испробовать приемник? Валерий повернул регулятор, и аппарат едва слышно загудел. Покраснели нити радиоламп.

— В порядке! — прошептал юноша, настраиваясь на работающие станции. Где-то далеко-далеко звучали приятные мелодии, разноязычные голоса дикторов.

Со средних волн Валерий перешел на короткие. И сразу наступила тишина. Валерий испугался. Вдруг он где-нибудь ошибся? Стараясь найти ответ, он начал осторожно повертывать регулятор настройки. Неожиданно до слуха его донесся отчетливый голос неизвестного диктора, медленно произносившего буквы румынского алфавита, а изредка и румынские слова. Случайно взглянув на часы, Валерий увидел, что было уже половина второго ночи. Ни одна из румынских станций в это время никаких передач на румынском языке не вела.

«Что за чертовщину передают?» — подумал Валерий. Прислушавшись, он уловил следующий набор букв, цифр и слов:

90ЛВАТОИ УСП РЕИ НАУУММ УКРИА АМ ГРУСИЕ А2ИСННЦ… АЛЛО, АЛЛО, СЮЗАННА, ЭТО ПРОФЕССОР, АЛЛО, СЮЗАННА, Я ПОВТОРЯЮ…

Машинально Валерий взял авторучку и стал записывать то, что передавал незнакомый диктор. Внезапно голос умолк, и в глубине приемника раздалось нудное жужжание.

Валерий взволнованно — смотрел то на аппарат, то на запись. Из всего записанного понятно было только одно — призыв профессора к Сюзанне. Но кто они, этот «профессор», эта «Сюзанна»? И что означают буквы и цифры? Озадаченный тем, что не может проникнуть в тайну переданного, Валерий вопросительно посмотрел на приемник. «Может быть, завтра в этот же час „профессор“ появится снова, — подумал он, — и тогда я узнаю больше».

Эта мысль успокоила юношу. Подойдя к столу, Валерий взглянул на шкалу и отметил на листке длину волны. Но ни завтра, ни послезавтра Валерий больше не услышал голоса таинственного «профессора».

В жаркий летний день в кабинете майора госбезопасности Панаита зазвонил телефон.

— Товарищ майор, — раздался в трубке голос начальника отделения полковника Томеску, — через несколько минут у вас будет один молодой товарищ с весьма интересной информацией. Это как раз по вашей части. Помните наш разговор?.. Примите его.

Спустя десять минут в кабинет майора вошел Валерий Негулеску. Юноша был взволнован, но старался сохранить на лице важное выражение. Майор сразу угадал настроение вошедшего и вспомнил другого такого же парнишку — Санду Енаке, который два года назад помог ему в деле «Р-16». Вот и тогда Енаке, как сейчас Негулеску, волновался, но страшно важничал.

«С этим тоже надо, как со взрослым», — подумал Панаит и, неторопливо откашлявшись, задал первый вопрос.

— Товарищ Негулеску, расскажи, пожалуйста, все по порядку. Что тебя привело к нам?

Валерий поднял голову и увидел глубокий внимательный взгляд синих глаз.

— Товарищ майор, — начал он, — я радиолюбитель и…

— Давно занимаешься радио? — прервал его майор.

— Шесть лет.

— Что ты говоришь! Это порядочно, — искренне удивился Панаит. — А как ты стал радиолюбителем?

Валерий объяснил, что, посещая Дом пионеров, он записался в кружок юных радиолюбителей. Панаит с интересом слушал.

— Недавно я собирал приемник типа ХБ-2 по очень интересной схеме. И вот однажды ночью… — И Валерий рассказал майору о радиограмме «профессора». Майор взял листок с записью.

Внимательно глядя на майора, Валерий увидел, что, несколько раз прочитав текст радиограммы, тот нахмурился.

— В котором часу была передача?

— В половине второго ночи, товарищ майор.

— А длину волны записал?

— Конечно. Вот она. — Валерий протянул листок.

Панаит отметил в блокноте длину волны, поднялся и подошел к Негулеску.

— Знаешь, Валерий, я к тебе как-нибудь зайду в мастерскую. Думаю, что ты против не будешь. Тогда я тебе расскажу кое-что интересное…

В глазах Валерия сверкнула радость. С этого момента майор стал его другом. Конечно, когда он придет, Валерий покажет ему свою мастерскую.

— Да, Валерий, еще вопрос: кто, кроме тебя, знает о радиограмме?

— Только отец. Он меня и послал к товарищу полковнику.

— Хорошо. А сейчас запомни, что я тебе скажу: с этого момента о радиограмме не должен знать больше никто.

— Конечно, товарищ майор. Разве я не знаю, что такое военная тайна?

Они расстались друзьями.

Вечером того же дня в кабинет к майору Панаиту вошел старший лейтенант Лучиан и доложил, что радиограмму удалось расшифровать.

— Кажется, нас ожидает интересное дело, не правда ли? — улыбнулся майор и, взяв отпечатанный на машинке текст, прочел:

На строительстве у 112 километра на шоссе № 4 ничего не выходит. Срочно нужен способный и смелый человек.

Ариец

— Трудной была расшифровка? — поинтересовался майор, вчитываясь в текст.

— Не особенно. Они использовали «Скынтейю» от 9 июня, взяв оттуда слово-ключ к шифру.

— Хорошо. Что вы думаете обо всем этом?

— Думаю, товарищ майор, что здесь два факта заслуживают внимания: во-первых, строительство, во-вторых, «Ариец».

— Это, конечно, верно. Но не нужно забывать, что в радиограмме каждое слово заслуживает самого пристального внимания. Важно знать и кто такая «Сюзанна», и что должен и не может сделать «Ариец» и, наконец, когда, где и каким образом «Арийцу» будет послан «способный и смелый человек», на помощь которого он так рассчитывает.

Задумавшись, майор встал из-за стола и стал прохаживаться по кабинету. Потом, взяв бланк с текстом расшифрованной радиограммы, он попросил Лучиана вызвать капитана Фрунзэ и вместе с ним подождать, пока он придет от полковника.

Когда Панаит вернулся, оба офицера ждали его.

— Садитесь, — пригласил майор. — Итак, товарищи, начинаем действовать немедленно. Вы, капитан Фрунзэ, срочно выезжаете на объект, который находится на 112 километре шоссе № 4. Указания, что делать на объекте, получите у полковника…

Агент «К-4»

Имя Мирчи Манека было довольно широко известно среди румынских легионеров.[1] Одни уважали его, другие считали отъявленным карьеристом, третьи побаивались. Когда весной 1938 года разнеслась весть об убийстве профессора Кристи и все газеты большими буквами напечатали имя убийцы, — а им был Манека, — уважение к нему зеленорубашечников[2] стало единодушным.

Манека, было арестовали, но с помощью своих высокопоставленных покровителей он вскоре исчез из тюрьмы. Два года Мирча скрывался в горных монастырях, где отрастил бороду и стал носить сутану. В одном из монастырей он получил, имя Досифей.

После прихода в 1940 году к власти фашистского генерала Антонеску Манека сбросил сутану, сбрил пышную бороду и, одетый в зеленую рубашку и черные брюки, заправленные в сапоги, появился на улицах Бухареста. Он немедленно был зачислен в легионерскую полицию.

Не теряя времени, Манека приступил к «работе». Почти каждую ночь он ездил по городу, врывался в дома, обыскивал, арестовывал, грабил.

В кровавые дни легионерского мятежа[3] для Манека наступила вольготная жизнь. Во время одной из стычек на улицах города он оглушил раненого солдата, облил его бензином и поджег. Человек извивался в огне, а «мальчики», возглавляемые Манека, кровожадно ревели вокруг живого костра. Немало и пограбил он в те дни. Но мятеж был подавлен, и Манека снова удалился в горы.