Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро - Агата Кристи

Кое-кто оставляет свои головные уборы внизу, я же — никогда! Знаете, с одной моей подругой именно из-за этого как-то произошла очень неприятная вещь. Она повесила свою абсолютно новую шляпку на краешек спинки стула и пошла к врачу, а когда вернулась, то обнаружила, что на ее шляпке посидел мальчик! Все! Пропала шляпка! И не поправишь!

— Катастрофа! — вежливо согласился Пуаро.

— В первую очередь я виню его мать, — тоном прокурора заявила мисс Сил. — Надо ведь следить за детьми. Надо же, оставить…

— Значит, — вмешался Джапп, — этот молодой человек был после вас единственным пациентом доктора?

— Когда я входила в кабинет, по лестнице спускался какой-то джентльмен. Он потом вышел на улицу. Ой! Вспомнила! Тогда же из дома вышел какой-то иностранец очень странной наружности!

Джапп закашлялся.

— Это был я, — с достоинством ответил Пуаро.

— Правда? — Мисс Сил уставилась на него. — В самом деле. Извините, опять моя близорукость. Там ведь темновато было, правда же? — Послышалось нечто неразборчивое. — Подумать только! А я ведь всегда считала, что у меня хорошая память. Простите, пожалуйста, эту чудовищную ошибку…

На успокоение дамы тоже ушло какое-то время.

— А Морли не сказал вам чего-нибудь такого, ну, например, насчет того, что его ожидает трудный разговор или что-нибудь в этом роде? — настаивал Джапп.

— Нет, уверена, этого не было.

— И пациента по фамилии Амбериотис тоже не упоминал?

— Да он вообще молчал. Ну, если не считать тех вещей, которые обычно говорят дантисты.

Пуаро тотчас же вспомнил: «Сплюньте… Откройте пошире… А теперь осторожно сожмите…»

Следующим шагом Джапп предупредил мисс Сил, что ей, возможно, придется дать свидетельские показания на судебном следствии.

Это предположение вызвало у мисс Сил испуганный вскрик, однако через минуту она снисходительно согласилась. Джапп деликатно попросил ее рассказать о себе.

Шесть месяцев назад она приехала в Англию из Индии. Жила здесь в разных отелях, пока наконец не остановилась в «Гленгоури». В Индии она прожила преимущественно в Калькутте, где занималась миссионерской деятельностью и преподавала дикцию.

— Чистое произношение — это великая вещь, инспектор! Видите ли, — она глуповато улыбнулась, — в молодости я была актрисой. Ну, всякие там маленькие роли. Провинция, что и говорить! Но цели у меня были грандиозные. Репертуар Потом отправилась в мировое турне — Шекспир, Шоу… Бедные мы существа, — она неожиданно вздохнула, — женщины. Сердце — наше слабое место. Скоропалительное замужество. Увы, мы разошлись почти тотчас же. Меня жестоко обманули. Я вернула себе девичью фамилию, а друзья помогли мне с деньгами. На них я открыла курсы дикции и организовала любительскую театральную студию. Я сейчас покажу вам некоторые рецензии.

Джапп понимал, чем ему может это грозить и поспешил сбежать. Ему запомнились ее последние слова:

«…и если моему имени будет суждено появиться на страницах газет в качестве свидетельницы, то, прошу вас, повнимательнее отнеситесь к его написанию. Мейбл Сэйнсбэри Сил. Да, Мэйбл Сил. Ну, а если они захотят упомянуть, что я выступала в Оксфордском театре в «Двенадцатой ночи»…

— Да-да, конечно, — пробормотал Джапп. В такси он вздохнул и вытер лоб.

— Похоже на то, что здесь все в порядке, — заметил он. — Если, конечно, она не наврала про все это. Впрочем, я что-то в это не верю.

Пуаро согласно закивал головой:

— Похоже на то. Лгуны не бывают столь обстоятельны и непоследовательны.

— Я боялся, — продолжал Джапп, — она откажется дать показания на судебном расследовании, со старыми девами это бывает. Да, видно, что актерское прошлое не бесследно прошло. Для нее это немного известности.

— Вы действительно хотите вызвать ее на судебное расследование?

— Скорее всего нет… Впрочем, не знаю пока. — Он помолчал. — Вы знаете, Пуаро, я прихожу к выводу — это не было самоубийством.

— А мотив?

— Да, наше самое слабое место. Может, Морли когда-то соблазнил дочь Амбериотиса?

Пуаро промолчал. Его мысленному взору предстала картина, как Морли соблазняет смуглую гречанку. Да, в этой роли дантист как-то не смотрелся. Он напомнил Джаппу слова Рейли о том, что его компаньон никогда не имел вкуса к личной жизни.

— Кто знает, что может произойти с человеком…

Они расплатились с таксистом и вошли в «Савой». Портье окинул их странноватым взглядом.

— М-р Амбериотис? Сожалею, господа, но, думаю, вы не сможете поговорить с ним.

— Ну-ну, не вам знать, сможем или нет… Думаю, все же поговорим. — Джапп протянул клерку свое удостоверение.

— Вы меня не так поняли. Дело в том, что м-р Амбериотис полчаса назад умер.

На Пуаро это произвело впечатление плотно захлопнувшейся двери.

Три, три — весело смотри

Ровно через сутки Джапп позвонил Пуаро.

— Все впустую, — с горечью проговорил он. — Морли все же покончил с собой. Мы обнаружили мотив.

— Какой же?

— Я только что прочитал заключение эксперта по поводу смерти Амбериотиса. Если не переходить на полицейский жаргон, он умер от введения в его организм повышенной дозы адреналина и новокаина. А сердечко не выдержало. Так что сообщение о том, что вчера днем он плохо себя чувствовал, оказалось чистейшей правдой. Дантисты используют адреналин и новокаин для местной анестезии. Через шприц вводят лекарство в десну. Морли ошибся с дозировкой, но обнаружил это только когда Амбериотис ушел. Не смог простить себе, что фактически убил человека, вот и застрелился.

— Из пистолета, которого никто у него раньше не видел?

— Неважно. Он у него мог быть. Родственники никогда всего не знают. Иногда диву даешься.

— Да, пожалуй, верно, — согласился Пуаро.

— И мне кажется, что это все ставит на свои места, — завершил Джапп.

— К сожалению, мой друг, я не совсем удовлетворен подобным объяснением. Действительно, случается, что люди так реагируют на местную анестезию. В том числе и на адреналин. Более того, в смеси с новокаином порог токсичности даже снижается. Но врачи, в том числе и дантисты, редко накладывают на себя руки после врачебной ошибки.

— Согласен. Но вы имеете в виду случаи, когда анестезирующее средство вводится в нужной дозировке и смерть наступает лишь от повышенной чувствительности пациента к препарату. Тут, естественно, врача винить не в чем. Но здесь-то речь идет о повышенной дозе. О чрезмерной дозе! Какая она — пока трудно сказать. На такие анализы уходят месяцы. Но ясно одно — врач допустил ошибку.

— Ну а если и так? Ошибка остается ошибкой. Преступного умысла здесь не было.

— Верно, — согласился Джапп. — Но вы забыли про репутацию врача. Да он вообще бы потерял клиентуру. Ну кто пойдет к врачу — убийце, даже если стал он им безо всякого умысла?

— Странно как-то все это вышло, — задумчиво покачал головой Пуаро.

— Такие