Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро - Агата Кристи

— Нет, конечно. Целых три пломбы поставил, если хотите знать.

— Как он выглядел? Держался обычно?

— Пожалуй, да. А что случилось-то?

Голос Джаппа стал официально ровным:

— Некоторое время спустя он застрелился.

— Что?!

— Вас это удивляет?

— Даже очень.

— Меня, надо сказать, тоже. Хотел бы поговорить с вами. Наверное, не хочется ехать сюда?..

— Откуда вы говорите?

— С улицы королевы Шарлотты.

— Немедленно выезжаю.

Дверь открыл полицейский в форме.

— М-р Пуаро? — вежливо поинтересовался он. — Главный инспектор наверху. Второй этаж, вы знаете?

— Я утром здесь был.

В комнате находились три человека.

— Рад вас видеть, Пуаро, — обратился к вошедшему Джапп. — Мы как раз собирались выносить тело. Желаете взглянуть?

Тело лежало недалеко от камина. Мертвый Морли выглядел так же как при жизни. Чуть ниже правого виска темнела маленькая дырочка. Рядом с ладонью правой руки, откинутой в сторону, лежал пистолет.

Пуаро покачал головой.

Тело унесли и оба детектива остались одни. Пуаро сел в кресло.

— Рассказывайте.

— Что ж, он действительно мог застрелиться, — вздохнув, произнес Джапп. — Возможно, он и застрелился… На рукоятке пистолета только его отпечатки пальцев. И все же мне это не нравится…

— Что именно?

— Начнем с того, что я не вижу абсолютно никаких причин стреляться. Отличное здоровье, процветающая практика, никто не считает, что у него были сколь-нибудь серьезные проблемы. Женщин не имел, по крайней мере, нам об этом ничего не известно. Да и с психикой у него было вроде бы все в порядке, никаких комплексов. Потому-то мне и хотелось услышать ваше мнение. Вы же видели его утром, может, что-то заметили?

Пуаро покачал головой.

— Ничего.

Он был олицетворенное благополучие.

— Вот это-то и странно. Ведь согласитесь, не очень-то верится, чтобы человек стал стреляться в середине рабочего дня. Почему бы не дождаться вечера? Ведь так естественнее.

Пуаро кивнул.

— А когда это произошло?

— Точно пока сказать нельзя. Похоже, никто не слышал звука выстрела. Впрочем, это не удивительно — между этой комнатой и коридором две двери, причем обе обиты с двух сторон. Видимо — чтобы заглушать крики жертв бормашины.

— Очень может быть. Пациенты под наркозом, бывает, кричат.

— Кроме того, на улице оживленное движение, поэтому и там едва ли кто услышал бы звук выстрела.

— Когда обнаружили тело?

— Примерно в час тридцать. Его слуга — Альфред Биггс. Не особенно смышленый парнишка, что и говорить. Пациентка, прибывшая к половине первого, похоже, изрядно помучилась в приемной, пока не обратилась к нему за помощью. В час десять малец постучал в кабинет Морли, но ответа не последовало. Можно было и заглянуть внутрь, но Морли уже закатил пару скандалов, так что он решил не нарываться на третий. Поэтому он спустился вниз, а истомившаяся пациентка, прождав сорок пять минут, решила наконец хлопнуть дверью.

— Кто она?

Джапп ухмыльнулся. — Если верить мальчишке, ее звали мисс Шерти, хотя по журналу записей она зовется Керби.

— А как пациентам сообщали, что врач готов принять их?

— Морли нажимал на звонок — прямо из кабинета — и Биггс провожал очередного пациента наверх.

— И когда он звонил в последний раз?

— В пять минут первого. Тогда парень проводил в кабинет некоего Амбериотиса, который, согласно регистрационной книге, остановился в «Савое».

Пуаро слегка улыбнулся:

— Интересно, как прозвучала его фамилия в устах Биггса?

— Да уж, чертовщина, наверное, какая-то получилась. Спросим, если захочется посмеяться.

— А когда ушел этот Амбериотис?

— Парень его не провожал, поэтому точно не знает. Многие пациенты не ждут лифта и спускаются пешком. Но я позвонил в «Савой» и поговорил с ним. Амбериотис сказал, что, выходи из дома 58, посмотрел на часы — было двенадцать двадцать пять.

— Ничего важного он не сообщил?

— Нет, только подтвердил, что поведение врача было самым обычным.

— Ну что ж, кажется, ясно — что-то произошло между 12.25 и 1.30. Причем, видимо, ближе к 12.25.

— Именно. Иначе…

— Иначе он бы позвонил, чтобы пригласить следующего клиента.

— Эксперт тоже согласен с таким подходом. Он осматривал тело примерно в 2.20. По его мнению, смерть не могла наступить позже часа дня, скорее, много раньше. Но это, разумеется, лишь приблизительно.

— Значит, в 12.25 наш дантист

— обычный, жизнерадостный, даже веселый человек, а после этого? Отчаяние, смертельная тоска, что угодно — и он стреляется.

— Да, странно, — сказал Джапп. — Согласитесь.

— Странно — не то слово… Это был его собственный пистолет?

— Нет. У него не было пистолета. Никогда. По словам его сестры, подобных вещей в доме не держали. Конечно, он мог и купить его, если задумал такое дело. Это будет нетрудно установить.

— Вас еще что-то беспокоит, так ведь?

Джапп потер кончик носа. — Знаете, лежал он как-то странно. Непохоже, что человек может упасть именно так. Не то чтобы это было невозможно, но — необычно. Не похоже, точнее. И потом, на ковре остались какие-то следы, будто по нему что-то тащили.

— Ага, это уже кое-что.

— Да, если здесь опять не вмешался этот рыжий сопляк. Знаете, я отнюдь не исключаю, что, обнаружив Морли мертвым, он попытался зачем-то передвинуть его. Он, конечно, отрицает это, но страх есть страх. Он из тех ослов, что вечно все делают не так, и им за это постоянно достается. Вот они и привыкают врать автоматически.

Пуаро внимательно осматривал кабинет. Раковину за дверью, высокий шкаф у противоположной стены, зубоврачебное кресло, всякие инструменты дантиста у окна, камин. Потом вернулся туда, где лежало тело. Рядом с камином была еще одна дверь.

Джапп перехватил его взгляд. — Там только маленький кабинетик. — Он распахнул дверь.

Там действительно располагался крошечный рабочий кабинет с письменным столом, несколькими стульями, спиртовкой и чайным прибором. Другой двери там не было.

— Здесь работала его секретарша, мисс Невил. Кажется, сегодня она не работала.

— Да, помню, он говорил мне, — кивнул Пуаро. — И это, возможно, является аргументом против того, что он действительно покончил с собой.

— Вы хотите сказать, что ее специально убрали отсюда на сегодня? — После некоторой паузы Джапп продолжал:

— Но если это не самоубийство, значит — убийство. Почему? Это звучит столь же невероятно, как самоубийство. Такой спокойный, безобидный человек. Кому нужно было его убивать?

— А кто мог бы убить его? — обронил Пуаро.

— Да кто угодно! Его сестра могла спуститься из квартиры наверху и застрелить брата, или кто-нибудь из слуг. А его коллега Рейли — разве он не мог? И этот парень Альфред. Любой пациент мог его убить. Кстати, тот же Амбериотис элементарно мог пристрелить его.

Пуаро кивнул. — Но тогда нам надо будет узнать — зачем он это сделал?

— Да, вопрос остается