Пустой стул - Дивер Джеффри

Через пятнадцать минут, сложив большую часть оборудования, Сакс отправила Бена Керра домой, поблагодарив за добровольную помощь.

Как только великан ушел, в комнате появился Джесс Корн. У Сакс мелькнуло подозрение, что он караулил в коридоре, дожидаясь возможности поговорить с ней наедине.

— Какой это человек! — начал молодой заместитель шерифа. — Я имею в виду мистера Райма.

Он начал переставлять с места на место коробки.

— Да, — спокойно ответила Сакс.

— Он говорил об операции. Она его поставит на ноги?

«Она его убьет. Ему станет еще хуже. Он превратится в овощ».

— Нет.

Сакс ждала, что Джесс спросит: «Тогда почему он на нее идет?» Но помощник шерифа ограничился одним из своих афоризмов:

— Иногда чувствуешь необходимость сделать хоть что-то.И неважно, что это кажется совсем бесполезным.

Молодая женщина пожала плечами. Да, порой бывает именно так. Защелкнув коробку с микроскопом, она скрутила последний кабель.

Заметив на столе книги, те, что она принесла из комнаты Гаррета, Сакс выбрала «Миниатюрный мир». Эту книгу попросил у доктора Пенни Гаррет. Она открыла ее наугад. Перелистала несколько страниц, прочла подчеркнутый абзац.

В мире существует 4500 известных видов млекопитающих и свыше 980 000 известных видов насекомых. По оценкам, еще от двух до трех миллионов видов насекомых до сих пор не описаны. Многообразие и поразительная живучесть этих созданий не может не вызывать восхищения. Нельзя не вспомнить биолога и энтомолога гарвардского университета Э. О. Уильсона, предложившего термин «биофилия». Под ним подразумевается эмоциональная притягательность, которую человек испытывает к другим живым организмам. Несомненно, человек способен любить насекомых так же, как он любит собаку или коня, или другого человека.

Сакс выглянула в коридор. Кэл Фредерикс и Брайан Макгир до сих пор были поглощены сложным словесным поединком. Судя по всему, верх был не за защитником Гаррета.

Молодая женщина захлопнула книгу. У нее в голове звучали слова доктора Пенна.

«Лучше всего, если вы просто побудете какое-то время рядом с ним».

— Знаешь, наверное, приглашать девушку в тир — это несколько странно, — сказал Джесс. — А как насчет кофе?

Сакс мысленно рассмеялась. Вот, наконец, и приглашение на свидание.

— В общем, тир тоже неплохо. Мне нужно занести эту книгу в тюрьму. Потом я съезжу в больницу в Авери. Созвонимся?

— Договорились.

Глава 21

— Это не игра, — сурово произнес Рич Калбо.

— Я знаю, что это не игра, — буркнул Шон О'Сариан. — Я просто засмеялся.Черт возьми, засмеялся, и все. Тут в рекламе парень пытался попасть в аэропорт, а его машину...

Он кивнул на грязный экран телевизора над стойкой бара «У Эдди», расположенного напротив тюрьмы.

— Слишком много ты смеешься. Не слушаешь, что тебе говорят.

— Ну хорошо, я тебя внимательно слушаю. Итак, мы подойдем сзади, дверь будет незакрыта.

— Я как раз собирался спросить, — вставил Гаррис Томел. — Задняя дверь каталажки никогда не бывает открыта. Она всегда заперта и закрыта изнутри на засов.

— Засова не будет, а дверь будет отперта.Понятно?

— Как скажешь, — недоверчиво произнес Томел.

— Дверь будет открыта, — продолжал Калбо. — Мы заходим внутрь. На столе будет лежать ключ от камеры. На маленьком железном столе. Знаете где?

Разумеется, всей троице был известен этот стол. Всем, кому приходилось проводить ночь в тюрьме Таннерс-Корнера, был знаком этот столик, привинченный к полу у двери, на который они вываливали свои пожитки.

— Хорошо, валяй дальше, — О'Сариан весь превратился в слух.

— Мы отпираем камеру и заходим внутрь. Я прыскаю мальцу в лицо перцем. Мы натягиваем ему на голову мешок — я в таких топлю котят — и выводим на улицу. Пусть он кричит сколько хочет — его все равно никто не услышит. Гаррис, ты ждешь нас сзади с машиной. Прямо у двери. Двигатель не глуши.

— И куда мы его отвезем? — спросил О'Сариан.

— Конечно, не к нам, — ответил Калбо, гадая, неужели придурок решил, что они повезут похищенного заключенного к кому-нибудь домой? В этом случае он еще глупее, чем думал Калбо. — В старый гараж у железки.

— Отлично, — вставил О'Сариан.

— Мы отвозим мальца туда. Я достаю пропановую горелку, и мы начинаем работать. Думаю, нам хватит пяти минут, и он нам рассказывает, куда дел Мери-Бет.

— А потом мы... — О'Сариан испуганно осекся.

— Что? — встрепенулся Калбо, переходя на шепот. — Ты собирался сказать на людях то, что совсем не надо говорить?

— Это тытолько что говорил, как мы подпалим мальца горелкой, — прошептал в ответ О'Сариан. — По-моему, это ничуть не хуже, чем то, что мы собираемся сделать с ним потом.

Калбо вынужден был с этим согласиться, хотя, разумеется, не признался в этом О'Сариану. Он ограничился лишь словами.

— Мало ли что бывает.

— Верно, — согласился Томел.

О'Сариан поиграл банкой из-под пива, вычищая ею грязь из-под ногтей. От его былого веселья не осталось и следа.

— Ты что? — встревожился Калбо.

— Дело начинает пахнуть жареным. Лучше бы мы взяли мальца в лесу. На мельнице.

— Но он сейчас не в лесу! — взорвался Томел.

О'Сариан пожал плечами.

— Я просто гадаю, стоит ли это тех денег.

— Хочешь на попятную? — Калбо почесал бороду, размышляя, что в такую жару следовало бы побриться, но тогда снова будет виден его тройной подбородок. — Хорошо, и я предпочту делить на две части, а не на три.

— Нет, ты что. Я с вами.

Взгляд О'Сариана снова привлек телевизор, и он, тряхнув головой, уставился на экран.

— Эй, смотрите-ка! —вдруг показал в окно Томел.

По улице шла рыжеволосая полицейская из Нью-Йорка, так чертовски ловко орудующая ножом. В руке у нее была толстая книга.

— Красивая телка, — заметил Томел. — Я бы от такой не отказался.

Но Калбо вспомнил холодные глаза и лезвие ножа, упершееся в подбородок О'Сариана.

— Овчинка не стоит выделки.

Рыжая вошла в здание тюрьмы.

О'Сариан тоже подошел к окну.

— Это усложняет дело, мать твою.

— Да нисколько. Гаррис, подгоняй машину. И не глуши мотор.

— А как быть с ней? -спросил Томел.

— Перца у меня на всех хватит, — усмехнулся Калбо.

Натан Грумер, дежуривший в тюрьме, приветливо кивнул, увидев Сакс. Навязчивое поклонение Джесса Корна уже начинало надоедать; строгую улыбку Натана молодая женщина приняла с облегчением.

— Здравствуйте, мисс.

— Вас зовут Натан, да?

— Точно.

— Какая красивая утка, — сказала она, кивая на стол.

— Эта штуковина? — скромно спросил Натан.

— Кто ее сделал?

— Это не утка, а селезень. Годовалый.

— Вы его сами вырезали?

— Это мое хобби. В моем кабинете есть еще парочка. Если хотите, я вам покажу. Кажется, вы уже уезжаете.

— Да, долго мы у вас не задержимся. Как он?

— Кто? Шериф Белл?

— Нет, Гаррет.

— О, понятия не имею. К нему заходил Мейсон, о чем-то долго говорил. Наверное, пытался выяснить, где находится девушка. Но мальчишка упорно молчит.

— Мейсон сейчас в камере?

— Нет, он уже ушел.

— А шериф Белл и Люси?

— Все ушли. Вернулись в управление. Я могу вам чем-нибудь помочь?

— Гаррет попросил принести эту книгу. — Она показала книгу. — Не возражаете, если я ее передам?

— Это что. Библия?

— Нет, это книга о насекомых.

Взяв книгу, Натан ее тщательно пролистал — наверное, в поисках оружия, решила Сакс.

— Странный он, этот парень, — сказал он, возвращая книгу. — Прямо как из фильма ужасов. Вам надо было бы принести ему Библию.

— По-моему, это его не интересует.

— Наверное, вы правы. Кладите сюда оружие, и я пущу вас к задержанному.

Положив «Смит-и-Вессон» в сейф. Сакс шагнула к двери, но Натан не двинулся с места, выжидательно глядя на нее. Она вопросительно подняла брови.