Пустой стул - Дивер Джеффри

— Осторожно! — строго окликал он Сакс. — Эта глина держит крепче клея.

Они бежали с полчаса. Постепенно почва стала топкой, воздух наполнился запахами метана и гниения. Наконец тропинка закончилась, уткнувшись в трясину, и Гаррет повернул к асфальтовой дороге. Они остановились в придорожных кустах.

Мимо неторопливо проезжали машины. Водители не имели понятия, что неподалеку находятся беглые преступники.

Сакс с завистью провожала их взглядом. Не прошло и часа после побега из тюрьмы, а ей уже мучительно больно видеть нормальную жизнь других людей, сознавая, что ее жизнь только что совершила мрачный поворот.

Мисс, это более чем глупо.

—Эй, где вы?

Мери-Бет очнулась от сна.

Разморенная жарой и духотой, она задремала на вонючем матрасе.

Голос зазвучал снова, совсем рядом.

— Мисс, как вы? Мери-Бет, что с вами?

Вскочив с кровати, девушка побежала к разбитому окну. От резкого движения у нее закружилась голова, и ей пришлось постоять, прислонясь к стене. В висках пульсировала тупая боль. Будь ты проклят, Гаррет!

Наконец боль отступила, туман перед глазами рассеялся. Мери-Бет подошла к окну.

Это оказался Миссионер. На этот раз вместе с ним был его напарник, высокий лысеющий мужчина в серых штанах и клетчатой рубашке. Миссионер сжимал в руках топор.

— Спасибо, спасибо! — прошептала девушка.

— Мисс, с вами все в порядке?

— Я чувствую себя превосходно. Гаррет не возвращался.

Горло было пересохшим, и слова по-прежнему давались с трудом. Миссионер протянул ей новую фляжку с водой, и Мери-Бет осушила ее на одном дыхании.

— Я связался с полицией, — сказал миссионер. — Они уже в пути. Будут здесь минут через пятнадцать-двадцать. Но мы не будем ждать их, сложа руки. Мы освободим вас.

— Не могу выразить вам свою благодарность.

— Отойдите подальше. Я всю свою жизнь валил деревья, и эта дверь через минуту превратится в груду щепок. Это Тед. Он работает вместе со мной.

— Здравствуйте, Тед.

— Здравствуйте. Как ваша голова? — нахмурился он.

— Да рана только с виду серьезная, — ответила Мери-Бет, прикасаясь к запекшейся крови.

Тум... тум.

Топор вонзился в дверь. Из окна девушке было видно, как сверкает на солнце взлетающее вверх лезвие. Остро отточенное острие ослепительно блестело. Мери-Бет не раз приходилось помогать отцу колоть дрова для камина. Она помнила, как зачарованно смотрела на вращающийся точильный круг, летящие во все стороны искры, похожие на фейерверк в День независимости.

— Кто тот парень, что вас похитил? — спросил Тед. — Какой-то извращенец?

Тум... тум.

— Школьник из Таннерс-Корнера. У него не все дома. Только посмотрите на все это.

Девушка махнула на банки с насекомыми.

— О господи, — пробормотал Тед, просовывая голову в окно и заглядывая внутрь.

Тум.

Громкий треск. Миссионер отщепил от двери большой кусок дерева.

Трах.

Мери-Бет посмотрела на дверь. Судя по всему, Гаррет ее усилил — вероятно, сколотил две двери вместе.

— Я чувствую себя одной из этих козявок, — сказала она. — Гаррет...

Заметив какое-то движение, Мери-Бет запоздало отпрянула назад. Просунув руку в окно, Тед схватил ее за ворот рубашки. Притянув девушку к прутьям решетки, он прижался к ней своими влажными губами, пахнущими пивом и табаком. Его язык, раздвинув ее губы, ворвался в рот.

Рука Теда жадно зашарила по груди Мери-Бет, ища сосок. Девушка с криком оторвалась от его губ, отплевываясь.

— Урод, что ты делаешь? — воскликнул Миссионер, роняя топор и подбегая к окну.

Но прежде чем он успел оттащить Теда, Мери-Бет, схватив руку, пауком ползающую по ее груди, с силой опустила ее вниз. Запястье напоролось на торчащий из рамы стеклянный сталагмит. Вскрикнув от боли, Тед, разжав руку, отшатнулся назад.

С отвращением вытирая рот, Мери-Бет отбежала от окна на середину комнаты.

— Зачем ты это сделал, мать твою? — рявкнул на Теда Миссионер. «Ударь его! — думала Мери-Бет. — Пригвозди его к земле топором! Он сошел с ума. Сдай его полиции».

Тед не слушал своего дружка. Зажимая окровавленную руку, он смотрел на страшный порез, причитая:

— Господи... господи... господи...

— Я же сказал тебе, потерпи, — пробормотал Миссионер. — Еще пять минут, и она была бы в наших руках, и уже через полчаса мы бы трахали ее у нас дома. А теперь ты нажил на нашу задницу приключений!

Трахали бы ее...

Не успели эти слова дойти до сознания Мери-Бет, как за ними последовало жуткое продолжение: никакого звонка в полицию не было, помощи ждать нечего.

— О боже, ты только посмотри!

Тед протянул руку. Из перерезанных вен хлестала кровь.

— Мать твою! — пробормотал Миссионер. — Тебя надо срочно перевязать. Ну ты и осел! Не мог подождать? Пошли, я тобой займусь.

Тед, прихрамывая, направился к лесу. Футах в десяти от окна он остановился.

— Эй, ты, сука, мать твою! Готовься. Мы вернемся.

Он нагнулся, скрывшись из виду. Когда Тед выпрямился, в его здоровой руке был камень размером с хороший апельсин. Он швырнул его в окно. Мери-Бет отшатнулась в сторону, и камень, пролетев через решетку, ударился о стену в футе от нее. Обессиленно опустившись на койку, девушка залилась слезами.

С опушки снова донесся голос Теда:

— Готовься!

Приятели собрались дома у Гарриса Томела, в солидном особняке в колониальном стиле с пятью спальнями, окруженном просторной лужайкой, на которой хозяин палец о палец не ударял. Представления Гарриса о садовом дизайне сводились к «Форду» перед домом и мини-вэну за ним.

Отчасти это объяснялось тем, что Гаррису, поучившемуся в колледже и имевшему больше костюмов, чем клетчатых рубашек, требовалось прилагать усилия, чтобы не отставать от своих крутых дружков. Ну да, он сидел по обвинению в федеральном преступлении, однако посадили его за торговлю акциями компаний, единственная проблема которых заключалась в том, что они не существуют. Гаррет неплохо стрелял, но, насколько было известно Калбо, он никогда не сходился ни с кем лицом к лицу на кулаках — по крайней мере, если его противник не был связан по рукам и ногам. И еще Томел слишком много думал,слишком много тратил на свою одежду и любил дармовую выпивку.

Так что, в отличие от Калбо, ухаживающего за своим особнячком на разных уровнях, и в отличие от О'Сариана, трудившегося изо всех сил, чтобы снять девочек, которые будут содержать в порядке его трейлер, Гаррис Томел своим домом совершенно не занимался. По мнению Калбо, таким образом он старался произвести впечатление разбитного парня.

Впрочем, это дело Томела; приятели собрались у него дома не для того, чтобы насладиться красотами пейзажа в духе Детройта и поговорить о проблемах садоводства. Их привело сюда только одно. Томелу досталась в наследство великолепная коллекция оружия, после того как его отец, отправившись несколько лет назад на Новый Год на подледный лов на Спайвипонд, всплыл только через несколько недель.

Приятели стояли в обшитом досками погребе, разглядывая коробки с оружием так, как когда-то Калбо и О'Сариан переминались с ноги на ногу у лотка уличного торговца сладостями, выбирая, что стащить.

В конце концов О'Сариан выбрал черную автоматическую винтовку «Кольт» АР-15, гражданскую модификацию М-16, потому что постоянно причитал о Вьетнаме и не пропускал ни одного фильма про войну.

Томел остановился на роскошном ружье «Браунинг» с резным ложем, о котором Калбо мечтал так, как не мечтал ни об одной женщине, хотя сам он предпочитал нарезное оружие и с большим удовольствием дырявил с расстояния триста футов пулей сердце оленя, чем разносил зарядом дроби в облако перьев утку. Сегодня Калбо взял изящный «Винчестер» тридцатого калибра с оптическим прицелом. Приятели набрали побольше патронов, воды, взяли сотовый телефон Калбо и еду. Не забыли и самогон.