Свинцовая совесть - Владимир Колычев

– Хотелось бы верить.

– А ты верь, – улыбнулся Свирид.

– Я попробую.

– Верит вам Вероника, верит, Дмитрий Никитич, – Зубарев смотрел на него с таким видом, как будто призывал к себе смелость.

Костя вдруг взял Свирида под локоть, повернулся к нему боком. Телохранители среагировали на это движение, резко шагнули к ним, но Свирид осадил их движением руки.

– И вы ей верьте, – с подвохом сказал Зубарев. – Она не проговорится… Кстати, как насчет снизить цену? – кивком показал он на дом. – Ну, например, до ста восьмидесяти тысяч.

Свирид высвободил руку, повернулся к бывшему менту лицом. И посмотрел на него, сдержанно выражая возмущение такой наглостью.

– Этот дом стоит двести двадцать тысяч.

– Хорошо, сто восемьдесят тысяч вы получите деньгами, а остальное золотом.

– Золотом?

– Да, молчание – золото.

Это был форменный шантаж, но Свирид не дал воли своим чувствам.

– Хорошо, пусть будет сто восемьдесят.

– Сто тысяч сразу и восемьдесят в рассрочку.

– Договорились, – сквозь зубы процедил Свирид.

И, не прощаясь, повернулся к Зубареву спиной. Он подошел к своей машине, но садиться не стал. Подозвал к себе стоящего в отдалении менеджера и велел ему оформить сделку с Зубаревым на его условиях.

Глава 16

Пристрастием к общественно полезному труду Вероника не страдала. Это Ольга не могла жить без своей работы – два года после замужества в госпитале отработала, затем возглавила коммерческий центр, который Свирид открыл чисто под нее. В госпитале она даже отделением не заведовала, а на новом месте стала главным врачом, что, надо сказать, ее обрадовало. Да Ольга особо и не скрывала, что вышла замуж не из-за одной только любви. Ей хотелось быть женой состоятельного человека и пользоваться всеми сопутствующими тому благами. Но так ведь она женщина, у нее тяга к удачливому и успешному охотнику в крови, на уровне первобытных инстинктов…

С Вероникой все немного по-другому. Замуж за Зубарева она вышла по причине сильного душевного расстройства. Киргиз со своей братвой не просто похитил ее, а еще и изнасиловал. Психологическую травму она получила, а Зубарев ее пригрел. Замуж она выходила за простого, в общем-то, мента. Это потом она стала понимать, что у Зубарева есть левый и весьма солидный доход. А может, она узнала об этом сразу… Как все было, Свирид мог только догадываться, зато он точно знал, что Вероника выбрала для себя профессию покупателя. В салоне красоты и фитнес-центре она покупала услуги, в магазинах – товары, и так весь день в трудах праведных. За ней следили уже несколько дней – Свирид знал и образ ее жизни, и распорядок дня.

Он перехватил девушку на входе в фитнес-центре «Пять колец». Хороший клуб, количество олимпийских колец здесь в точности соответствовало числу спортивных залов. Уровень обслуживания был на высоте, и столь важные персоны, как Дмитрий Никитич Свиридов, не обходили это заведение стороной. Потому и не удивилась Вероника его здесь появлению. А он действительно взял на днях абонемент, даже позанимался вчера в атлетическом зале в свое удовольствие.

Вчера он дал нагрузку своим мышцам, а сегодня потренирует язык. Вероника – девушка непростая, да и разница в возрасте у них солидная – двадцать лет. К тому же она очень на него обижена. И на фоне всего этого он должен будет завоевать ее расположение. Сложную он поставил перед собой задачу, но чем тяжелей бой, тем слаще победа.

Нет, он уже не бабник… Ну, разве что иногда, под настроение глотнет колес и переспит с какой-нибудь новенькой красоткой из своего клуба, но так ведь это дань традиции, что есть святое, само по себе, дело. К тому же он особо не усердствует, и право первой ночи в казино уже давно отменено, причем по его же инициативе. Теперь клубные девочки сами решают, с кем спать и с кого начинать, но и боссу своему не откажут. Хотя встречаются экземпляры, которые ни с кем и ни за что. Таких ломать надо, но Свирид на таком перевоспитании уже не настаивает, хотя и не возражает, если кто-то с кем-то…

Не бабник он, но Вероника – особый случай. Ее муж не так давно перегнул палку, нагрел его на сорок штук, не считая процентов за время рассрочки. Он должен поплатиться за это своей женой. Свирид так решил, и точка…

Вероника еще только шла в клуб, а он как бы уже возвращался. Летний деловой костюм на нем, сам ухоженный, не скажешь, что на тренировке был. Так он и не будет о том говорить.

Свирид сделал вид, что заметил девушку случайно и даже будто раздумывает, обращать на нее внимание или нет. Решил снизойти до Вероники, перегородил ей путь. Своим телохранителям небрежным жестом показал на машину, пусть там его ждут.

Вероника одета совсем не по-спортивному, модный сарафан на ней, маленькая розовая сумочка под цвет босоножек на высоком каблуке. Модные солнцезащитные очки ей к лицу, выглядит она в них так, что хоть сейчас отправляй ее на фотосессию для глянцевого журнала. Была у нее и спортивная сумка, такого же розового цвета, которую она держала в руке. Вещей там немного, как раз столько, чтобы нести ее, не напрягаясь.

– Вероника? Я не ошибся? – спросил он.

– Да нет, не ошиблись…

Она в смущении сняла очки – то ли для того, чтобы он разглядел ее лучше, то ли сама хотела рассмотреть Дмитрия.

– Наверное, я должен сказать: «физкульт-привет»? – улыбнулся он.

– Но вы же не думаете, что я отвечу вам: «физкульт-ура»? – возвращая очки на место, с сарказмом ответила девушка.

– А вдруг думаю? Ты же на тренировку? – Свирид глянул на ее спортивную сумку.

– Надо держать себя в форме.

– Похвальное желание. Только тебе, Вероника, это совсем не обязательно. Ты не склонна к полноте.

– И я должна вам верить? – Девушка с интересом глянула на собеседника.

– Поверь, я разбираюсь в женщинах и знаю, какая из них к тридцати годам будет коровой, а какая так и останется… скажем так, козочкой.

– Не козочкой, а козой, – усмехнулась Вероника. – Если была козочкой, то станет козой, а если телкой, то коровой…

– Ну, я не знаю.

– А я знаю. Знаю, что мужчины девушек телками называют, козочками. Ведь для кого-то женщины – просто скот, которому место на бойне…

Вероника улыбалась с иронией во взгляде, но голос звучал серьезно, осуждающе.

– Я все понял, – вздохнул Свирид. – Я говорил, что не заказывал тебя, но ты мне не веришь.

– Может, и верю, но я не хочу об этом говорить.

– Но ты же сама завела этот разговор.

– Я надеялась, что вы обидитесь и оставите меня в покое.

– Я не умею обижаться.

– Ну да, обиженным быть плохо, не по понятиям это, – усмехнулась Вероника. – Вы не обижаетесь, вы просто решаете вопрос, так у вас говорят?

– Ты интересная девушка, Вероника. С тобой интересно общаться. А еще интересней спасти твой день.

– Что-то я вас не понимаю, – она приподняла очки, глянув на Свирида кокетливо-иронично.

– Я же вижу, тебе не хочется идти на тренировку.

– Странно, я не вижу, а вы видите.

– Ты надеешься, что я оставлю тебя в покое, но сама уходить не торопишься. А почему? Потому что не хочется потеть в спортзале.

– Вообще-то у меня сегодня по плану бассейн.

– Закрытый бассейн, – уточнил он.

– Да, закрытый, а что?

– Да то, что день сегодня чудесный.

С утра было двадцать пять градусов, днем обещали тридцать четыре. На небе ни облачка, солнце, как говорил классик, в целом свете.

– Сейчас бы на водохранилище, на яхте покататься…

– У вас есть свое водохранилище? – шутливо спросила Вероника.

– Нет, у меня есть своя яхта, – засмеялся Свирид.

– С парусом?

– Да, и парус там есть тоже… Кстати, есть предложение прокатиться под парусом. Вода сейчас теплая, можно искупаться.

– А парус большой? – не без ехидства спросила девушка.

– Большой.

– Стоит крепко?

Это был намек, но Свирид учуял в нем подвох.

– Очень.

– Хорошо, я спрошу.

– Что ты спросишь?

– У девчонок наших спрошу, – Вероника кивком показала на двери фитнес-клуба. – Может, кто-нибудь захочет с вами под парусом прокатиться?

– А ты не захочешь?

– Нет.

– Почему?

– Я вас боюсь. Надеюсь, вас это не удивляет?

– Боишься, что я тебя утоплю?

– Ну вот, вы уже придумали, что со мной сделать.

– Я ничего не придумывал…

Свирид чувствовал себя дураком. Слишком уж грубо он разыграл свою партию, чтобы надеяться на успех. День он Веронике хотел спасти, на яхте покатать… Грубо и тупо.

– Да, кстати, я слышал, твой Костя сто тысяч за дом внес.

– Да, внес, – заметно напряглась Вероника.

– На восемьдесят тысяч сроки платежей насчитали. Рассрочка беспроцентная.