Одиссей против хорьков. Веселое введение в финансовые рынки - Георг фон Вальвиц

Ост-Индскую компанию ждет неоспоримый успех, и благодаря ей Амстердамская биржа остается финансовым центром Европы вплоть до середины XVIII века. Обосновавшись в Джакарте, именуемой голландцами Батавией, им постепенно удается контролировать все большую и большую долю азиатской торговли. В 1641 году они покоряют португальскую Малакку, обретая благодаря господству в Малаккском проливе контроль над западным побережьем Малайзии. В 1667 году последняя значимая португальская фактория переходит к Ост-Индской компании, в руках которой таким образом фактически оказывается сосредоточена вся торговля между Европой и Азией. Добавляются к этому и усиливающиеся позиции на внутриазиатском рынке. Среди всех зарубежных предприятий именно ее сегун наделяет эксклюзивными полномочиями вести торговлю с Японией.

Финансовые возможности Голландской Ост-Индской компании многократно превосходят все то, что представлялось возможным до ее основания. Английская Ост-Индская компания, основанная приблизительно в то же время в Лондоне, давно уже не может конкурировать с голландцами за отсутствием финансового стержня. За две сотни лет в арсенале у голландцев набралось около 4,7 тысячи судов, перевозивших приблизительно миллион человек. Акционерное общество оказалось именно той формой экономической организации, которая заложила основы для легендарного подъема Нидерландов в их золотой век. Благодаря не самой выдающейся идее не самой выдающейся нации где-то между Зюдерзее и Зеландией удалось обрести статус великой державы. Нидерландским кораблям покорилась большая часть Мирового океана. К 1670 году государственный флот насчитывал более 15 тысяч кораблей, что в пять раз превышало число судов, ходивших под британским флагом. За счет торговых факторий, разросшихся до городов такого масштаба, как Нью-Йорк или Джакарта, власть купцов простирается далеко вглубь страны.

Причины упадка Ост-Индской компании, как и причины ее расцвета, были и военной, и экономической природы. Англичане обретают все больший контроль над Ла-Маншем, а следовательно, и над важнейшим морским путем, по которому голландцы осуществляют торговлю с Азией. Во время Четвертой англо-голландской войны (1780–1784) товарообмен с Нидерландами сходит на нет, торговые дома приходят в запустение, аукционов более не проводится. Вдобавок к этому финансовые основы компании далеко не так прочны, как хотелось бы. С течением лет проблема коррупции усилилась. Губернаторы далеких заморских владений часто оказывались авантюристами, целенаправленно выстраивавшими хозяйство так, чтобы прибыль стекалась к ним в карман, и заботившимися о благосостоянии акционеров лишь постольку-поскольку. От этой проблемы акционерные общества не избавились до сих пор – она пережила саму Ост-Индскую компанию, расформированную в 1798 году и перешедшую в собственность государства.

Но источник дальнейшего процветания акционерного общества на том не иссяк. Более того, довольно скоро он не просто заструился ручьем, а хлынул бурным потоком. Экономическая смекалка голландцев не ограничивалась торговлей с дальним зарубежьем. В 1605 году Гуго Гроций в своем трактате в защиту Голландской Ост-Индской компании заявляет о «свободном море», делая таким образом важнейший шаг к заложению основ международного права. В 1609 году учреждается Амстердамский банк, обеспечивавший своим клиентам перевод денег со счета на счет и изобретший таким образом обращение безналичных средств. Амстердамский банк считается первым центральным банком в истории. Два года спустя появляется Амстердамская товарная биржа, на которой с 1612 года начинается торговля ценными бумагами. Изобретение акционерного общества сродни Большому взрыву, в результате которого последующие новшества возникают словно сами по себе. Стоило узлу развязаться, как рост и расширение финансовых институтов обрели невероятную скорость. Голландцы создают систему эффективного зарабатывания денег. Кальвинизм диктует им, что богатство – пусть внешний, но зато достоверный признак Божьего благословения. Осознание этого подстегивает. В системе этой, по крайней мере на начальной стадии ее развития, как никогда ранее доминирует рациональный ум торговца.

К предпосылкам наступления золотого века Нидерландов можно отнести не только финансовую изобретательность их жителей. Не менее важную роль играют набожность, прилежание, смелость, умение разбираться в искусстве, наличие чернил и склонность к пиратству. Гениальность Рембрандта и Вермеера никак не обусловлена деятельностью Ост-Индской компании, но то богатство и та открытость, которые стали достоянием голландской культуры в ходе развития торговли, являются одними из наиболее существенных условий, благодаря которым их творческие способности могли получить развитие. Все взаимосвязано. Ни одна культура не переживала творческого подъема, не имея для того экономического основания. Вовсе не случайно, что в Нидерландах революция в духовной и художественной сферах шла рука об руку с финансовой. Страна, привлекавшая Декарта и Спинозу, способна употребить свои выдающиеся качества на то, чтобы спекулировать тюльпанами, практически потеряв на этом всю прибыль, накопленную за бесчисленное множество путешествий в Азию. Не только голь на выдумки хитра, но и богатство, и свобода. Финансисты и художники не завязаны друг на друга, но их процветанию способствуют одни и те же условия, и в большинстве случаев обе эти стороны проявляют живой интерес друг к другу, пусть даже движут ими совершенно разные мотивы.

Пример Голландии в какой-то мере способен ввести в заблуждение. Редко когда рациональное экономическое мышление в состоянии развиваться с той легкостью, с которой оно прогрессировало в среде амстердамских купцов XVII века. Экономическая система, политический строй и религия нацелены на преумножение личного благосостояния граждан. Царит почти что идеальный климат экономической эффективности и открытости. Но идеальные условия – исключение из правил, и они не могут длиться вечно, поскольку человек не идеален. В долгосрочной перспективе ему не свойственна хладнокровная расчетливость, делающая его самого предсказуемым. Поэтому финансовые инновации лишь в исключительных случаях находят дорогу в жизнь гладко и без усилий, как это произошло в Нидерландах в начале XVII столетия. Как правило, в месте зарождения финансовой идеи питающая ее почва довольно долго представляет собой болото, прежде чем может сформироваться русло реки. И если время не в состоянии ее воспринять, мысль, словно ручеек, может снова уйти в землю, из которой появилась.

Возникновение финансовых рынков в свойственной Новому времени форме сопряжено с огромным количеством неудач. Связано это с тем, что игроки на этих рынках – будь то финансисты, инвесторы, спекулянты – не соответствуют тому идеалу мудрого, терпеливого, хитроумного, сметливого и расчетливого человека, без которого рациональное экономическое мышление не может получить развития. Любой предприниматель к нему стремится, но ни один всерьез не рассчитывает его достичь.

В качестве мифологической основы зарождения эпохи современных рынков, скорее всего, подойдет попытка Джона Ло санировать государственную казну Франции. Деятельность Ло может служить примером как проблесков, так и помрачений обладающего экономическим мышлением разума, примером того, как источник хороших идей, едва зародившись, тут же вновь иссякает, поскольку порожден он был безрассудным человеком, а вовсе не набожным и рассудительным купцом.

Джон Ло родился в 1671 году в Эдинбурге, в семье шотландского ювелира и банкира. Он достаточно рано отправляется в Лондон, чтобы обучиться ремеслу отца, но большую часть времени проводит там за игрой. При этом он теряет много денег, но учится грамотно обходиться с вероятностями. Уже в 1694 году Ло вынужден прервать обучение: на дуэли он вогнал противнику меч в живот и был приговорен к смерти за убийство. Однако при содействии влиятельных партнеров по игре ему удается бежать из тюрьмы еще до того, как приговор вступит в силу.

Он отправляется в Амстердам, который в то время по-прежнему считался пупом земли. Там ему становятся очевидны не только достоинства недавно изобретенных безналичных средств, но и недостатки звонкой монеты. Для поддержания запасов торговцам необходимы деньги. Если в обороте только монета, количество средств ограничено имеющейся в распоряжении массой золота и серебра. Торговлю можно вести лишь до тех пор, пока не иссякнут драгоценные металлы, облеченные в форму монет. При благоприятных условиях это становится ощутимым препятствием для любой экономической активности. Хорошо дела идут лишь у заимодавцев, которые обретают основания требовать высокий процент.

Ло понимает, что торговля могла бы идти намного оживленнее, если бы объем денежных средств был выше. И он выдвигает торговцам гениальное предложение: он откроет банк, выпускающий не подлежащие выкупу ноты, стоимость которых будет обеспечиваться не только драгоценными металлами, но и землей. Так и появляются бумажные деньги – банкноты.