Демон внутри - Виталий Зелинский

Это был веселый лысоватый мужик чуть старше меня.

— Лёха.

— Сергей. — Я неловко пожал левой рукой его протянутую ладонь.

— С кем подрался?

— Печь на заводе взорвалась.

— М-да — хмыкнул он, окинув взглядом мои покрытые металлом ноги. — Я такое на войне видел, в госпитале.

Я кивнул и прикрыл глаза. Новый сосед долго ходил по палате и возбужденно жестикулируя рассказывал, что в правой половине черепушки у него ещё с Чечни стоит стальная пластина. А сегодня он уже левую половину головы разбил. В этом месте он заразительно смеялся и продолжал свой рассказ о том, как праздновал день рождения, как гулял с друзьями, и как случайно упал с моста головой вниз. Снотворное никак не действовало, приходилось его слушать.

Когда заходила медсестра, он требовал вернуть одежду и собирался покинуть заведение.

— Нельзя просто так уйти, — отвечала пожилая медсестра. — Вас охрана не выпустит.

На это он смеялся и объяснял, что за ним сейчас придут ребята, которых никакая охрана не удержит. Так больной, которого я про себя окрестил ветераном, ещё долго шумел, потом все-таки устал и тоже лёг спать. Стало тихо и темно.

Тут я почувствовал давление на ноги и посмотрел. В воздухе висело что-то белое. Протер глаза здоровой рукой. Белый предмет превратился в маску. Появились контуры фигуры, которая была темнее всего, что можно было видеть ночью, и эта тьма смотрела на меня. Я узнал существо из сна. Узнал белое лицо без чувств и эмоций. Мои глаза расширились. Ночной гость наклонился. Волна страха обдала с головы до ног. Дернулся, выскользнул из-под него и отскочил в сторону. «Чего только со страху не сделаешь», — подумал я, поворачиваясь и удивляясь своему исцелению.

Но, посмотрев на кровать, удивился ещё больше. «Я что, внезапно умер?». Моё тело продолжало лежать, как и положено тому, у кого сломаны ноги. Жуткое создание склонилось над ним и медленно приближалось. Второй я неотрывно смотрел в его черные глаза и орал. Этот крик нарастал, как будто увеличивали громкость, и продолжался даже после того, как белая маска коснулась и погрузилась в его лицо. Они растворились друг в друге.

Перед глазами потемнело. Поморгал, увидел потолок. Я лежал на месте. Темной сущности не было, но крик продолжался.

Мой новый сосед орал во сне, перемешивая крики с неразборчивыми ругательствами. Я слышал о том, что у людей, переживших войну, иногда развивается посттравматический синдром. Всякие флешбэки, агрессия, ночные кошмары. Сосед покричал еще немного, потом тяжело и громко задышал, резко поднялся и сел.

— Кошмар приснился? — Спросил я из вежливости. Ответ был и так ясен.

Он молча посмотрел в мою сторону, как будто пытался разглядеть в темноте.

— Ага… кошмар, — ответил ветеран. Медленно отодвинулся от меня и влез на кровать с ногами. Не глядя нащупал на стене кабель-канал и начал его царапать.

«Немного странный», — подумал я равнодушно.

Сосед по имени Лёха всё сильнее карябал пластиковую крышку. Наконец ему удалось поддеть её и оторвать. Крышка упала. Он вскочил на кровать, начал судорожно дергать за провода. При этом продолжал смотреть в мою сторону.

«Совсем долбанутый», — решил я и нажал кнопку на стене. Послышался отдаленный звонок.

Распоясавшись, Лёха рвал проводку обеими руками. Я давил на кнопку вызова, но она уже не работала. Каким-то образом ему удалось разорвать самый толстый кабель. Он потянул за один конец, вытянул другой. Замер, растопырив руки и сжимая обрывки проводки.

— Аккуратней. Током ударит.

Моё предупреждение вывело его из ступора. Он спрыгнул на пол, выдергивая оба провода ещё больше. Быстро сунул один из них мне под матрац и ткнул вторым в ножку кровати.

Громкий хлопок и вспышка. Кабель прилип к металлу. Меня тут же что-то дернуло и потянуло за ногу. Мышцы окаменели, сердце застучало как барабан, а тело перестало слушаться. Я дрожал и скрипел зубами. Каждая клетка наполнялась яростью. Сознание таяло, но боролось за возвращение к реальности.

Оторвав, наконец, ступню от спинки кровати, я мешком свалился на пол. Лёха-сосед стоял и глупо хихикал.

«Вот тварь», — подумал я и пополз к нему, загребая одной рукой. Ноги дергались вправо и влево, царапая металлом кафельный пол. Соперник пятился.

«Это тоже сон или нет?» — Спрашивал я, подтягивая себя и улыбался в ответ. Возможно, улыбался не я, или вопрос был не мой. Не было времени в этом разобраться. Что-то врезалось в лицо. Меня тряхнуло и слегка повернуло в сторону. Я быстро выровнял курс и продолжил ползти в его сторону. Он отвел ногу и пнул ещё раз. Здоровая рука сцапала его лодыжку и одним движением подтянула к себе. Через мгновение я был уже на нём. В комнату забежала девушка в белом халате. Она начала громко вопить и стучать по мне кулачками. Не отвлекаясь, я ритмично вбивал гипс в его лицо, другой рукой фиксировал за шею.

Девушка пыталась оттащить меня за руку, за уши, за волосы. Потом схватила с пола электрический кабель, набросила мне на шею, запрыгнула на спину и как наездница начала дёргать за провод и бить меня пятками по бокам.

Послышался треск. Её ноги сдавили меня с невероятной силой, потом расслабились. Она соскользнула набок и упала на пол. Запахло дымом.

Я посмотрел в темное месиво на лице ветерана. Потом на бледное красивое лицо молодой женщины. Полуприкрытые глаза, заостренный маленький нос. Она выглядела безмятежной, но была мертва. Откуда-то я это знал и был этим доволен.

Проснулся в ужасе. Пугали не трупы во сне, а мои чувства. Я убивал с несвойственным мне восторгом. И мысли там были будто чужие.

Сосед с утра вёл себя тихо. Был замкнутым и каким-то испуганным. Полная противоположность тому, что было вчера. Робко попросился на выписку. Ему ответили, что это решает зав отделением.

Мы молча позавтракали. Я ел манную кашу, которая стояла у меня на животе. Бдительно следил за поведением ветерана и с подозрением поглядывал на входящих медсестер. Из-за того, что мой кошмар продолжился после пробуждения и при этом был так реален, я на время перестал доверять своим ощущениям. Поэтому, когда в палату ввалилась толпа врачей, сжал ложку и приготовился защищаться.

Это был обычный обход, за одним исключением. Обход возглавлял молодой хирург по фамилии Фикс. Он заменял заведующего, который внезапно заболел. Я был рад этой замене. Новый доктор был более тактичным. По крайней мере, не орал на пациентов. И на