Демон внутри - Виталий Зелинский

Двое подошли. Кровать дернулась, поехала. Меня вывезли из комнаты и покатили по коридору. Снизу всё тряслось и постукивало, будто ехал на поезде. Сверху пролетали длинные люминесцентные лампы. Слева проносились окна и знакомые очертания зданий родного города.

— Мы в Елигорске? — спросил я удивленно.

— Конечно, — ответил один из них и добавил, — перевозим в обычную палату. Теперь к вам могут приходить посетители.

— Значит, можно не готовиться к побегу, — сказал я растерянно.

Санитары синхронно взглянули на меня, но промолчали.

Тревога отступала. Можно успокоиться. Но я уже был в странном состоянии расслабленности и умиротворения. Кровать пару раз стукалась о дверные косяки. Я покачивался и продолжал улыбаться. Так здорово быть в безопасности.

Несколько человек взялись за меня с разных сторон и рывком переместили на другую кровать. В этот момент я заметил у себя на ногах большое количество стальных шипов и блестящие кольца. Потом обнаружил что правая рука в гипсе, голова забинтована, а под ключицей что-то торчит.

Пухлая женщина в медицинском халате показала на кнопку вызова на стене, пообещала скорый приход доктора и удалилась.

Глава 2

— Приветствую.

Я только сейчас заметил лежащего в другом конце комнаты старичка. Он был худощав и такого размера, как будто кровать ему велика.

— Здравствуйте.

— Как зовут? — Начал сосед.

— Сергей.

— А меня Михаил, — и добавил, — Федорович.

Я кивнул.

— Что у тебя? — Спросил Михаил Федорович.

— Ноги вроде и еще что-то. Я только очнулся недавно.

— Как получилось?

— Не знаю. Не помню вообще.

Старик хмыкнул.

— Понятно. А у меня тоже нога. На автобус торопился, поскользнулся и бедро сломал. Пробежаться решил. На работу опаздывал. Хрясь, и встать не могу. Да ещё телефон дома забыл.

Я покивал и цокнул языком, выражая участие. Сосед продолжал расписывать злоключения, которые привели его сюда. Потом начал рассказывать о своей работе, где продолжает трудиться инженером, несмотря на глубокий пенсионный возраст. Потому что он хороший специалист и заменить его не кем. Оказалось, они работают на одном заводе, только в разных цехах.

Он продолжал что-то говорить, я молча смотрел в потолок. Чувствовал себя очень уставшим, будто и впрямь несколько часов ползал по лесу. Что-то отвечать и даже слушать было тяжело.

Вошла полноватая пожилая женщина и в палате стало теплее. Это была моя мать. Она суетливо прикрыла за собой дверь, быстро подошла и присела на стул.

— Привет сынок.

— Привет.

— Как ты себя чувствуешь? — мама накрыла мою ладонь своей. Её тёплая рука подрагивала.

Я улыбнулся. — Хорошо. Ты как?

Она отмахнулась, потерла глаз и посмотрела на объемный пакет, который продолжала держать.

— Я тут принесла поесть… ещё одежду — поставила пакет и принялась вынимать из него баночки, бутылочки, контейнеры с продуктами, салфетки и прочие свертки. Прикроватная тумбочка быстро заполнялась.

Я отказался есть при ней, но обещал заняться этим чуть позже.

— Мам, а что со мной случилось?

Она перестала хлопотать с продуктами, вздохнула. Открыла рот и не смогла сразу ответить. Её глаза заблестели, лицо как-то осунулось.

Только сейчас я заметил, как она постарела. Усталый взгляд, глубокие морщины. Волосы с проседью собраны в пучок. Некоторые выбивались, создавая еле заметный ореол вокруг головы. Её беспокойство начало передаваться мне.

— Авария? — Подсказал я. Кивок в ответ.

— А что с машиной?

— Авария на заводе. Печь взорвалась.

— Машина в порядке? — Уточнил я на всякий случай.

— В порядке. Около дома стоит.

Я немного расслабился, но продолжал допытываться о том, как это произошло и когда. Она не могла рассказать подробности, только то, что поняла из объяснений от моих коллег.

— Ты совсем ничего не помнишь? — Спросила мама, пронизывая меня своим сочувствием.

— Нет. Помню только день до взрыва. Как ездил на рыбалку, как завез тебе рыбы для Маркиза.

Её глаза округлились.

— Когда ты ездил на рыбалку?

— Ну недавно же вроде.

— Сережа сейчас восьмое ноября.

Быстренько переварил новую информацию. Получалось, что рыбачил я три месяца назад. Возникло странное ощущение, будто у меня украли часть жизни. Мы поговорили еще с час. Узнал, что первого ноября я геройски пострадал на работе и чудом выжил, что семь дней провел в коме и все семь дней мать плакала и пила таблетки.

Уходя, мама вспомнила, что купила мне новый телефон. Старый, с кучей контактов, смартфон не выжил после аварии. Я воспринял это как потерю ещё одного кусочка своей жизни.

Последнее, что помнил — это долгий многодневный сон про садистов, бетонную комнату и таинственного гостя. Ещё я помнил, что работать на заводе мне было не в радость. Грязно, тяжело и безнадежно. Полное несоответствие моим мечтам. Я даже хотел уволиться. Конечно, я не собирался уходить с работы таким громким и опасным для жизни способом. Но всё равно умудрялся найти в этом происшествии что-то положительное.

Меня посетил молодой доктор с короткой и запоминающейся фамилией Фикс. Он представился как мой лечащий врач. Осмотрел мои ноги. Коротко рассказал о текущей ситуации. Я опять услышал о том, что чудом выжил, что много дней провел в искусственной коме. Потерял больше половины своей крови, и мне несколько дней переливали плазму и что-то еще.

Потом пришли друзья с работы. Они тоже принесли еды. Потом долго допытывались, что мне ещё нужно. Я отпирался как мог. Есть совершенно не хотелось, а количество продуктов пугало. Узнал от них немного больше об аварии. В печь засыпался металлолом, который, вероятно, оказался со льдом. Тряхнуло так, что это почувствовали даже в заводоуправлении. Расплавленный метал взлетел до потолка. Железная пластина высотой с человеческий рост пролетела метров двадцать до меня и потом ещё столько же вместе во мной. Хорошо, что я этого не помню.

Первую ночь в травматологии я почти не спал, только лежал и слушал храп соседа. Возможно, слишком много провалялся в реанимации. Или просто не привык спать в одной позе. Из-за сломанной руки и обеих ног я мог лежать только на спине. Повернуться на бок было слишком болезненно, а на живот вообще невозможно. Так вот лежал и ещё не знал, что моя бессонница со мной на долгие годы. Я не думал о будущем, просто ждал, когда закончится эта ночь.

В шесть утра вспыхнул невыносимо яркий свет. Вошла медсестра, быстро сделала укол и молча удалилась, забыв нажать выключатель. Так происходило каждое утро.

В девять приходила санитарка с завтраком. Я выглядывал из-под полотенца,