А ЧЕМ РОССИЯ НЕ НИГЕРИЯ? - И. СМИРНОВ

Действительно, ещё в 1980-х годах практическим использованием энергии Солнца занимались в основном субтропические страны вроде Италии, Израиля и Кипра. Как известно, все эти государства совсем не имеют ископаемого топли­ва, что сильно стимулировало развитие в них солнечной электроэнергетики. В 1990-х годах 90% домов на Кипре и 70% в Израиле имели солнечные установки для нагрева воды. Однако пригодные для Средиземноморья технологии, каза­лось, совсем не годились для наших широт. Но с тех пор положение существен­но изменилось. Теперь уже Бельгия всерьёз занялась солнечной энергией. Роди­на Тиля Уленшпигеля по широте расположена севернее Волгограда. Климат там морской, солнечных дней заведомо меньше, чем в России на той же широте. И если бельгийцы пришли к выводу, что у них солнечная энергетика перспектив­на, то нет никаких оснований сомневаться в её перспективах для юга России (в одних широтах с Бельгией и южнее). Что ещё показательнее, солнечной энерги­ей занялись даже такие страны, как Финляндия и Норвегия. Природные условия для развития солнечной энергетики здесь не лучше, чем в средней полосе России: солнечного сияния мало, преобладает пасмурная и дождливая погода. Но эти го­сударства используют солнечную энергию, и неплохие результаты есть.

А плоская шутка насчёт габаритов «аккумулятора для Москвы» рассчита­на на невежд. Причём невежд, считающих традиционную советскую гиганто­манию нормой для всех стран и времён. Возобновляемые источники энергии как раз предусматривают отказ от создания чудовищных по размерам соору­жений и переход к строительству множества сравнительно малых электрос­танций. Любопытно, что временами г-н Паршев это вроде бы понимает. По крайней мере, он высказывается за широкое строительство малых гидроэ­

лектростанций, что делает ему честь. Но с этой здравой мыслью соседствует нелепость про «аккумулятор для Москвы».

Что касается солнечной энергетики, то, как мы уже отмечали, одно из глав­ных направлений её развития — строительство домов с солнечными коллек­торами для подогрева воды или с солнечными батареями для выработки элект­ричества на крышах. Можно устанавливать коллекторы и батареи и на су­ществующих крышах, но, конечно, они не всегда для этого подходят. В США построено 1,2 млн зданий с солнечным подогревом воды, а в одном лишь То­кио — 1,5 млн. Европейский союз запланировал к 2010 году установить даю­щие электричество батареи на 1 млн новых крыш. Это уже не мелочь, это серьёзный масштаб. Столь быстрый рост применения солнечной энергии обусловлен во многом тем обстоятельством, что она быстро и неуклонно де­шевеет. Пока солнечная энергия ещё дороже энергии, получаемой от сжига­ния ископаемого топлива, но уж никак не в сотни и не в десятки раз.

На юге европейской части России, по всей Южной Сибири, в Приморском крае тоже никто не мешает устанавливать солнечные батареи на крышах. Но у нас это не делается. Правительство не заинтересовано. То есть, собствен­но, не заинтересованы нефтяные и газовые компании плюс Минатом. А пра­вительство всего лишь идёт у них на поводу и ставит их сиюминутные выгоды выше долгосрочных национальных интересов.

О БОРЬБЕ С ВЕТРЯНЫМИ МЕЛЬНИЦАМИ

Как известно, Рыцарь Печального Образа Дон Кихот Ламанческий просла­вился атакой на ветряные мельницы, которые принял за великанов. Проститель­ная ошибка! В Испании времён Сервантеса и его героя ветряные мельницы только начали строить. Это была совершенно новая для страны технология, и провинциальный мелкопоместный дворянин вполне мог ничего о ней не знать.

Г-н Паршев с ветряными мельницами не сражается. Он об использовании энергии ветра просто... молчит. И вот это умолчание куда менее проститель­но, чем заблуждение Дон Кихота. Ну, никак нельзя поверить, чтобы автор книги «Почему Россия не Америка» совсем ничего не слышал о ветроэнерге­тике. В отличие от солнечной электроэнергетики она-то уж вполне рентабель­на и, по некоторым оценкам, даёт более дешёвое электричество, чем уголь­ные, газовые или атомные электростанции.

От ветряных мельниц времён Сервантеса современные ветроустановки от­личаются тем, что дают энергию не только тогда, когда дует ветер. Когда тур­бина вырабатывает избыточную энергию, её аккумулируют либо батареи, ли­бо компрессор и труба, в которой накапливается сжатый воздух. Коэффици­ент использования энергии ветра у современных агрегатов составляет от 0,35

до 0,50 по сравнению с 0,14 у старинных ветряных мельниц1. При этом энер­гию ветра можно сочетать с другими источниками энергии. Для условий рос­сийского Крайнего Севера очень перспективно сочетание ветроустановок с дизель-генераторами. Когда дует ветер, энергию вырабатывает «ветряк», и аккумуляторные батареи непрерывно подзаряжаются, а дизель выключен. В периоды затишья, когда заряд аккумуляторных батарей падает ниже опреде­лённого уровня, автоматически или вручную запускается дизель. Такие уста­новки уже работают в Мурманской и Архангельской областях. Частичная за­висимость от ископаемого топлива при этом сохраняется. Но его экономия достигает 50-60%, поскольку именно такую долю энергии даёт ветроустанов-ка. Подсчитано, что на огромных просторах российского Крайнего Севера расположено 17 тысяч малых населённых пунктов, для энергоснабжения ко­торых целесообразно использовать ветер. К сожалению, реально работающих ветроэнергетических станций очень мало.

Потенциал ветроэнергетики в мире огромен. Причём, по оценкам специа­листов, Россия вместе с Канадой и Китаем входит в тройку стран с самыми большими возможностями использования энергии ветра. Подсчитано, что вет­роэнергетический потенциал России составляет 7,5% от её современного го­дового энергопотребления[13].

Конечно, рентабельное использование энергии ветра при современных технологиях возможно не на всей территории нашей страны, а лишь там, где средняя сила ветра превышает 4 м/с. Но таких мест в России не столь уж ма­ло. Из 89 российских регионов благоприятные природные условия для разви­тия ветроэнергетики имеются в 26. Причём сюда входит весь Крайний Север и всё побережье Дальнего Востока, а также Калининградская область, Крас­нодарский край, Ростовская, Волгоградская и Астраханская области, Калмы­кия, Дагестан и степной юг Западной Сибири.

Беда в том, что эти возможности в современной России почти никак не ис­пользуются. Причины всё те же: могущество нефтяных, газовых и атомных лоббистов и принципиальное нежелание правительства думать о долгосроч­ных интересах страны. Но пример соседней Украины доказывает, что даже при весьма коррумпированном правительстве развитие ветроэнергетики воз­можно, когда страна бедна ископаемым топливом. В 1997 году украинское правительство поставило задачу увеличить к 2010 году долю ветра в производ­стве электроэнергии в стране до 5%. Эта цель вполне достижима, поскольку ветроустановки рентабельны. На лучших украинских ветроэлектростанциях стоимость электричества в 1997 году составляла всего 2,3 цента за киловатт-час, а в среднем по Украине — 2,8 цента за киловатт-час.