Акт воплощения - Ольга Голихина

Акт воплощения

Ольга Голихина

© Ольга Голихина, 2017

ISBN 978-5-4485-4083-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Единица

Единица была стройна —Что ей жилы.Единица встаёт с пескаИ ложится в глину.Никому не угроза, ветерЕё омоет,Потому она так гладкаИ степенна в горе.Кто б надумал обидеть – вечностьБыла бы жертвой,Не прельщается сердце верноНа эту бедность.Тонким прутиком хлещетКозу по заду,И никто не приветит,Не тронет взглядом.В запылённых белыхСвоих обносках,С ремешком, приделаннымК злым подошвам,Доходила до краяИ там игралаВ никуда, в заливеТа песнь пропала.Изучила все камниНа вкус и совесть,Да никто не докажетБыла ли повесть.Из песка ли возникла,Ушла ли в глину,Единицей былаИли просто кинулЕё ветер заморский,Отняв от стада —Не особо желательнаЭта правда —Да к тому же разбиласьОна бы люто,Если б ветер закинулЕё так круто.Единица считала,Что можно проще:Единица была быТобой, коль хочешь.Так разодрана ветромСтоишь на суше —Беззаботная прель,Коей чужда убыль.

«Это всё не я. Узнают ли…»

Это всё не я. Узнают лиТе, кто пострадал? Не найден след.Я бы не смогла украсть, убить,Я бы не смогла сказать зачем.

Тот, кто это сделал так хорош.Слишком уж хорош для нас таких:Лижущих кровавое пятно,Рвущих заусенцы на больших.

В чём же здесь идея и зачемИменно меня? Вот я лежуС костью перебитой на траве,Чей-то принимая самосуд.

Лёгкая рука меня корит,Прочь её гоню – за что? за что!«Если – говорит – всё то не ты,Что же ты такое и на что?»

Волне

Рука не вскинется в погонеЗа вздохом – просто забери.И не верни, и не напомни —Нахлынь и сгинь.

«Вырасти выше и стань сильней…»

Вырасти выше и стань сильней,Даже не видь, не признай, забудь.Этих людей, вот как я людей,Надо просто пройти как путь.

Где они, как они – не слыхать,Да никого не спроси о том,Этих людей, понимаешь, зряВремя сталкивает с тобой.

Вот бы узнать и прогнать – иди!Не дожидаться: уйдёт само,Но от бессилья тоски, увы,Хочется этого и – всего.

Большего, большего, взять и дать,Врезаться в память, забиться в грудь —Если случится – твоя вина,Если осилишь – в путь.

Этих людей, как тебя людей,Не закалят ни беда, ни боль.Этих людей, я надеюсь, зряВремя сталкивает со мной.

«Там, где когда-то светилось робко…»

Там, где когда-то светилось робко,Ярче не станет впредь,Молитва плюнута скороговоркой,И съеден поспешно хлеб.

Ах, есть высота и низины в миреТакие, что страх смотреть,И крепко вцепившись в гнилые перила,Я всё же сползаю в тлен.

Зачем же бороться? Не все умеют.А я воздержусь не зря:Борьба порождает противность действа,Начало творит финал.

Вот видишь – не случай, а трезвость – силаЛишает значений мер,Отбыть своё счастье в течение суток,Годами отвидеть во сне.

Пропеть наперёд свои песни и снегомОбъесться вперёд на пять зим,Как будто отнимут, как будто на светеТы всем обделён и забыт.

«Детское лицо не смотрит мило…»

Детское лицо не смотрит мило,Детское лицо немножко старо,Может быть, измаялось капризом,Может, потакать ему устало.

В руки, по ладони на две грани,Взгляд сбегает вверх, белок заметен,Мы с тобою так и не сыгралиВ спички, в огонёчки злые эти.

Нечего прощать мне, им простишь жеДаже то, что так не баловали,Даже то, как ленточки тащилиС головы твоей себе на память,

Будто как изменится в условьяхЭта юность и умрёт седая.Детское лицо всегда бесспорноСтарится под натиском страданья.

Вот уже морщины без улыбки,Голова обритая упалаНа ладони – умерло от пытокСердце, что так часто замирало.

Пасьянс

Открой, это я, открой.Не ясно жива ль, мертва.Промокла, простыла, лёнЗапутался сединойВ моих волосах, когдаСквозь поле и города,Спасая от дальних гроз,Сюда загоняла кровь.

Открой, это я, открой.Не ясно жива ль, мертва.Узнаешь меня живой,И мёртвой узнай тогда.Здесь только различье в тон,Сокрытое темнотой,Одно б доказало: я —Совсем, безнадёжно та.

Открой, это я, открой.Вернулась, пришла сама.Какой не сочтёшь – сочтёшьЧто всё нужна, нужна.Вот тёмный проход в щели,Открылась пугливо дверь.Мой призрак вошёл, ты спи,Я просто зажгу каминИ буду такой как все —Рукой на пустом столеРаскладывать свой пасьянс,Не думая, битый час.

«Когда у тебя нет тела…»

Когда у тебя нет тела,Ты слишком наивен, прост,И всякое будет делоНе сделано в крайний срок.

Тебе не понять броженийЗемельных, орбитных; сутьВращений и превращений,Смущений, привычных мук.

Другое, конечно, дело:Не мыться, не спать, не есть,Не мучить живое тело,Не множить нелепость жертв.

Как смуглого в пепел ухаЦыганского короляСерьга пропускает муху,Так явь протолкнёт тебя

На ту сторону калитки,И даже не лает пёс —Привычен не от привычки,Неважен, не слажен в плоть.

Тебе не понять, как стыдно,Счастливчик, тебе не знать,Что дверь-то была открыта,Где ты проходил сквозь сталь.

Придумок среди, теорийПро призраков и химерСложились свои законы:Ты нечисть, ты чей-то грех.

Когда у тебя нет тела,Ты так очевидно мёртв.Когда у тебя есть тело,Не всякое будет делоДоделано в крайний срок.

«Как это больно…»

Как это больноТебя не знать.И не терять, не помнить, не баловать.А я могла бы – точно —На этом всёмРасти и веритьВ добро и зло.

Случайно ль не былТот день с грозойУпрёком, нужнымДля синяков?Мне это солнце противно —ТакЯ выживаю в своих мечтах.

Всего осталосьМинуты две.Я хмуро глажу по головеСебя. Родная,Прости, прости!И две проходят – [как-то] —Заполнив три.

Я попросила только,И мне дано.Оно настолько, боже,Конкретно то,Что эти силыВ руках, в ногах,В спине и в жилах,В глазах, в зубах,Дождавшись мига,Взорвав живот,Меня убили,И стали злом.

А эта мука,А эта больНа деле былиПростым добром.

Агония

Вовремя ты качаешься,Скоро опять покой.Время не раскрываетсяБудущей полнотой.

Нет степеней развития,Меток, открыток странС этим загаром письменнымВ русских, седых словах.

День – это просто вымысел.Может, я так хочу.Пусть – никому тем вымысломЯ же не наврежу.

Чтоб не заметить: большегоНет ничего, совсем,Зрение укорочено,Чувству пристал предел,

А амплитуда режется.Ты не упала там,Где ничего не крепится,Где ни к чему стоять.

«Всюду поют, поют…»

Всюду поют, поют,Гласен испуг до ночи,Не о любви поютЖаждущие пророчеств.

Зубы о камень – прочь,Не разобрать и слова.Пьяная в дрязг поётСчастья слепая зона.

На нос плотней очки,Спичкою о подошву —Как загорелись вмигБеленькие платочки,

Марлевая трухаОкон, забитых пухомРаннего тополя,В зареве близоруком.

Вижимет чернотойНовых певцов из створок,Чёрная пыль тесьмойКрасным белкам безмолвным.

Солнца вокруг венец,Потом течёт нетрезвый,Сольным ролям конец,Дальше припевы смерти.

«За бессилье – спасибо – и в пол поклон…»

За бессилье – спасибо – и в пол поклон,Ведь от силы невыносимей согнуться в ком,А мне просто – совпала моя судьбаС колеёй, расхлябанной от дождя.

За глаза некрасивые любят зло.От души, что насилована тепломНеположенным ей, ожидать нельзя,Что она разумеет согреть сама.

«За что наши руки в порезах, за что…»