По дороге вдоль небес - Роман Владимирович Торощин

Роман Торощин

По дороге вдоль небес

СКАЗОЧНОЕ УТРО

Утром всегда есть что-то сказочное. Солнце трепетало на стенах детской спальни. За окном грохотали цикады, заглушая переливы моря.

Тони проснулся сегодня рано, часов в семь. Он тихонько встал, чтобы не разбудить младшего брата, на цыпочках прошел мимо родительской спальни и спустился в гостиную на первый этаж.

Наскоро умывшись, Энтони прошлёпал из ванны по прохладной плитке к холодильнику, где его терпеливо ожидала миска с порезанными кусочками арбуза, ждала и плакала, и прозрачные холодные слезы стекали по ее стеклянному перевернутому куполу.

Жаркое южное утро всегда начинается с особого состояния – толи голод, толи жажда. И нет ничего изящнее, чем утолить эту тлеющую истому кусочком арбуза. Слегка аж внутренне поскуливая от желания, кладешь красный пористый треугольник с сахарным блеском целиком в рот, и языком прижимаешь к небу. Арбуз как будто лопается, переходя из плотного в жидкое. Наверное, Создатель придумал это наслаждение на 8 день, после воскресной вечеринки.

По-утреннему сосредоточено, глядя как будто сквозь пространство и время, Тони поглощал чудо-ягоду. Наверху послышался легкий скрип. Кто-то пробирался тайком. «Папа», – безошибочно вычислил сын. «Ну, а кто ж? Мики бы топал пятками, мама так рано не встает, значит, папа».

И действительно, через пару мгновений на лестнице показался глава семейства. Он подошел к сыну, поцеловал в макушку, прошептав «с добрым утром», отправился в душ и вскоре присоединился к утренней трапезе.

Энтони шел двенадцатый год, у него был младший брат Майкл 6 лет от роду, папа Нико и мама Хелга. Они каждое лето приезжали в эту греческую деревушку и проводили отпуск в уже ставшим почти родным небольшом домике в одном полете стрелы от линии прибоя.

Тони не был избалован морскими каникулами, но и нельзя сказать, что море для него было в новинку. К своим 11-ти годам это было уже 5 лето, проведенное под шум волн и запах солнца. Но это лето было особенное. Он ещё не понимал, почему. Но уже чувствовал.

А утро тем временем настойчиво разогревалось. Солнце лениво ползло по голубому склону неба к вершине, и воздух наполнялся каким-то сухим потрескивание, но прибрежные горы спасали от духоты, вплетая в морской бриз невидимые кристаллы прохлады с вершин.

Оставив записку печатными буквами, что бы младший мог самостоятельно прочитать, отец с сыном пошли в местный супермаркет пополнить запасы провизии. Это пятиминутное путешествие тоже было ежедневно необычным. Никто из их семьи не знал греческий язык, и поэтому покупка, к примеру, дрожжей, превращалась в аркаду.

Вопрос трапезы – это серьезный вопрос. На летучем мужском совещании было принято решение на ужин приготовить пасту с тунцом и каперсами. Просто, словосочетание понравилось. И вот, накупив необходимых ингредиентов, не забыв про сладости, добытчики направились к дому.

РАЗГОВОР

Небольшая серая ящерица взобралась на придорожный камень, чтобы внимательнее послушать разговор проходящих мимо отца и сына.

– … а когда ты решил стать волшебником? – продолжал свой опрос Энтони.

– Давно, лет в 16, наверное, – ответил отец.

– И всё же, где ты учишься своему волшебству?

– Мы же договорились – я тебе этого не могу сказать.

– А когда у тебя уже учеба закончится?

– Многие всю жизнь учатся, но так ничего у них и не получается.

– Ну, покажи какой-нибудь фокус.

– Я же не на фокусника учусь, а на волшебника.

– Ну, тогда наколдуй.

– Нельзя мне пока ещё показывать на людях свои умения, да и умею я ещё очень мало.

– Ну, что вот ты умеешь? Чему вас там учат?

– Ладно, хорошо, чуть-чуть я тебе расскажу. Волшебство – это не так сложно вообще-то. Волшебство – это не способ что-то изменять насильно, это в первую очередь умение почувствовать, как мир течет, и нежно направить его течение в нужную сторону. Всё в этом мире падает, надо лишь уметь подтолкнуть и проследить, что бы упало в нужном месте… Возьми ключ, открывай дверь, давай по-быстрому разгрузимся и на пляж. А что, они ещё спят?! Вот сони! Мяч будем брать? Напиши, что мы на песке. Ну, всё, пошли…

Ящерица, удовлетворенная подслушанным разговором, юркнула в траву, где притаилась в тени лопуха, замерев в причудливой позе, став завершающим пазлом в мозаике приморской лужайки.

ОТСТУПЛЕНИЕ

Вообще-то всё это путешествие в Грецию было результатом волшебства, событием, которое происходит, несмотря ни на что. Оно было соткано из сотен предпосылок, доля вероятности свершения которых стремилась к нулю.

«Нет ничего невозможного». Многие понимают эту фразу неправильно, ошибочно полагая, что прикладывание максимальных усилий всегда приводит к невероятным результатам – типа, «терпение и труд всё перетрут», «без труда не выловишь рыбку из пруда», «глаза боятся, а руки делают». Но не об этом говорили мудрецы.

Наш мир – это затвердевающий Мираж, замерзающий туман.

Наш мир – это система координат без закономерности и поэтому все, что происходит внутри также лишено смысла и может принимать самые причудливые формы.

Это и есть невозможность – когда что-то, в силу своей пластичности, податливо формуется под наши случайные желания.

Если посмотреть на наш мир чуть-чуть сбоку и сверху, то мы увидим невозможность каждого события. Просто, к чему-то мы привыкли, а что-то ещё не обтерто осознанием.

К примеру, безаварийное движение пятиполосного хайвэя, где десятки тысяч механических устройств, ведомых на огромной скорости импульсивными существами, когда минимальное отхождение от системы ведет к громадным массовым последствиям, все же существует, и является нормой, а простая говорящая ящерица вызывает ужас и недоверие разума. Почему?

МОРЕ

Семейство в полном сборе шло сквозь волшебное утро по дорожке вдоль линии прибоя. Походка была неторопливая, море уже было завоевано, спешить было некуда – можно было расхлябано грабить летние драгоценности. Дойдя до излюбленного места и поздоровавшись с привычными и малочисленными соседями, все двинулись к солено-бирюзовой воде.

Море не было парным, оно контрастировало с воздухом. С отчаянными прыгунами оно справиться не могло, а вот аккуратно входящих придерживало, но и то, скорее из-за желания соответствовать устоявшемуся мнению, что море в июне ещё прохладное.

Вы замечали как-нибудь такой природный феномен – вот стоит человек в воде по колено, весь осторожный, сморщенный и как бы на цыпочках среди осколков. Вдруг что-то в лице меняется, какая-то тень пробегает по нему, и он сам, не веря своей смелости, выкидывая сложенные руки вперед, ныряет. Его нет. Секунда тишины. И вот, натягивая поверхность, выныривает фигура, лицо обращено к небу, волосы откинуты назад. Вода схлынула с тела и перед нами новый человек – он блестит, он силен и молод, улыбка источает что-то победоносное, и в данную секунду это самый человек на земле. Если это мужчина – то женщины, отведите взор, вы не устоите, если это девушка – то солнце привычно меркнет, уступая пьедестал. Что там происходит под водой за это мгновенье? Какая