По дороге вдоль небес - Роман Владимирович Торощин

Не сказать, что его успехи были впечатляющими, но свою лепту в дело пропитания он вносил.

Внутри домика убранство было скудным – четыре лежака. Порою два из них сдвигались, чтобы в холодную ночь все вчетвером могли, пригревшись друг к другу, скоротать темное время суток.

У дальней стены стояла «печка».

Когда нашли глину, то попробовали делать кирпичи. Процесс оказался долгим и не очень удачным, вот всех кирпичей и хватило-то на эту печурку.

Рядом стоял низкий столик, за которым можно было поесть в непогоду, грея руки у огня.

Во всем этом поселении чувствовалась продуманность, но не чувствовалось основательности – Нико так до сих пор и не мог выполнять тяжелую работу, одна рана была глубока и, видимо, серьезна. Его очень тяготила эта недееспособность, но семья ему помогала, равномерно распределив весь фронт работ.

НОВОЕ ДЫХАНИЕ

Однажды вечером, сидя на камне, и наблюдая заходящее солнце, которое каждый раз садилось как будто в далекую весну, Нико вдруг понял, что не рана является причиной того, что странствие к столь великим горизонтам застыло в этой даже Богу неизвестной точке.

В этот миг он честно себе ответил, что он не знает, КУДА продолжать путь.

Есть два простых способа находиться в движении – удаляться от чего-то или стремится к чему-то. Опасность, убегая от которой, они оказались в здешних неведомых местах, миновала, ну или, по крайней мере, перестала себя проявлять. Точка невозврата пройдена. И что теперь?

Очевидный ответ «двигаться дальше», тут же рождает каменный вопрос – «А куда именно? Что значит – дальше?»

Беглец вдруг почувствовал себя, как на пожаре, когда, оторвав одну ногу от пылающей земли, надо сделать шаг к выходу, к воздуху. А кругом дым, ни черта не видать, а огонь ползет, как змея, расширяя свои владения, и с каждой секундой неохваченных стихией клочков земли, куда можно было бы поставить свободную ногу, все меньше. Ещё секунда и пламя поглотит ВСЁ, и нет права на ошибку. Тут-то он понял – бежать к выходу – это не есть движение к цели – это значит продолжать убегать от опасности, ибо, достигнув открытого пространства, ты не победишь огонь, ты лишь выживешь в очередной схватке, точнее, унесешь ноги от очередного набега. А огонь вечен – его не победить.

Так зачем жить на территории врага с вечным ведром песка под подушкой. ПЕРЕСТАНЬ БЕГАТЬ от бед.

Ведь можно просто перейди из песочницы в сад, там не жгут спичек и не ругаются матом, там не играют пивными пробками, с этим противным запахом – смесь алюминия и горечи.

В саду смеются, ажурная тень листвы на светлой рубашке, и птицы поют, как будто звуком дополняют какие-то только им заметные штришки к пейзажу. И аллея, которая ведет к дому. Как сделать такой кульбит?

Видимо, очень просто. Да, не все уроки мы успеем доделать в этом мире. Но лучше разбросать весь свой запас смешинок, чем собрать в пригоршни все черно-красные искры.

Если тебе страшно – бойся, если тебе – весело – смейся. Но будь собой, не старайся быть кем-то другим. Ты всегда будешь САМИМ СОБОЙ. ТЫ НИКОГДА НЕ СТАНЕШЬ КЕМ-ТО ДРУГИМ! Единственное, что тебе под силу, это стать лучше, чем ты есть, стать светлее. Подвиг человека – себя спасти. И пусть другие, видя возможность этого преображения, хотя бы умоют лицо. И тогда Свет солнца сможет отразиться от их чистых ликов и улететь в бесконечность, засияв маленькой звездочкой на далеком небосклоне неизвестной планеты.

Наполненный этим новым пониманием, и наконец-то почувствовав в себе зарождение Иного Смысла, Нико замер на камне, как аккуратно поставленный на неровную поверхность переполненный кувшин. Боль от ран не прошла, физическое состояние не изменилось, но он почувствовал, что это уже не помешает ему в Пути. Тем более, что Путь уже начался. Он чувствовал, как дорога вновь потекла сквозь его сердце.

ГУДСПИД

В эту секунду Нико услышал хруст ветки где-то справа от себя.

– Не бойся, выходи, давай уже познакомимся, – не оборачиваясь, сказал он.

– А я и не боюсь, – ответил Единорог. – Я просто пришёл попить.

– Я не буду тебе мешать, пей.

Из кустов вышел доселе не виданный зверь – он не был высок, как его себе представляют в сказках и приданиях, он был ростом с пони-переростка, но грациозен, с шикарной гривой и белым сияющим рогом во лбу.

Дождавшись, когда Единорог утолит жажду, Нико спросил:

– А почему ты только что сейчас проявился, ведь ты бродишь вокруг нас уже недели две?

– Ну, во-первых, вы забавные, было интересно за вами наблюдать, во-вторых, о чем говорить с людьми, которые сами не знают, чего хотят?

– Как это не знают, чего хотят? МЫ хотим жить!!!! Выжить и жить!

– Сам подумай, разве с такими помыслами приходят в Этот Мир? Выжить и жить – это то, чем люди занимаются за СТЕНОЙ. Здесь эти ценности никакой ценности не имеют, прости уж за каламбур.

– А какова же основная ценность у жителей Этого Мира?

– Творить. Здесь каждый является творцом. Хотя это не совсем точное определение. Это Страна Демиургов, тех, кто сотворяет Миры.

– Как нам их найти?

– Не знаю, – ответил зверь, при этом его рог незаметно как бы моргнул синим, а это указывало на то, что волшебное животное соврало. По крайней мере, так говорилось в древних сказаниях и легендах, хранившихся в библиотеках Магистрата, которые Нико изучал, ведомый неосознанным предчувствием. Там же говорилось, что если поймать Единорога три раза на лжи, то он станет верным спутником, и его можно будет просить об услугах. Но врать время от времени Единорог не перестанет все равно, такова его природа.

– Как тебя зовут? – спросил Нико.

– Видишь ли, в этом Мире человечий язык не в ходу, даже я с тобой общаюсь больше мыслями, чем словами. Звук в Этом мире имеет иной смысл, чем в вашем.

– Но как мне тебя позвать, если ты мне будешь очень нужен?

– Меня не надо звать. Я же не собака. Если тебе понадобится моя помощь, и я посчитаю необходимым проявиться, я это сделаю сам, без твоего зова.

– Я не хотел тебя обидеть, просто в нашем мире, – продолжал Нико, – что бы подчеркнуть уважительность отношения, принято перед началом обращения как-то назвать собеседника.

– Ох уж этот ваш мир…, – никто из Магов Единорога всерьез никогда не воспринимал, и если уж обращались к нему, то не иначе как «Эй, Болтун», и поэтому сказочный зверь начал с удовольствием придумывать себе какое-нибудь Величавое имя, – называй меня… ЭЭЭЭ.

– Позволь мне называть тебя Гудспид. В переводе с одного из языков нашего Мира это означает – «Удачи!», – предложил Нико.

– Подойдёт.

– Гудспид, расскажи мне об этом Вашем мире?

– Я не могу многое рассказать, пока вы не прошли Плато Четырех Огней.

– Что