Игрушка темного принца (СИ) - Княжина Елена

Дикая магия. Игрушка темного принца

Пролог

Букет непривычных запахов пощекотал нос. Пыль, старые книги, сушеные травы, дерево, кожа… На удивление, мне нравилась эта смесь. По-деревенски простая, честная, полностью лишенная пафоса и прикрас. Сперва показалось, что это ароматы запустения и одиночества, но сейчас все виделось в ином свете. Это его место. Оно пропитано духом его увлечений и им самим.

Глаза уперлись в незнакомый, непривычно высокий потолок, и я окончательно проснулась. Я у него дома. В его – о чем свидетельствовали черные простыни – постели. Лежу под его одеялом на его подушке (к слову, единственной). Частично даже одетая, если считать короткую измятую сорочку достойным прикрытием для несовершеннолетней по магическим меркам особы.

Я медленно повернула голову. Нет, мне не приснилось. Андрей лежал рядом, лицом ко мне. Спокойный, расслабленный. Без одеяла, без подушки и, что особенно радовало глаз, без рубашки. Его обнаженная грудь размеренно вздымалась и опускалась, волосы падали на лоб. Захотелось их поправить, откинуть с лица, но я сдержала порыв.

Если он сейчас проснется, я немедленно умру от смущения. Нужно время, чтобы прийти в себя и детально вспомнить, что вчера произошло и как я, тролль меня укуси, оказалась в его холостяцкой берлоге. Как лишилась почти всей своей одежды. И кто в ответе за то, что он лежит передо мной в одних брюках, да еще и с частично расстегнутым ремнем.

Голова гудела, мысли путались. К горлу то и дело подкатывала тошнота. Я догадывалась, что это все побочные эффекты «уплаты магической дани». Последняя попытка вытянуть сияющую материю из пространства меня подкосила. Даже сейчас, спустя целую ночь и лежа в кровати, я норовила отключиться.

Первое воспоминание ворвалось в голову стремительно, чуть не сбив меня локомотивом. Черт! Кажется, рубашку с него стянула я.

Картинка, представшая перед глазами, вышла такой реальной, что я чуть не задохнулась от смущения. Губы пересохли, по телу растекся томительный жар, ставший уже абсолютно привычным за эту ночь.

Вспомнились мои дрожащие пальцы, пытавшиеся сладить с крошечными черными пуговицами. Ничего не получалось. Руки не слушались, путались, заплетались – будто отдельно от тела побывали на пьяной вечеринке и переусердствовали там с коктейлями. Но Андрей не язвил. Не ухмылялся иронично. Мог бы ведь посмеяться, мол, говорил же, что силенок не хватит. И их, после уплаты дани, действительно не хватало. Не то, что оторвать пуговичку для коллекции… даже выудить из петли не выходило! А их было целых пять!

Но он молчал. Не торопил и не помогал. Лишь сопел взволнованно и терпеливо ждал, нависая надо мной. Опирался на вытянутые руки и пронзительно заглядывал в глаза. Отчего пальцы начинали путаться еще сильнее. Вместе с мыслями.

Спустя несколько минут я разобралась с последней и, закусив нижнюю губу, неуверенно потянула черную ткань с твердого плеча. Карпов меня не остановил. Позволил. Весь его спокойный вид намекал на то, что я все делаю правильно. Что имею на это право. Теперь – имею.

Он разбил витрину. Он украл куклу. Присвоил себе меня. Пусть пока что на словах и в мыслях, но… Я чувствовала, что теперь все стало иначе. Что наше владение обоюдное, и он теперь тоже полностью мой. Настолько, насколько мне захочется.

Это ощущение пьянило, затапливало тело эндорфиновой волной. Я захлебывалась, но не могла насытиться мыслью, что теперь принадлежу ему. Совсем. Он этого хочет, он так решил. Давно. Задолго до того, как сказал: «Будь со мной».

Черная ткань соскользнула с его запястья, освободив руку. Рубашка сползла на второе предплечье, обнажая моего мужчину. Я поймала себя на мысли, что ему нравится, что я его раздеваю. Что заявляю свои права. Это мой Демон. Мое чудовище. Не отдам… Никому-никому. Никогда.

Когда с рубашкой было покончено, и она черным комом улетела на дощатый пол, я растерянно улыбнулась. Что у нас дальше по плану? Мягко говоря, я совсем без опыта по этому вопросу.

Карпов мимолетно ухмыльнулся, поймал мою руку и горячо поцеловал центр ладони, запуская фейерверк в моем исстрадавшемся теле… О да. Эта ночь была наполнена муками. Сладкими, пряными, острыми. Теперь я помнила это ясно.

Глава 1. Другая высшая магия

– Полагаю, в сложившихся обстоятельствах мы можем официально перейти на ты, – негромко рассмеялся Карпов, разглядывая растерянное возмущение на моем лице.

Секундой ранее телепортационный вихрь перенес нас на его диван. С высоты полуметра я приземлилась на мягкую кожаную обивку, и почти тут же меня вжало в нее тяжелым демоническим телом. Полагаю, под «сложившимися обстоятельствами» Андрей имел в виду тот щекотливый факт, что теперь я была раскатана в тонкий блин между Карповым и диваном. Его, впрочем, это ничуть не смущало.

– Я уже слишком взрослый мальчик, чтобы заниматься подобными вещами в кабинете госпожи Пламберри, – устало пояснил Демон, с юношеским озорством поглядывая на меня.

В сомнении сдвинув брови – взрослый он, ага! – я приподнялась на локтях, чтобы осмотреться. Исследовательскому интересу отчаянно мешали. Запутавшись мыслями в его жадных поцелуях, я смирилась с неизвестностью. Мы «где-то». Скорее всего, в его заброшенном прохладном доме, устланном пылью и одинокими воспоминаниями.

Халат, заляпанный кровью, исчез с меня почти сразу: Карпов ловко стянул его и бросил на пол к камину. Следом с плеча скатилась распахнутая блуза. Кожа разгорелась от торопливой ласки его губ, проскользивших от ключицы к какой-то чрезмерно чувствительной точке за ухом.

Я совсем уж неприлично ахнула и нервно пробормотала, что новый диван тоже не блещет удобствами. Он, конечно, шире, чем у Мари в кабинете, но обивка скользкая, а подлокотники жесткие… И тут же была подхвачена на руки, словно долгожданная добыча, отнесена в спальню и заботливо уложена на черные простыни.

Хищной птицей Андрей навис надо мной, приласкал теплым пальцем щеку, погладил ладонью плечо и жадным черным взглядом пробежался по моему чуть помятому телу.

– Ани… – от его незнакомого хрипа колыхнулись все внутренние струны, устроив в организме бурную какофонию. В животе скрутился томительный клубок.

Я широко распахнула глаза и замерла под ним перепуганной полевой мышкой. Только сейчас до меня дошло, где мы. Мы в постели. Я почти без одежды, в одной короткой сорочке. И блузка, и юбка каким-то непостижимым (не удивлюсь, если волшебным) образом остались на диване в гостиной. На мне тяжелый мужчина, согревающий шершавыми ладонями и изливающий глазами жар. Тролль меня укуси!

– Не бойся, трусиха, – ухмыльнулся Карпов. – После трех магических операций я для тебя не опасен. Как и ты для меня.

Я зарделась, уже ненавидя себя за свой испуг, так легко читавшийся в глазах.

– Едва ли у нас найдутся силы на что-то серьезное… И вряд ли мы долго пробудем в сознании после уплаты такой магической дани. Но я намерен потерять его вместе с тобой в своей постели.

Я тихонько выдохнула и посмотрела на Демона с благодарностью. Он видит, что я боюсь. Он не смеется надо мной. И он хочет потерять сознание в моих объятиях. Черт, да ничего романтичнее мне еще не говорили!

А потом мы оба сошли с ума.

***

Сейчас, лежа на его подушке и глядя на застеленное черными прядями лицо, я позволяла воспоминаниям врываться в гудящую голову. Словно заново проживала вчерашнюю ночь.

Как Андрей пропускал белый шелк сорочки между пальцев, заставляя струиться узкими ручейками. Сжимал в кулаке тонкую ткань, до треска в швах тянул на себя, а опомнившись, отпускал и старательно разглаживал образовавшиеся морщинки и складки… Как с тысячным, наверное, поцелуем заявил: «Вот это, Ани, высшая магия», обнимая так крепко, что к утру мы были просто обязаны стать единым целым.