Президент ледяного острова - Ирина Михайловна Соркина

Президент ледяного острова

Ирина Соркина

Глава 1

Огненный вихрь вырвался наружу и растопил льдину в нескольких шагах от нас. Как нам повезло, что мы не стояли на ней! Но зрелище было восхитительным! Вихрь, словно огнедышащий дракон, пожирал лед и превращал его в пламя. Мы с замиранием сердца наблюдали за ним. Но через несколько минут дракон поднялся в воздух, а его обитель прямона глазах затянулась льдом. Нечасто увидишь такое! Правда, не всем удается пережить встречу с огненным драконом.

Мы скользили на коньках рядом с тем местом, где только что проснуося вулкан. Чудом нам удалось уцелеть! К счастью, огнедышащие драконы были редкостью в нашей ледяной пустыне. Вилли обнял меня и закружил в обьятьях. Мы чувствовали себя так, будто сегодня родились заново. Я думала о том, что когда-то в нашей Кернии было много цветов и деревьев, на ветках сидели птицы и напевали нежные мелодии. Но, а теперь растения превратились для керинчан в непозволительную роскошь. Если кому-то удавалось найти высохшую травинку, он считался счастливчиком. Но мы любили наш холодный остров, и даже если ненадолго покидали его, рвались домой. Керния манила к себе с невероятной силой, хотя иногда мы мечтали о горячем солнце, теплом море и золотом нежном песке, на котором можно было бы вздремнуть, наслаждаясь огненно-красным рассветом.

А когда-то все было иначе. Мы радовались каждому времени года, пока не произошла настоящая катастрофа. Я была совсем маленькой, когда ледяной ураган ворвался на остров и понёсся по нему, ломая все на своем пути. Дом моих родителей превратился в щепки, а посевы накрыли огромные тяжёлые льдины. Сейчас я стараюсь не вспоминать то жуткое время. Десятки лет понадобились, чтобы научиться жить в совершенно непривычных условиях. Многие тогда бежали из Кернии.

Мои родители забрали меня в другую теплую страну. Но через год мы вернулись обратно. Керния каждый день снилась нам и звала к себе. Эти сны стали невыносимыми, словно магнитом нас затягивало в нашу ледяную пустыню. И так происходило со всеми керинчанам, дерзнувщими покинуть остров. Люди построили новые теплые дома, а все продукты нам привозили из соседних стран в обмен на наши идеи, технологии, сказки и песни. Ведь керинчане считались самым талантливым народом на всей Нилии. Талантами мы действительно не были обделены. Но страшный ураган заставил многих потерять самообладание. Люди изменились, стали черствыми и злыми. Ненависть заполнила сердца.

Но мы с мужем нашли друг друга, и это было настоящим счастьем! Мой Вилли мечтал дать керинчанам радость и каждый день повторял мне одно и то же:

— Как бы я хотел стать президентом Кернии!

Я как обычно расхохоталась.

— Ты в последний раз говорил мне это пятнадцать минут назад.

Глаза мужа стали печальными. Я не имела права насмехаться над ним. Нужно было наоборот его поддержать.

— Слушай, — вдруг воскликнула я, — а почему бы тебе не пойти и не попробовать!

Он с таким изумлением посмотрел на меня будто впервые услышал, что свой замысел можно осуществить.

— Ты думаешь, у меня есть шанс?

— А ты считаешь, кто-то кроме тебя рвется управлять нашей ледяной пустыней? Хотя я слышала, что какой-то Кэрн подал заявку.

— Кэрн?!

Вилли засмеялся.

— Если это тот безумец, который со мной учился в школе, то у него вряд ли что-то получится. Но я рад, что хотя бы один мужчина наконец решился участвовать в выборах.

Я смотрела на мужа и не верила глазам. Передо мной стоял уверенный в себе президент. Мне показалось, что он уже выиграл выборы, и, улыбаясь, вспоминал своего смешного соперника.

— Ты думаешь, этот Кэрн ни на что не способен?

— Из него сказочник хороший! Но не президент, только бы это был тот самый Кэрн, с ним я точно справлюсь!

Таким счастливым мужа я ещё никогда не видела.

— Но главное Кэрн — мужчина! — продолжал Вилли. — А сражаться с такими же как ты гораздо проще, чем с вами, о прекрасные дамы!

Он нежно посмотрел на меня.

— С нами и не нужно сражаться! — кокетливо заявила я.

Вилли что-то обдумывал.

Я взглянула вниз и поняла, что мы оказались на вершине небольшой ледяной горы. Вилли сделал несколько маленьких кругов, подъехал ко мне и поцеловал. Я не смогла сохранить равновесие, он попытался меня удержать, и мы вместе полетели вниз. Я лежала на льду не очень далеко от мужа и громко смеялась. Вилли встал, подъехал ко мне и помог подняться. Я бы и сама справилась, но мне нравилось, когда он заботился. Здесь внизу мы могли целоваться сколько угодно и с удовольствием воспользовались этой возможностью.

— У тебя все получится! — пообещала ему я.

До сегодняшнего дня Вилли не верил в себя. С одной стороны, он с самого детства хотел стать правителем, но, с другой, очень боялся. Каждые два года в нашей стране менялись президенты, но он ни разу не рискнул предложить свою кандидатуру. У него был всего один, но очень серьезный недостаток: он не был девушкой. А уже несколько сотен лет правителями Кернии были женщины. Эти хрупкие нежные создания не допускали противоположный пол к власти. Они считали, что мужчины должны заниматься чем-то более простым.

"Заботьтесь о своих возлюбленных, — говорили прекрасные правительницы, — пойте серенады! Дарите цветы! Радуйте любимых! Вот ваш удел! Только мы, женщины способны заниматься важными вопросами! А ваша главная задача не мешать! А если вы ослушаетесь нас, дорогие мужчины, то мы выгоним вас из теплых домов и превратим в ледышки!"

И представители сильного пола покорно смирялись со своей участью. Ведь многие правительницы воплощали в жизнь свои угрозы, заставляя мужчин трепетать от страха и молить о прощении. Совсем недавно мужчины Кернии получили равные с женщинами права. Но, увы, керинчане почти никогда не голосовали за мужчин. Но мой бедный муж все равно продолжал мечтать. И я мечтала вместе с ним. Я была уверена, что он сможет управлять страной лучше, чем любая самая умная женщина! Если есть сильное желание, оно обязательно осуществится! Просто не может быть иначе!

Мы вернулись домой, и мой возлюбленный наконец начал действовать. Я была безумно благодарна этому Кэрну. Как хорошо, что есть на свете чудак, который помог моему мужу поверить в себя. Если бы не он, Вилли бы никогда не решился.

Я раздвинула шторы. Лучи солнца прорвались в комнату, и мне показалось, что это знак свыше,