Порог - Рой Олег

Олег Рой

Порог

А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь. Но любовь из них больше.

© Олег Рой, 2021

© Издание, оформление. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2022

Глава вводная

Завязка, переходящая в веревочку

Наши дни. Гамбург. Район Санкт-Паули. Улица Хербертштрассе, которую туристы прозвали улицей Греха.

В ночном баре «Спящий медведь» горел приглушенный свет, играла негромкая музыка, а сидящий на высоком стуле посетитель вполголоса переговаривался о чем-то с барменом, тихо посмеиваясь.

– Смотри, красавчик какой, – подтолкнула девушка-блондинка локтем свою подружку-шатенку. – Судя по топовому прикиду, бабло у него есть. На здешнего не похож. Турист, точно.

– Ну или просто приезжий, – внимательно разглядывая его, согласилась та.

– Слушай, а чем приезжий отличается от туриста? – не поняла блондинка.

– У него явно какие-то дела здесь, – объяснила подружка. – Смотри, они болтают как знакомые.

– Знакомые – не знакомые, да какая, блин, разница, Алина! Уболтаем красавчика на тройничок?

– Было бы неплохо, Кейт, – кивнула Алина. – Сегодня за стойкой сам Маркус стоит, можно попробовать его уговорить подогреть посетителя. Он точно при деньгах. Хотя… Если у них дела, может, не лезть?..

– Думаю, все будет четко, – заверила Кейт и бодро двинулась вперед.

Слишком яркий макияж, слишком глубокое декольте, слишком короткие шорты, оголяющие чуть ли не пол-ягодицы, не вызывали сомнений, какой профессией владеют девушки – ночные бабочки, а попросту шлюхи, к тому же из не очень дорогих.

А дальше произошло странное. Бойкая Кейт, подобравшись поближе к симпатичному посетителю бара, игриво ущипнула его за бедро, но ее рука тут же оказалась заломлена за спину, а шея – в тугом захвате локтем.

– Э, полегче! – воскликнула изумленная Алина, но посетитель тут же разжал руки, рассмеялся и притянул к себе не успевшую и пикнуть Кейт.

Внешностью своей гость был похож на очень сексуального падшего ангела – ясно-голубые глаза, темные кудри, орлиный нос и очаровательная порочная улыбка. Отточенность движений и быстрота реакции изобличали в нем человека, знакомого с единоборствами не понаслышке.

– Извини, – не переставая улыбаться, кивнул ночной диве брюнет. – Ты слишком неожиданно подошла сзади. Не больно?

– А я люблю пожестче! – вызывающе заявила Кейт.

– Да-а? – картинно изумился посетитель. – Коллеги, значит?

– О, ты тоже по теме? – припорхнула поближе успокоившаяся Алина.

– Садомазо и все такое? – подхватила Кейт.

– И все такое, – благожелательно кивнул «ангел» и отпил из своего стакана маленький глоток виски. – Но, боюсь, вам не понравится.

Маркус бросил на девушек обеспокоенный взгляд.

– Почему же? – не унималась блондинка. – Я многое умею, между прочим. Например…

– Боюсь, вам ОЧЕНЬ не понравится, – мягко повторил посетитель, рассматривая ее с ног до головы, и вдруг сильно ущипнул ее за сосок через тонкую футболку. – Возвращаю знак внимания, мышка.

– О черт, – скривившись, пискнула Кейт, но не рискнула открыто выражать негодование – в конце концов, она сама нарывалась, и это понимали все присутствующие.

– Извините, Анселл, момент, – почтительно обратился к гостю бармен, сделал страшные глаза обеим девицам и мотнул им головой, приглашая отойти с ним.

Вся троица удалилась на почтительное расстояние.

– Кейт, ты дура?! – почти не разжимая губ, тихо промычал Маркус. – Валите отсюда и не оглядывайтесь.

– А что такое, Маркус? – надула та губы. – Он прикольный, хоть и больно щиплется.

– Алина, уйми эту идиотку. – Глаза Маркуса стали холодными. – Он более чем серьезный человек, и у нас с ним более чем серьезные дела, поняли? Забыли, что я не просто бармен, а совладелец? Мне неприятностей не надо. И вам тоже. Все должно быть тихо и пристойно.

Девушки переглянулись.

– Никогда не знаешь, на кого нарвешься, – примирительно пояснил Маркус. – Говорю, чешите отсюда, пока не влипли. Потом объясню. И только то, что вам полагается знать. Давайте, давайте, шевелите булочками в другое место… Анселл, я иду!

– Похоже, придется снять другого, – пробурчала присмиревшая Кейт. – Кстати, ты слышала, как он его назвал? То ли «ангел», то ли…

– Анселл, – поправила Алина. – Это, кстати, значит, «защищающий бога». Я с детства еще помню.

– Ни хрена себе, – хмыкнула Кейт, хватая товарку под локоток. – Может, он церковник? Они там все чокнутые извращенцы…

– Да нет, он правда какой-то серьезный, не нашего полета, – вздохнула Алина. – Четкий такой. Пошли отсюда.

Девушки с сожалением покинули «Спящего медведя» и занялись поисками более легкой добычи, а Маркус и Анселл вернулись к прерванному диалогу.

– Извините этих дурех, – опасливо скользнув взглядом по гостю, сказал бармен. – Они не знают ничего.

– А я в своем гнезде гадить не собираюсь, Маркус, – прошелестел тот медовым голосом, и у бармена по спине поползли мурашки.

Он знал, как посетитель его бара развлекся недавно в Дюссельдорфе. Три женских трупа за одну ночь. В одном гостиничном номере. У всех выколоты глаза, две из них связаны спина к спине, и все три жестоко изранены и изнасилованы. Одна из связанных была уже мертва, когда надругались над ее подругой. Полиция хотела не допустить утечки информации, но журналисты сработали быстрее, и страшные фото попали и в Интернет, и в печать. Расследование вначале предполагало, что речь идет о серийном убийце, но такие обычно не устраивали групповой резни. Была версия и ритуального убийства. Но все эти предположения – пальцем в небо.

Да, полугодом ранее была обнаружена новая сатанинская секта «Дети Черного Бога», промышляющая массовыми убийствами и действующая с размахом, но там в жертву приносили детей и девственниц. Кроме того, именно через нее проходило чудовищное количество не убитых, а просто похищенных детей, которых впоследствии продавали на органы. Людей трясло от ужаса, отвращения и ненависти, организаторы секты были найдены и переданы в руки закона, хотя народ ратовал за другое – разорвать их в клочья без суда. Но никто не знал, что основатель ее жив, здоров и на свободе. Мало того, именно он сидел в данный момент в баре «Спящий медведь» и неторопливо потягивал виски со льдом.

Нет, он не совершал ритуальных действ и был в здравом уме, если это, конечно, можно было назвать здравым умом. Ему просто нравилось убивать. Мучить. Наблюдать, как жертвы умирают в агонии, ловить последний человеческий вздох, алчно всматриваться в последнюю искру жизни в угасающем взгляде. Ну и, разумеется, на его счету было далеко не одно убийство и далеко не одна подобным образом организованная секта.

А тех трех девушек он убил просто так. Захотелось. И именно в гостинице, где за стенами находились другие люди. Прихоть, просто пощекотать себе нервы. А работники гостиницы видели вовсе не его, а того, чьей внешностью он прикрылся, – известного бизнесмена – но о свойстве менять облик несколько позже…

Маркус знал все это, но предпочитал молчать. Он смертельно боялся Анселла – это во-первых, и он получал солидный куш – во-вторых. Нет, сам он никогда не был в рядах похитителей, он просто сливал Анселлу информацию о несовершеннолетних проститутках, в особенности о беременных или же недавно разрешившихся от бремени, а заодно о недавно появившихся в «профессии» неоперившихся цыпочках. Обычно такие делишки, как прерывание беременности ночных бабочек, проворачивались быстро и втайне. Но в небольших городках, нашпигованных платными информаторами, никаких тайн просто не могло быть. Да и в случаях, доложенных Анселлу, беременность не прерывалась. Девушка просто исчезала на время и…

О нет, ее не находили мертвой, напротив, очень многие дохаживали срок и даже с комфортом рожали, да только новорожденных им видеть запрещалось. Как и упоминать о произошедшей с ними неприятности где бы то ни было. За это молодые мамаши, если можно было их так назвать, получали солидное вознаграждение. Причин для недовольства у них просто не было – здоровье оставалось в полном порядке, счет регулярно пополнялся, а абсолютно не нужное орущее обременение исчезало навсегда и неизвестно куда, и забивать себе голову этим никто не хотел. В первую очередь сами «мамаши».