Командир Первой Конной - Григорий Гребнев

Г.Гребнев

Командир Первой Конной

Высокая трава на лугу. И мокрая. Это роса еще не успела высохнуть. Она поблескивает на былинках. А когда войдешь в траву, ноги тотчас же мокрыми становятся. Будто по воде прошелся.

Овцы и коровы разбрелись по лугу.

Пастухи стоят поодаль, наблюдают за скотом. То здесь, то там хлопнет бич. Гулко хлопают бичи, точно из винтовки кто стреляет. Это пастухи подгоняют скот.

А за скотом нужно посматривать. Не усмотришь, того и гляди, что какая-нибудь корова забредет с луга в высокую пшеницу. И не столько съест колосьев, сколько потопчет и перепортит.

Тогда начинается потеха. Пастухи бегут за коровой. А она от них прочь, наутек.

Иной раз начинается такая гонка, что пастухи из сил выбиваются. А особенно достается маленькому пастушонку Сене. Ему всего восемь лет. Семенит он за строптивой коровой, а та несется вскачь в сторону. Поди, угонись за ней.

Но Сеня, недолго думая, вскарабкивается на лошадь, которая пасется тут же, и летит вдогонку за беглянкой-коровой.

Вцепится в гриву, чтобы не слететь, и мчится. Дух захватывает, свежий воздух ветром хлещет в лицо, рубашонка на спине пузырем вздулась, а Сеня скачет во весь опор.

И кажется ему, что он не маленький пастушонок, а настоящий казак. Корова — это враг, которого он должен догнать во что бы то ни стало.

Досаждают коровы и овцы. Разбегаются. Но Сене нравится. Целый день на лугу с ребятами. А утром встанет он, небо чуть розовое. Еще спят мужики по избам, а Сеня вытащит свою жалейку, и польются тонкие, ласковые звуки по всему хутору.

То там, то здесь открываются ворота: заспанные девки и бабы выгоняют скот. Собираются остальные пастухи. Над Сеней подтрунивают:

— Здорово, казак! Ну гони свое коровье войско...

А он не обижается. Знает про себя: хорошо пастухом быть. Но Сеня недолго был пастухом. Отец его на другую работу послал: отдал к богатому мужику, у которого нужно работать в поле.

Семья у них большая, бедная, у отца земли своей нет. На чужой приходится сеять хлеб и потом с нового урожая половину отдавать. На всех не хватает. Вот и пришлось Сене расстаться с лошадьми и пойти на черную, трудную работу.

Зато теперь хозяин хлеба, денег дает. Сеня семье помогает.

Подрос Сеня, и хозяева стали заставлять его работать в кузнице, с тяжелым молотом в руках. Выстаивал он и целыми днями за прилавком. Это было, когда Сеня работал у хозяина-торговца.

Иной раз так устанет, что и на ногах стоять не может. А хозяин только понукает:

— Сенька, сбегай-ка к соседу да приволоки мешок овса.

Работал у хозяина вместе с Сеней приказчик один. Добрый и дружный парень. Стал он мальчику рассказывать всякие интересные истории. Сене казалось, что нет на свете никого умнее приказчика. А тот просто был грамотным, интересные книжки читал, поэтому и знал так много.

Сене захотелось выучиться грамоте. Попросил он своего друга, приказчика:

— Выучи меня читать и писать.

Тот согласился.

День-деньской мечется Сеня, все хозяйскую работу делает, а по ночам над букварем сидит. Устал, глаза слипаются, спать хочется. Но он все сидит и слушает, что ему его друг по букварю читает.

А потом уже сам стал учиться. Другой давно бы бросил: наверное невмоготу стало бы много работать да еще учиться. Но не такой был Семен. Он решил выучиться грамоте во что бы то ни стало.

И все-таки выучился.

Так вырос Семен, работая батраком на чужих богатых казаков и мужиков.

Много горя и обид вытерпел он от своих хозяев. Еще тогда невзлюбил он богачей. Видел, что таких, как он, батраков, много, и всех их богатые люди — помещики, фабриканты, кулаки — заставляют на себя работать почти даром.

Вырос он, забрали его на военную службу в царскую армию. Когда привели в казарму, выстроили новобранцев и стали выкликать по фамилии. Дошла очередь и до Семена:

— Семен Буденный!

— Есть, — отвечает Семен.

— Ты за лошадьми умеешь ухаживать? — спрашивает его начальник.

— Умею.

— Тогда запишите этого молодца в казачий конный полк.

Так стал Семен Буденный кавалеристом.

Побывал Буденный и на войне. После войны хотели его совсем из армии домой отпустить, да он не хотел уходить.

«Ничего хорошего дома я не увижу. Опять нужно будет в батраки наниматься к богачам. Лучше уж останусь тут», — подумал он и остался служить. К тому же в армии были лошади, которых Буденный сильно любил.

Служил Семен объездчиком. Бывало, дадут самого дикого коня. На него и сесть верхом все боятся, а Буденный, как любящая нянька, начнет за ним ухаживать, а потом — хлоп! Глядишь — он уже сидит верхом на нем.

Погорячится конь, попрыгает и присмиреет. Привыкнет. А Буденный учит его, как в строю ходить, как переходить на рысь или вскачь мчаться.

Служил в армии до тех пор, пока снова не началась война. Погнали на войну и его.

Пока Буденный на войне был, русские рабочие и крестьяне-бедняки восстали против богачей, которые их заставляли воевать.

Они сказали:

— Довольно. Мы не хотим больше убивать немецких и австрийских солдат, потому что они такие же бедняки, как и мы сами. Мы хотим отобрать у капиталистов все, что они у нас отняли: землю, пароходы, фабрики, дома, заводы!

Но богачи и не думали отдавать, а офицеры и генералы начали уговаривать солдат, чтобы они пошли усмирить восставших рабочих и крестьян.

Многие солдаты тогда не разобрались еще, что это за революция такая. Поверили генералам.

Так уговорил генерал Корнилов своих солдат повернуть с фронта назад и усмирить революционеров. Казачья дивизия, в которой находился Буденный, стояла подле станции Орша, как раз на дороге у генерала Корнилова.

Созвал Буденный солдат и казаков и говорит:

— Ребята, мы должны Корнилова задержать. Не то проедет он, и будет там, дома, наших же расстреливать.

Солдаты послушались Буденного. Он у них тогда председателем дивизионного комитета был — они ему доверяли и всегда слушались его советов.

Сказано — сделано.

Мигом разобрали железнодорожный путь, рельсы на сторону свернули. Порастаскали шпалы, а сами посмеиваются:

— Поди, попробуй, господин генерал, без рельс проехать!

Так и задержали на станции Орша шесть поездов с корниловскими солдатами.

Прошло еще несколько месяцев, и все солдаты стали уезжать с фронта по домам. Воевать больше не хотели.

А дома хорошо было. Богачей там всех поразогнали, землю крестьянская беднота поделила между собой. Рабочие же отняли у капиталистов заводы и фабрики и стали сами на себя работать.