Жажда любви - Дороти Хэннинг

Дороти Хэннинг

Жажда любви

Пролог

Девушка внимательно огляделась по сторонам и мягким скользящим движением обогнула угол соседнего гаража. Прижавшись к стене, словно тень, она осторожно продвигалась вперед маленькими шажками. Никто не должен увидеть ее.

Модный спортивный автомобиль, принадлежащий младшему из двух братьев — соседей девушки, был припаркован около гаража прямо под окнами дома. Нужно спешить, ее в любой момент могли обнаружить.

Присев на корточки около внешнего зеркала заднего вида, она достала из кармана ярко-красную губную помаду и тщательно накрасила губы. Затем вынула из кармана джинсов мягкую белую тряпку, вытерла зеркало и поцеловала его несколько раз. На стекле остались ярко-красные отпечатки губ.

Она удовлетворенно вздохнула, потом осторожно открыла дверцу водителя и забралась на сиденье. Следующим по плану было зеркало над панелью управления. Сердце сильно колотилось в груди, но совсем не из-за страха. Оно всегда начинало биться быстрее, стоило подумать о младшем из братьев. Во всем большом городе не было парня, который мог бы сравниться с ним. Подумать только, она жила по соседству все эти годы и до последнего времени не замечала, как он великолепен! Самый красивый парень во всей Вселенной!

Девушка отлично помнила тот день, когда поняла, что он — ее судьба. С тех пор ее словно подменили. Поместье соседей «Шепчущие ивы» было расположено рядом с поместьем, принадлежащим ее семье, и она часто забиралась на огромный дуб у пруда, чтобы шпионить за обоими братьями. Старший учился в юридической школе, а младший — в колледже. Она была единственным ребенком в семье и потому всегда сама придумывала себе развлечения, а шпионить за братьями было так интересно.

Однажды она сидела на дереве, когда ее избранник подошел к пруду и остановился на деревянном мостике, бросая камешки в воду. Он стоял спиной к ней, и девушка, затаив дыхание, гадала, заметил ли он ее в густой листве. Должно быть, она издала какой-то звук, потому что он вдруг резко обернулся и стал всматриваться в крону дерева.

Она боялась дышать, не то что двигаться. А он стоял, запрокинув голову, и солнце освещало его великолепную фигуру. Тогда-то она и поняла, что этот парень совершенно особенный. Он был прекрасен, как Адонис. Настоящий Адонис.

Она ничего не могла с собой поделать, мечты преследовали ее. Прекрасные мечты о том, как он влюбится в нее, как они поженятся и создадут семью. Это казалось ей таким… таким правильным. Она поняла, что сама судьба свела их вместе, что они просто созданы друг для друга. Единственной проблемой было то, что ему еще только предстояло сделать это открытие.

Ей недавно исполнилось четырнадцать, он же был гораздо старше. На целых шесть лет. Могла пройти целая вечность, прежде чем он заметил бы ее. Но девушка решила взять все в свои руки. Она почувствовала себя могущественной женщиной, а когда женщина знает, чего она хочет, она этого всегда добивается. В данном случае ей предстояло завоевать его.

Но вскоре она обнаружила, что слишком застенчива. Она звонила ему раз по десять на день, а может и больше, но когда он снимал трубку, вся ее храбрость пропадала, она была не в силах произнести ни слова, не то что говорить ему о своей любви. И каждый звонок заканчивался тем, что она, расстроенная, молча клала трубку.

У нее всегда хорошо получалось выражать свои мысли на бумаге, поэтому она стала писать ему любовные послания, изливая в них свои чувства. Она показала одну такую записку своей лучшей подруге, и та сказала, что это самое прекрасное любовное письмо, которое она когда-либо видела. К сожалению, влюбленной и на этот раз не хватило смелости — она не стала подписывать письмо своим именем.

Этот самый последний номер с оставлением поцелуев на зеркалах в машине избранника был определенным достижением. Он должен наконец узнать, что все эти знаки внимания от нее; он придет за ней, и они вместе поедут в его спортивном автомобиле прямо навстречу пылающему закату.

Нанеся на губы свежий слой красной помады, она была уже готова запечатлеть поцелуй на внутреннем зеркале заднего вида, когда дверь машины внезапно распахнулась.

— Значит, это ты… Джессика Келлерман?..

Душа ее ушла в пятки. Она медленно подняла глаза, и ее взгляд встретился со взглядом Дэмиана Драйдена. Он был выше, чем Эван, его младший брат, с темными волосами и симпатичен по-своему. Джессика была уверена, что придет день, и какая-нибудь девушка будет испытывать к нему такие же сильные чувства, какие она испытывает сейчас к Эвану.

— Привет, — сказала она, пытаясь сделать вид, что нет ничего необычного в том, что она сидит в машине его брата, целуя зеркала.

— Держу пари, это ты звонишь нам регулярно по ночам.

— Я никогда не звонила после десяти, — горячо защищаясь, ответила Джессика, но потом поняла, что совершила ошибку. Надо было притвориться, что она не понимает, о чем идет речь.

— И послания Эвану на зеркалах его машины тоже не от тебя, да?

Джессика могла бы попытаться отпереться, но в этом не было никакой пользы. Чувствуя себя страшно неловко, она робко спросила:

— Ты скажешь ему, что это я?

— Не знаю, — задумчиво ответил Дэмиан. — Сколько тебе лет?

— Четырнадцать, — сказала Джессика гордо. — Я знаю, Эван старше, но я надеялась, он подождет, пока я вырасту, и мы сможем пожениться.

— Пожениться! — Дэмиан произнес это слово так, что Джессика чуть не подпрыгнула от возмущения.

— Дождись только, когда сам влюбишься, и тогда узнаешь…

— Ты вовсе не влюблена в Эвана, — сказал он мягко. — Ты еще слишком мала, чтобы что-то понимать в таких делах. Ты просто увлечена им, потому что он старше и…

— Неправда, я люблю Эвана по-настоящему! — воскликнула она, засовывая губную помаду в карман.

Она не останется здесь и не позволит ему смеяться над собой. Возможно, ей только четырнадцать, но она уже взрослая женщина и добьется своего. Когда-нибудь она выйдет замуж за Эвана Драйдена, и, что бы Дэмиан ни говорил, это ее не остановит.

— Думаю, мой брат будет польщен твоим предложением.

— Он и должен быть польщен. Тот, кто на мне женится, будет самым счастливым мужчиной в мире. — Ее слова были пустой бравадой.

Дэмиан рассмеялся.

Джессика вспыхнула. Слова еще можно простить, но смех! Это было уже слишком. Уперев руки в бока, она взглянула на него с негодованием, на какое только была способна.

— Может быть, ты и старше Эвана, но ни черта не смыслишь в таком деле, как любовь.

Ее слова, казалось, забавляли его, и это только еще больше раздразнило Джессику.