Красный понедельник - Инна Тронина

Инна Тронина

КРАСНЫЙ ПОНЕДЕЛЬНИК

ПРОЛОГ

Нежные звуки китайских напевов сливались с чириканьем канарейки в клетке, подвешенной к потолку. Ни столов, ни стульев, ни диванов, ни кресел не было в большой, с высоким потолком, комнате. Только пуфики, половички и циновки, а также салфетки с нарисованными иероглифами. На салфетках дымились фарфоровые чашечки с жасминовым чаем.

В ожидании «горячего» публика не теряла времени даром. Гости, хихикая, учились правильно есть палочками, потому что среди них не было ни одного китайца. «Продвинутая» московская молодёжь отмечала день рождения друга модной церемонией, к которой готовилась давно, тщательно, увлечённо.

Серый ненастный день остался за дверями, за зашторенными окнами. Находясь среди вееров, шелков, «колокольчиков счастья», нельзя было не проникнуться духом вечности и мудрости. На кухне ещё готовили карпа по-харбински; по коридору несли на подносе прозрачный бульон с фрикадельками. А тусовка, разгорячённая рисовой водкой, разморенная сладкими винами, вовсю «прикалывалась», усиленно изображая из себя настоящих китайцев.

В комнате курились ароматические палочки, позвякивали колокольчики, порхали разноцветные веера жеманных девочек. На один вечер юные бонвиваны сняли костюмы модных цветов, выпорхнули из эксклюзивных «двоек» и «троек» их длинноногие подружки. Все облачились в шёлковые халаты и попытались внушить себе, что очень любят орехи со шпинатом и жареные огурцы.

Сегодня был понедельник, «красный понедельник», как называл его виновник торжества, справлявший своё двадцатилетие. Будущий дипломат, знающий толк в экзотических развлечениях, он постарался сделать так, чтобы гости навсегда запомнили этот праздник. Он не поленился и заранее обзвонил всех друзей, приятелей и просто знакомых.

Публика на «китайской вечеринке» была разная – и постарше, и помоложе именинника. В самый последний момент прибыл из Калифорнии бывший москвич Влад Шибаев. Удалось вытащить на торжество и шестнадцатилетнюю мисс Эрику Ходза, которая ненадолго прилетела из Лондона к больной бабушке. Уже завтра она намеревалась отбыть обратно в сопровождении улыбчивого седовласого англичанина – то ли телохранителя, то ли компаньона её матери.

Но Эрика тайком шепнула хозяину вечеринки, что англичанин этот – секьюрити, отличный специалист, бывший сотрудник «МИ-5», и поэтому обольщаться на его счёт не следует. Профессионал своё дело знает, и поэтому миссис Ходза позволила своей единственной дочке вместе с ним ненадолго посетить столицу России.

Раскрашенный под китайца Влад Шибаев, придерживая на раскрытой ладони чашку зелёного чая, подошёл к худенькой девушке, одетой в халат с шёлковым красным поясом. Волосы девушка уложила в традиционную причёску со шпильками, выбелила щёки и покрыла губы ярко-алой помадой. С палочками она управлялась лучше других – часто посещала китайские рестораны по всему миру. Сейчас девушка вытирала тёплым влажным полотенцем тонкие пальцы, испачканные в ореховом масле. Веер девушки лежал на циновке, рядом с бокалом сливового вина.

– Привет!

Голос Влада дрогнул и внезапно сел. Парень чудом не расплескал чай и, досадуя на себя, опустился на корточки.

– Привет.

Девушка смотрела на него грустно, даже жалобно. В её темно-карих, огромных, совсем не китайских глазах отражались фонарики.

– Ты узнаёшь меня, Эрика?

Влад ожидал испуга, гнева, радости, но только не этой тихой, равнодушной печали.

– Ты совсем не изменился, – ровным голосом сказала Эрика.

– И ты тоже. Всё такая же девочка-ромашка. Как здоровье бабушки?

– Ничего. Ей уже лучше. У неё оказался не инсульт, а просто цереброспазм. Мама в Лондоне места себе не находила. Очень хотела быть с бабушкой, но не могла. Ей нельзя приезжать в Россию. С огромным трудом я упросила её позволить мне проведать бабушку. Мама наняла «крутого» охранника, потому что Вадиму Самойлову, начальнику службы безопасности Ходза, въезд в Россию тоже запрещён. Мама не любит рисковать понапрасну, несмотря на то, что страшно скучает по своей родной Москве. Кто знает, удастся ли ей ещё раз побывать на папиной могиле…

Эрика поспешно отпила несколько глотков вина. Влад очень удивился – раньше она никогда не вела себя так.

– Мама прекрасно понимает, что путь в Россию ей заказан – слишком могущественные у неё враги. Не хочет, чтобы я осталась круглой сиротой так рано… Бульон с креветками, пожалуйста!

Эрика сказала это низкорослому пронырливому официанту, и тот с поклоном удалился.

– А мне – пива! – крикнул ему вслед Влад Шибаев, заметив, что его чашка пуста. Пить очень хотелось – как никогда раньше. – Сегодня «красный понедельник» – день нашей встречи после долгой разлуки. А ведь были и другие понедельники в нашей жизни…

– Как поживает твоя мама? – перебила его Эрика.

Все собравшиеся давно уже доели суп и принялись за карпа по-харбински; и только две тарелочки ждали Влада с Эрикой на низком деревянном столе.

– Сейчас в Калифорнии бушуют лесные пожары, и я очень боюсь за мать. До последнего времени я радовался, что мы поселились близ Силиконовой долины. А теперь не представляю, чем всё это закончится. Мать после гибели моего отца тяжело заболела. Ты, наверное, знаешь… И тоже очень жалеет, что не может приехать на кладбище. К сожалению, надежд на выздоровление у неё мало. Мать интересует только одно занятие – изготовление головных уборов для собак и кошек… Благодарю вас! – Влад взял с подноса бокал со слабеньким пивом. – Целыми днями она мастерит чепцы, кепи, шляпки… Всё время, без перерыва. А если не мастерит, то плачет или спит. У меня билет на послезавтра, и я хочу туда, к ней. Наверное, мать эвакуируют из виллы, окажут помощь. Но, по-моему, ей всё равно. Она без отца жить не может и не хочет. Если бы не эти шляпки, всё уже кончилось бы, наверное…

– Вы скоро встретитесь. – Эрика легко поднялась с циновки. – Влад, мы ведём себя неприлично. Откололись от компании. шепчемся… А суп стынет. Кстати, ты решил учиться на юриста?

– Нет, я поступил в медицинский. Хочу искупить грехи отца, который убивал людей. А я теперь буду их спасать. Два моих брата, старший и младший, умерли от болезней. Феликс, маленький, – от дифтерии, ты знаешь. А Ян…Уже в Калифорнии выяснилось, что у него рак крови. Я думал, что мать не переживёт, но она как-то держится. Говорит, что ради меня. Только ради меня…

– Но ты же знаешь, за что платит ваша семья.

Эрика теперь смотрела холодно, жёстко; и Влад вздрогнул, внезапно всё вспомнив. Он поспешно допил пиво и тоже поднялся. Ему больше не хотелось разговаривать с давней своей подругой. Он жалел, что окликнул её, увидел, узнал. Как часто за эти два с половиной года Влад воображал их встречу! Готовился к ней, придумывал, что скажет, о чём спросит.

А оказалось, что для Эрики важно лишь то, что было между их семьями, а конкретно – их отцами. И признаёт она только прошлое, отрекаясь от настоящего и будущего. Несмотря на жертвы, на искупление, на раскаяние. Эрика не смягчилась. Она ПОМНИТ. И не жалеет никого из семьи Влада, даже его маленького братишку. Не жалеет потому, что у неё тоже когда-то был братик, и звали его Артур.

– А ты что выбрала для себя? – стараясь казаться спокойным, спросил Влад, хотя внутри у него всё дрожало, и праздновать больше не хотелось.

– Я буду юристом. Мама нуждается в квалифицированных кадрах. Её дела должен вести верный человек. Такой, который никогда не предаст.

– Понятно. Предательство – самое страшное зло на свете.

Молодой человек с облегчением вздохнул. Сейчас их закружит в красочном вихре китайская вечеринка, отвлекут от тяжких воспоминаний весёлые пьяные гости, которые ничего не знают о семьях Ходза и Шибаевых. А потом самолёты унесут их из Москвы – города, где Влад и Эрика любили друг друга. Любили чисто, искренне, по-детски. И где они узнали страшную правду, навсегда разлучившую их. Сейчас они стоят рядом, плечом к плечу. И в то же время они бесконечно далеки, между ними – бездна.

Гости за столом шумели, позабыв о том, что китайская вечеринка предполагает самосозерцание, задумчивость и философские беседы. Обсуждали новые шмотки, диски, компьютерные «стрелялки» и прочую дребедень вроде специфики разных ночных клубов. Спорили, так ли уж вреден «экстази» для потенции.

А Влад и Эрика стояли в стороне, как молодые старики, и думали совершенно о другом. О том, как болтали когда-то на бесшабашном слэнге, показывали «распальцовки», сидели рядом в гимназии, плавали в бассейне и собирались в будущем пожениться, потому что не могли жить друг без друга.

– Крендели, нам без вас скучно! – громко и разудало заорал будущий дипломат Кирилл Чанаев, хозяин вечеринки.

Он бесцеремонно схватил Влада с Эрикой под руки, потащил их к столу, в беззаботную шумную компанию. Именинник словно стремился увести своих гостей от прошлого, от его кошмаров и озарений, страстей и слёз. Но Кирилл не мог сделать это. Не мог спасти Влада и Эрику от самих себя…