Тайна доктора Верекера - Эрмина Блэк

Эрмина Блэк

Тайна доктора Верекера

Глава первая

Проходя с собакой через сад, Десима остановилась и оглянулась на невысокий дом с белыми стенами, крышей с коньком и выступающим крыльцом. Все двадцать три года жизни это был ее дом. В этот солнечный день, на фоне поднимающихся к голубому небу гор, Ферма Робин, с зарослями жимолости, окутавшими крыльцо, и кустами красных роз, контрастирующих с каменными стенами, выглядела прекрасно.

Род Десимы происходил из этой части Уэстморленда[1], и ощущение принадлежности к этой земле всегда согревало ей сердце. Такое место заслуживает принесенной ею жертвы; оно заслуживает и гораздо большего.

Десима остановилась на пороге большой кухни с каменным полом и с наслаждением вдохнула воздух.

— Как замечательно пахнет твой хлеб, Бесси, — сказала она.

Полная седовласая женщина, наклонившаяся к печи, быстро повернулась.

— Десс! Что ты делаешь? Появляешься, как призрак. Хорошо, что я успела поставить торт в духовку. Если бы я его уронила, Джимми был бы недоволен. Я слышу его, он в холле. Держи его подальше от кухни и скажи, что чай еще не готов.

— Он, наверно, умирает с голоду! — рассмеялась Десима и пошла в холл к брату.

— Привет, Десс, — встретил он ее. — Я…

— Ты умираешь с голоду. Но чай еще не готов, тебе придется подождать. Бесси так сказала.

— Бесси, я ухожу из дому! — крикнул Джимми.

— Не уйдешь, — отозвалась Бесси. — В духовке смородинный торт.

Джимми с улыбкой позволил отвести себя в гостиную.

— Все в порядке? — спросила Десима, садясь рядом с братом на широкий диван.

Он кивнул.

— Да. Мистер Ньювелл доволен. Еще две выплаты, и мы свободны от долга. И даже больше, милая: мы зарабатываем.

Бренды были близнецами: у обоих те же серо-голубые глаза и та же ямочка, когда они смеются. Только волосы Десимы цвета янтарного меда, а ее брат смуглый, похож на жителя долин[2], что особенно подчеркивал его загар.

Их мать умерла, когда они еще только учились ходить, а три года назад скоропостижно умер и отец. После его смерти они обнаружили, что ферма заложена, и с тех пор напряженно работали, чтобы освободиться от долга. Десима отказалась от мечты стать медсестрой и вернулась из лондонской больницы, где проходила подготовку, домой, чтобы помочь брату в его стараниях.

Десима наливала брату чай, когда на окно упала тень и девичий голос воскликнул:

— Привет! Я думала, вы уже кончили пить чай.

— Нет, ты как раз вовремя, Коринда! — Джимми вскочил, едва не опрокинув чашку, которую сестра только что поставила перед ним.

— Не вставайте, — отозвалась гостья. — Я иду…

Спустя пару минут она появилась на пороге — стройная фигура в обманчиво простом сиреневом платье и широкополой белой шляпе поверх рыже-золотых волос.

— Я ведь просила тебя не вставать, Джимми, — сказала она. — Спасибо, чай я уже пила, а к обеду у нас гости, так что не нужно искушать меня замечательными блюдами Бесси. Я посижу здесь.

Глядя восхищенно на подругу, которая направилась к креслу у окна, Десима подумала: «Как она очаровательна! И какая милая! Интересно, Джимми не… о Боже!»

Они с Кориндой Трент учились в одной школе. Коринда была единственной дочерью и богатой наследницей сэра Генри Трента, владельца «Сильвермер Маунт» — обширного имения с большим каменным домом, выходящим на озеро. Сэр Генри принадлежал к старинному уэстморлендскому роду, но, будучи младшим сыном, отправился в мир, занялся бизнесом и сколотил значительное состояние; стал рыцарем, а позже и баронетом и наконец поселился в качестве сквайра[3]. Это был добродушный жизнерадостный человек, женился он поздно, очень любил и всячески баловал свою единственную дочь.

— Как думаешь, Десси, кого я встретила утром на Блейтвейтской дороге, когда каталась верхом? — спросила Коринда. И, не дожидаясь ответа, театрально объявила: — Мистера Верекера, нового владельца «Озерных акров»!

— Так он появляется на свет божий! Я думал, что он слишком изнежен, чтобы дышать свежим воздухом, — нахмурившись, заметил Джимми.

— Тише, приятель! — приказала Коринда. — Я еще не закончила.

Она уселась поудобнее и с легкой озорной улыбкой продолжала:

— Он с отсутствующим видом ждал, пока я пройду, но избавиться от меня не так-то легко. Я остановилась и самым любезным образом спросила: «Вы ведь мистер Верекер, не правда ли?» С абсолютно каменным лицом он ответил: «Да». Тогда я сказала ему, кто я такая и что мама и папа заезжали к нему, но их не пропустили дальше домика привратника у въезда, и правда ли, что привратник получил приказ никого не пропускать? Можешь мне не верить, Десс, но он посмотрел мне прямо в глаза и подтвердил, что таков был его приказ, что он слишком занят, чтобы отвечать на визиты и предпочитает, чтобы его не навещали! Произнеся эту галантную речь, он приподнял шляпу и ушел.

— Какие дурные манеры! — возмущенно воскликнул Джимми. — Пора кому-нибудь научить его, как себя вести! Хотел бы я там оказаться. Почему ты его не переехала, Коринда?

— Я нашла его весьма занятным, — весело отозвалась она.

— Если он не хочет ни с кем знакомиться, почему бы просто не поселиться в таком месте, где не нужно общаться с соседями? — сказала Десима. — Признайтесь, странно выбирать для жизни деревню, особенно такую славную северную деревню, а потом ни с кем не разговаривать.

— Ну, он приехал три месяца назад и до сих пор умудрился оставаться в одиночестве. Конечно, все о нем судачат и рассказывают самые невероятные истории. — Коринда пожала плечами. — Эллен Поттер совершенно серьезно рассказывала мне, что он живет на преступные доходы и что полиции следует им заняться. Однако в целом мы здесь, в Ротмере, привыкли к самым странным личностям и склонным жить и давать жить другим.

— Если мистер Верекер ни с кем не хочет дружить, это его дело. Джимми отправился к нему, когда он только переехал, чтобы спросить, не можем ли мы чем-нибудь помочь. Верно, дорогой? — сказала Десима.

— Значит, ты его видел, Джимми? — спросила мисс Трент. — Что ты о нем думаешь?

— Нет, я его не видел, — ответил Джимми. — Встретил только огромных размеров овчарку и китайского слугу, который сторожит его дом не хуже сторожевой собаки. Китаец был очень вежлив, но я понял, что меня не ждали.

— Хотела бы я знать, почему он замкнулся, как какой-нибудь эксцентричный отшельник в старину, — сказала Коринда. — Мы знаем только, что он приехал откуда-то с Востока, что у него китаец-слуга и престарелая экономка шотландка, которая стремится к общению не больше хозяина. А также что после приезда его никто не навещал. Помимо слухов о его преступном прошлом, есть и другие: будто бы он писатель или ученый, работающий над каким-то важным секретным проектом; романтически настроенные утверждают, что это связано с несчастной любовью! Вся деревня судачит об этом. Лично я, с тех пор как его увидела, из всех этих пересудов предпочитаю разбитое сердце. Нужно помочь ему излечиться.