Механики. Часть 105 - Александр Март

да, он может быть просто для обозначения берега. Понятно, что кораблям. Самолётам, если они у немцев есть вряд ли. Но куда эти корабли ходят? На материк это понятно. Но тут то, в этой вечной мерзлоте он зачем? Или всё-таки есть база во льдах?

— Проснулся уже? — из душа в лёгком халатике вышла Света.

Все мои мысли и думы тут же вылетели из головы.

— Доброе утро моя хорошая. Да.

Светка подошла ко мне, от неё обалденно пахло какими-то травами, волосы слегка мокрые, халатик ещё такой эротичный.

— Завтракать будешь?

Булат тут же выбрался из моей руки.

— Да ты то понятно — она легонько щёлкнула его по носу.

— Я тоже буду — хихикнул я.

Туман позвонил через 30 минут, я уже успел побриться, принять душ, привести себя в порядок и развалиться на кухне в своём любимом кресле в ожидании завтрака. Света вон стоя у плиты крутит задницей и мурлыкает себе под нос какую-то песенку.

— Говори — нажав кнопку приёма сказал я Туману.

— Тихо всё, нет ничего.

— Вообще? — я аж немного растерялся — далеко квадр то запускали?

— Да, вдоль берега и вглубь на 100 километров пролетели, все то же самое. Горы, снег, мороз, забрались повыше, максимально приблизили, тоже самое, там вечная мерзлота.

— Млять. Но ведь куда-то эти немцы делись. Не может там просто так маяк стоят.

— Да это всё понятно — выдохнул Туман — нужно туда идти. Либо брать за шкирку смотрителя, либо самим искать, сдаётся мне, что они все подо льдами. Помнишь, как эти в Зимнем мире жили?

— Помню — так же вздохнул я — тёплые источники, долина и всё такое.

— Вот, может и у этих так же. Там же снега до хрена, может дымка какая, туман или аномалия какая и мы их просто сверху не видим.

— Может быть может быть. Когда комбезы будут готовы и платформы?

— Сегодня к вечеру, завтра можем туда сходить на разведку.

— В ночь или с утра?

— Лучше, когда там светло будет, мы белые будем, нас не увидят.

— Добро, во сколько сбор?

Туман подумал пару секунд и ответил.

— Давай в 9.30 в институте, пацанов я сам соберу. Пока оденемся, пока то да сё. Кстати пингвинов выпустили назад. Яйцеголовые говорят, они их как в воду скинули, те пулями от ворот свалили. Всю рыбу у нас сожрали, аппетит у них конечно отменный.

— Ну хоть пингвинов отпустили. Ладно, до завтра.

Я положил телефон и только сейчас увидел, как Света внимательно на меня смотрит.

— Опять? — нахмурилась она.

— Да, надо закончить дело.

— Саша, когда это кончится?

Опаньки, она первый раз мне вот так предъявляет.

— Тебе самому не надоело? У тебя куча ребят, отправь их, пусть они со всем разберутся. Я каждый раз боюсь, что ты, что тебя.

И тут она заплакала. Булат перестал есть, поднялся, закряхтел, сел на задницу, прижал уши, смотрит то на меня, то на неё.

— Милая — прижав её к себе начал я приговаривать, гладя её по волосам — я не могу отправить туда ребят.

— Почему?

— Мы вместе начали это дело. И опять же, сказать им, что меня моя женщина не отпустила.

Всхлип, второй и она ответила.

— Ага, ржать над тобой пацаны твои будут.

— Ну не ржать — попытался я уклониться от ответа.

— Ой да ладно — она вздохнула, отстранилась от меня, вытерла слёзы и посмотрев на меня сказал — нда, видимо бабская доля наша такая, ждать и молиться за вас.

Тут я снова охренел. То, когда всё кончится, то всё нормально, вот и пойми этих женщин.

— Ты ж моя умница — я подхватил её на руки и закружил по кухне — всё у меня понимаешь.

— Да кстати — ткнула она в меня своим пальчиком — дело есть.

— Какое?

— Привези мне из этой Антарктиды или чё там у вас.

— Аленький цветочек? — засмеялся я, перебив её.

— Нет, тюленя, мяса пожарим.

У меня снова глаза на лоб полезли.

— Да, тюленя, можно несколько, мы с девочками попробовать хотим, да ты и сам наверняка такое никогда не пробовал, а их там тысячи говорят.

— Вот же балаболы, растрепали всё.

— Ой да ладно — махнула она рукой вновь поворачиваясь к плите, на которой стояла турка — тебе бы парни твои всё равно бы предложили поохотиться, тот же Слива проглот.

— Моржа не надо? Там мяса больше.

— Моржовое мясо опасно для человека — выдала она — для того, кто его не ел никогда.

— Да ладно?

— Да, лучше его вообще не есть. Не, эскимосы то его едят, но нам с нашими желудками лучше не надо. Маленькими порциями есть можно, и оно кстати очень хорошо помогает больному и ослабевшему человеку. Но вы же мужики, да и мы тоже маленькие порции есть не будем.

— Не будем — согласился я — как это? Кусочек, не, не пойдёт.

— Вот, а тюленье мясо очень полезное. Так что везите, приготовим.

— И не жалко зверюшек то?

— Нет — совершенно спокойно ответила она, снимая турку с плиты — другое же мы мясо едим и это попробуем.

— Хорошо, привезём.

— А там эскимосы есть? Или чукчи какие?

— Без понятия — пожал я плечами — пока никого не видели.

— У эскимосов кстати кухня очень интересная. Вернее, у тех, кто в таких условиях живёт, ну на земле, там много народностей. Из самой известной это, наверное, строганина.

— Замороженная рыба?

— Да. А так они и сырую кровь пьют и глаза нерпы и рыбьи потроха.

— Фу — сморщился я.

— Вот, а для них деликатес, там много чего такого. Как те же китайцы, тайцы, вьетнамцы и так далее жуков и личинок всяких едят, так и эти.

— Фу Свет, хватит уже.

— А ещё на Севере — Светка развеселилась — ну на нашей той земле, есть такое блюдо, называется Копальхен, про такое блюдо я больше ни у одного народа не слышала.

— Это ещё что такое?

— О, от этого бы даже Слива кони двинул, несмотря на то, что он ест всё подряд и вы вечно на нём