"Великая река". Компиляция. Книги 1-8 - Токацин .

Внизу, на краю глубокого залива, земля зашкворчала и вздулась мерцающими пузырями. Они лопнули, развернувшись в слипшиеся диски защитного поля. Трое сарматов в чёрной броне стояли у воды, на руках одного из них ещё пестрели яркие угловатые узоры. Кесса плотнее прижалась к камню, надеясь, что снизу её не видно.

...Энергостанция "Скорпион" прекратила существование три года назад, и в тот же день она исчезла со всех карт. Всё, что осталось от неё сейчас - фрагменты подвальных конструкций и горнодобывающих механизмов - лежало на дне глубокой шахты под застывшим озером свинцового рилкара. То, что собирались сделать на этом месте командиры трёх станций, было не более чем формальностью. И всё же Гедимин снова - впервые за этот год - чувствовал, что дышать ему стало труднее, и скафандр неприятно сдавил грудь. С досадой пошевелив плечами, Древний решил, что из первой же партии собственного ипрона добавит к броне новые пластины - это неудобство уже начинало его раздражать.

Чёрный фрил на боку и плече перегрелся и понемногу оплавлялся, зелёное сияние дрожало над ним - хранитель мёртвой станции незаметно вытек из реактора и устроился на броне Гедимина, глядя на остатки "Скорпиона". Альгес и Гвеннон, повисшие в воздухе над куполом защитного поля, старались не приближаться к командиру "Идис" и украдкой посматривали на дозиметры. Древний осторожно притронулся к плечу, умерив свечение хранителя, и положил обе руки на купол. Они продавили насквозь толстую прозрачную плёнку. От близости хранителя она немедленно вспыхнула зеленью, но радиоактивный дух был снаружи и повлиять на показания приборов не мог. Два экрана открылись, четыре пары перистых "усов" выдвинулись из-под брони и развернулись. Гвеннон просунул руку под купол и посмотрел на свой дозиметр.

- Чисто, - сказал он, сверив показания. Гедимин повернулся к Альгесу. Тот повторил действия Гвеннона и кивнул.

- В пределах нормы.

Сверху, с обрыва, на сарматов глазели напуганные, но не утратившие любопытства знорки. Древний чувствовал их взгляды на броне, столь же отчётливо, как раскалённую лапу хранителя. Весь обрыв был усеян знорками, и Гедимин с тревогой скользнул взглядом вдоль известняковой стены - достаточно ли она прочна, чтобы не просесть под ними... Гвеннон с громким треском провёл пальцем по его броне, и сармат мысленно одёрнул себя и вынул руки из-под купола.

- Затопление считается возможным. Начинаем разрушение купола.

Прозрачный барьер натянулся, выгнулся в три стороны и бесшумно лопнул, оставив тающее свечение по своей кромке. Вода с рёвом устремилась в котлован и в одно мгновение наполнила его и ударилась о стену обрыва. Тёмные волны кипели и пенились, наметившийся водоворот быстро утих и сгинул. Трое сарматов без опоры стояли над новым заливом.

Гедимин в последний раз посмотрел на дозиметр, с громким щелчком задвинул пластину брони и протянул соплеменникам руку ладонью вверх.

- Ликвидация завершена, - сказал он, склонив голову. - Это была непростая работа. Очень давно я ни с чем подобным не сталкивался и не хотел бы столкнуться ещё раз.

- Приятно было работать с тобой, - с трудом кивнул Альгес - тяжёлый скафандр был ему непривычен. - Надеюсь, следующие наши совместные проекты будут более... созидательными.

Рука Альгеса опустилась на ладонь Древнего. Чуть помедлив, Гвеннон положил свою руку рядом.

- Должен признать, Гедимин, что в своей области ты специалист - и это достойно уважения. Наши разногласия по несущественным вопросам не должны помешать выполнению нашего договора. Я по-прежнему надеюсь, что ты не забудешь о своей части условий.

- Завтра на рассвете, - отозвался Древний, глядя на руки сарматов. Скафандр ещё крепче сдавил грудь... похоже, в этом году подготовка организма к зимней спячке началась раньше обычного. Странно, причин для этого нет...

Гвеннон, убрав руку, покосился на обрыв и громко хмыкнул.

- Гедимин, обрати внимание - твоя подопытная крыса тоже там.

Древний вскинул голову - так и есть, командир "Флана" не ошибся. Тёмно-синий рукав скафандра и рукоять меча рядом с ним были очень хорошо видны в побелевшей до срока траве.

- Знорк Фриссгейн - второй командир "Идис", - бесстрастным голосом заметил Гедимин и дождался, пока Гвеннон неохотно отведёт взгляд. - Как и полагается, он прибыл на последний этап ликвидации, чтобы за ним проследить. Показания его приборов тоже требуют сверки. Ждите меня здесь.

- Уран и торий... Гедимин, не хочу мешать твоим опытам, но участвовать в них не возьмусь, - передёрнул плечами Гвеннон и сам же вздрогнул от громкого хруста пластин. Тяжёлая броня очень мешала резким жестам...

Полсекунды спустя Древний Сармат стоял на краю обрыва, на надёжной твёрдой земле за спиной знорка. Тот крутил головой, высматривая что-то у воды, и не обращал на Гедимина ни малейшего внимания. Сармат тихо отклонил в сторону пучок гигантской травы и подошёл поближе. Ещё ни разу появление ликвидатора Фриссгейна не оставалось без последствий, иной раз очень странных. Интересно, с чем он прилетел на этот раз...

Токацин

Солнечный змей

Пролог

За порогом шелестел несмолкающий дождь. Холодный ветер трепал дверную завесу, на миг приоткрывая сумрачную улицу, мокрые стены дальних домов, чёрные, лишённые листьев ветви старого дерева над крыльцом. Запах прелой листвы и мокрой земли струился по комнате, брызги дождя блестели на полу.

— Уф, холодно, — Кемина, выглянувшая ненадолго на крыльцо, нырнула обратно, кутаясь в плащ. Весь мех на её хвосте стоял дыбом. Кимея потянулась к тяжёлой зимней завесе, сплетённой из коры, и набросила её на дверь, преградив путь холодному ветру. Настала тишина, шорох дождя уже не долетал в комнату летописцев, и погружённый в задумчивость Рэндальф как будто очнулся и удивлённо посмотрел на дверь.

— Холодно! — покачал головой он. — Надо же… И ливень с самого утра. Думал уже, никогда такого не увижу. Лето-то выдалось… упаси Омнекса!

— М-да… — неопределённо протянула Милена, отрываясь на мгновение от вороха свитков. — Памятное было лето. Ещё немного, кимеи, и летопись нам пришлось бы заканчивать на солнце. Ума не приложу, из чего мы делали бы свитки…

— Точно, — прижала уши Кемина. — Прямо на солнце. Боги его знают, как там живётся, но я думаю — жарковато.

— Кимеи! — Рэндальф, уткнувшийся было в ступку с недотолчёнными кристаллами, встрепенулся и поднял голову. — Кимеи, а где Юс… боги мои, опять забыл…

— Он вернётся, — шевельнула ушами кимея, утонувшая в свитках. — Ещё месяц — и увидимся. Ему сильно досталось этим летом. Не надо было вообще отпускать его в Кецань, такие наблюдения — не для новичков. Я сейчас только смотрю его свитки, и то шерсть дыбом, а он-то вошёл туда первым.

— Упаси Омнекса! — поёжился Рэндальф. — Ты об этом читаешь, Юс это видел, мне, чего доброго, рисовать придётся… а ведь несколько существ устроили это, кимеи, и у них шерсть дыбом не поднялась. Странные бывают существа…

Год Каринкайес. Месяцы Ассави — Элани

Глава 01. Взлёт

Огромная ветка с грохотом обрушилась вниз, на лету рассыпаясь на пылающие обломки. Ветер торжествующе взвыл, раздувая пламя, оно взметнулось к небесам, превратив высоченные стволы в ослепительно-яркие факелы, облака пепла затмили солнце. Раскалённый вихрь накрыл нос корабля, дерево затрещало, плавники выгнулись дугами от нестерпимого жара и задымились. «Остролист», беспомощно хлопающий «крыльями», несло на горящие ветви, и уже поздно было уходить от удара. Борт лопнул с оглушительным треском, корабль опрокинулся, перевернулся через киль и полетел вниз, в вороха догорающих углей, недавно ещё бывших Высокими Деревьями, навстречу огненной погибели…

Речник Фрисс вскинулся, отбросив одеяло, растерянно заморгал, с трудом вспоминая, где он. Немедленно заныла потревоженная спина, и Речник сощурился, шипя от боли и досады. Ожоги на руках уже сошли, оставив пятна красноватой блестящей кожи. Спина ещё болела… судя по всему, и на левую ногу ступать придётся осторожно. Вот же проклятие богов…