Материнство Элси - Марта Финли

— Брось, Гер! Живущие в стеклянных домах камнями не бросаются. Я слышал как ты говорила маме, что не оденешь платье, которое она выбрала для тебя. Элси Травилла, пожалуйста, доставь мне удовольствие, позволив положить добавку на твое блюдце.

— Нет, спасибо, Фил. Я ем только то, что мама считает почечным для меня.

— Детки, время ложиться спать, — сказала няня, приближаясь к маленькой компании. — Часы вот-вот пробьют девять. Дядюшка Джо, забери у детей эти пустые блюдца.

Четверо малышей сразу же безропотно подчинились призыву, хотя и бросали томящиеся, умоляющие взгляды на маму, которая весело беседовала со своими гостями на другом конце комнаты. Как только пробили часы над камином, извинившись, миссис Травилла быстро пошла по направлению к детям.

— Правильно, дорогие. Пожелайте спокойной ночи папе и друзьям, а потом идете с няней. Мама придет через несколько минут.

— Что за милые творения! Совершенные маленькие леди и джентльмены, — отметила миссис Вуд после того, как, учтиво пожелав доброй ночи, дети бодро ушли вместе со своей няней.

— Как я хотела бы, чтобы мои были хотя бы наполовину такими же послушными, — сказала миссис Росс.

— Ой, мам, только не надо нас разоблачать! — воскликнул Фил. — Я часто слышал как ты говорила, что миссис Травилла была намного более послушной девочкой, чем ты, поэтому, конечно же, и ее дети более послушные, чем твои.

— Некоторые дети ведут себя хорошо только в присутствии других, — язвительно отметила Анна, — и я не сомневаюсь, что у этих маленьких идеалов есть такие же дурные наклонности, как и у наших детей.

— Они действительно не всегда послушны, — сказала Элси со снисходительной мягкостью. — А сейчас прошу меня простить, я на несколько минут отлучусь, поскольку они чувствуют себя неуютно, если не обменяются перед сном парой слов со своей мамой.

— Ни за что не буду подобной рабыней своих детей! — пробормотала Анна, следя глазами за выходящей из комнаты Элси. — Если они не хотят, чтобы их укладывали в постель няни, то могут не спать хоть всю ночь.

— Думаю, миссис Травилла права, — отметил пастор. — Ответственность родителей очень велика. Бог говорит каждому: «Возьми младенца сего и вскорми, и я дам тебе плату».

Глава 3

О, что за радостный удел — дух нелепый возгревать,

И руку юноши учить без промаха стрелять,

Кропить на разум молодой водою чистых слов,

Вдыхать в него огонь живой и так, в конце концов,

Цель, ради которой стоит жить, для сердца пылкого открыть

На следующее утро маленьким обитателям Йона позволили поспать немного дольше обычного, поскольку их мудрые родители были уверены, что для нормального умственного и физического развития детям необходимо как следует высыпаться. Однако в отношении себя мистер и миссис Травилла не видели нужды в подобном снисхождении — накануне они легли в обычное для себя время, поскольку гости к тому часу уже разъехались. Встав рано, они до завтрака успели насладиться верховой прогулкой, проскакав несколько миль галопом.

По возвращении домой, Элси направилась в детскую комнату, а мистер Травилла — на поле, где работали его люди. Полчаса спустя они вместе с детьми собрались за обеденным столом.

В столовую, ожидая указаний, вошел Солон.

— Солон, сразу же после молитвы оседлай Беппо, — сказал мистер Травилла. — И чтобы Принц и Принцесса тоже были готовы.

Последние имена относились к паре маленьких серых пони, которые принадлежали, соответственно, Эдди и его сестре Элси. Принц и Принцесса были кроткими и приученными к седлу и сбруе.

Дети ездили верхом почти каждый день, держась по обе стороны от отца, который скакал на своем красивом гнедом Беппо. Изредка они ехали позади него в фаэтоне вместе с мамой или с кем-либо еще из взрослых. На прямых и ровных участках дороги одному из детей частенько разрешали подержать в руках вожжи, поскольку отец хотел, чтобы они умели не только ездить верхом, но и без труда управлять экипажем.

Главным стремлением маленькой Элси было «быть похожей на маму» в том, с какой легкостью и грациозностью та сидела на лошади (впрочем, как и во всем остальном), Эдди же с не меньшим рвением стремился копировать отца.

Виолетта и Гарольд выбежали на веранду, чтобы проводить мистера Травиллу, Эдди и Элси на верховую прогулку.

— Папа, — сказала Ви, — а у нас тоже будут свои пони, когда мы станем такими же большими как Элси и Эдди, и мы будем ездить на прогулку вместе с тобой?

— Обязательно, доченька, и если к тому моменту, когда мы вернемся, ты и Гарольд будете здесь, и на вас будут шляпы, я позволю вам немного проехаться верхом до того как пони уведут в стойло.

— О, спасибо, папа! Мы, конечно же, будем готовы, — ответили дети и побежали к своей маме, чтобы рассказать о любезном обещании папы и надеть шляпы.

Элси, которая сидела в гостиной с Гербертом на руках, разделила радость малышей и сразу же повелела Дине приготовить их к верховой прогулке.

— Мои благословенные птенчики! Они хорошеют с каждым днем! — воскликнула пожилая негритянка, только что вошедшая в комнату с корзиной в руке.

— Не говори при них такого, тетушка Салли, — сказала ей госпожа с мягким упреком в голосе. — Их юные сердца очень быстро могут раздуться от тщеславия и гордости. Как там дела в рабочем поселке?

— О, госпожа, там сегодня утром много больных. У старой Лиз болит бок, а у дядюшки Джека — голова. У старой тетушки Делайи из-за ревматизма болят суставы, а дядюшка Мосс жалуется на боль в спине — он не может выпрямиться. У малыша Анны, должно быть, сильная простуда — он едва дышит. Это с ним случилось сегодня ночью. А мальчик Сильвы поранил ногу о гвоздь.

— Большой список, — сказала Элси. Передав Герберта тетушке Хлое, она достала из маленькой корзинки, которую держала рядом с ней девочка-служанка, сверкающую связку ключей, нашла нужный ключ, открыла чулан и принялась просматривать запасы лекарств. — Вот пластырь для дядюшки Мосса, пусть он положит его на спину, а этот — для бока Лиз, — сказала Элси, вручая каждый предмет тетушке Салли, которая складывала все в корзину. — В этой маленькой бутылке — капли, которые снимут головную боль у дядюшки Джека, а в этой большой — растирка для Делайи: пусть натрет себе суставы. Вот лекарство для малыша, и пусть Анна приготовит ему теплую ванну. Если ему вскоре не станет легче, мы пошлем за доктором. А вот это — коробочка с мазью, которая прекрасно подходит для порезов, ожогов и ушибов. Намажь немного на кусок тряпки и перевяжи ногу сына Сильвы. По-моему, все. Чуть попозже я схожу к ним и узнаю, как у них дела, — и, получив еще несколько указаний в отношении каждого из лекарств, тетушка Салли удалилась.

Затем пришла тетушка Дайси, экономка, чтобы получить указания на предстоящий день и узнать, какие необходимо принести припасы из кладовой и амбара.

Тем временем, мистер Травилла с детьми вернулся с прогулки и, как и обещал, разрешил Гарольду и Ви проехаться верхом по поместью. Гарольда отец держал на руках, и Беппо ступал с такой осторожностью, как будто знал, что несет на своей спине нежного малыша. Виолетта ехала верхом на одном из пони рядом с отцом, находясь под его бдительным присмотром.

Выйдя на веранду, Элси обнаружила раскрасневшуюся, радостную компанию, которая весело болтала и смеялась, наблюдая за тем, как отец мчится галопом по аллее в сторону полей, чтобы проследить за ходом работ.

Они не слышали приближения мамы до тех пор, пока она не подошла к ним, спросив своим особым, нежным голосом:

— Ну как, дорогие, вам понравилось?

— О да, мама, было так здорово! — и дети собрались вокруг мамы, чтобы поделиться своей радостью, которая всегда принималась с не меньшей заинтересованностью, чем печаль.

Они были научены замечать красоту природы: переменчивые облака, яркие краски осени, растения и цветы, насекомых, птиц и камни — все творение Божьей руки — и теперь старшие дети всегда по возвращению с прогулки рассказали о том, что увидели и что им доставило радость.

Просто удивительно, сколько они узнали, благодаря такому простому и приятному правилу! Насколько улучшилось их поведение и речь и расширились познания, благодаря привычке их родителей всегда быть вместе с детьми и терпеливо отвечать на все заслуживающие внимания вопросы. Малышей поощряли не только наблюдать, но также думать, размышлять и повторять то, о чем они узнали, чтобы это крепче утвердилось в их разуме. Их не обременяли долгими занятиями или множеством уроков — от них требовалось лишь тщательно изучать то, что находилось прямо перед ними. Кроме того, детям прививалась любовь к здоровой умственной пище — книги, которые попадали им в руки, тщательно подбирались родителями.