Владычество 2 - Рэнди Алькорн

И увидел я мертвых, малых и великих, стоящих пред Богом, и книги раскрыты были, и иная книга раскрыта, которая есть книга жизни; и судимы были мертвые по написанному в книгах, сообразно с делами своими.

Тогда отдало море мертвых, бывших в нем, и смерть и ад отдали мертвых, которые были в них; и судим был каждый по делам своим, и смерть и ад повержены в озеро огненное. Это — смерть вторая. И кто не был записан в книге жизни, тот был брошен в озеро огненное».

В толпе поднялся шум. Когда он затих, Иоанн продолжил:

— Эль-Ион сам есть воздаяние ищущим Его, и повинующимся Ему. Мы, чьи имена записаны в книге, ждем того дня воздаяния. Вслушайтесь в Его обетования. Возрадуйтесь тому, что вас ждет.

Страницы зашевелились вновь. Иоанн читал медленно и с чувством слова Сына Эль-Иона: «И кто напоит вас чашею воды во имя Мое, потому что вы Христовы, не потеряет награды своей». Дивный аромат наполнил воздух.

Иоанн склонился в молитве, глядя на сияющий трон и Сидящего на нем. Дэни вместе со всеми последовала взглядом за глазами апостола. Все вместе повернулись к объекту поклонения. Новые их глаза могли видеть сияние Его славы, которая ослепляла глаза смертных.

— Эль-Ион, Бог Авраама, Бог наших отцов, благодарим Тебя, что Ты — судья каждому человеку, и суд Твой справедлив всегда. Благодарим, что Ты следишь за делом каждого, помнишь обо всём, о зле и добре. Мы трепещем, но радуемся, что ничто не ускользнет от взгляда Твоего.

Волна хвалы поднялась от толпы. Дэни слышала многоязычную речь, но всё понимала. В ритмах и акцентах разных наречий, она видела соответствие культуре носителей языка.

— Молимся о людях мира тьмы, не знающих, что их ждет, — продолжал Иоанн, — молим о тех, кто пытается заполнить пустоту своих душ насилием, развратом, жадностью, самомнением и всяким другим непослушанием и бунтом. Яви им Эль-Ион, что только Ты способен заполнить их пустоту, что нет у них иной надежды, кроме Тебя, что без Твоего искупления им не устоять в страшный день суда. Да просветит их Дух Твой, и откроет им глаза к разумению.

Его голос внезапно возвысился.

— Укрепи воинов Михаила, борющихся за души людские. Порази врагов Твоих, последовавших за Утренней Звездой в его восстании.

Словно ток пробежал по самым высоким творениям из присутствующих, Дэни просто ощущала эти энергетические заряды. Желание людей скорейшей победы Эль-Иона, великое желание охватило самых древних воинов Михаила.

— О, премудрый Эль-Ион, наше нетерпение нарастает. Мы хотим установления Царства Христа на земле. Мы жаждем, чтобы исполнилась правда. Но Ты терпелив, Ты претерпел об-

182

винения и поношения бунтующих людей, и ждешь, когда всякий придет к Тебе.

Со всех уголков великого собрания послышались возгласы одобрения. Когда же Иоанн завершил речь, хор голосов в унисон произнес «Аминь». И голос Дэни был среди них. С платформы послышалось легкое воздушное пение, усиливающееся по мере исполнения песни. Чистый голос был слышен у краев толпы в сотни километров также хорошо, как и в первых рядах.

Вначале Дэни решила, что это новая песня, так свежо и проникновенно она звучала. Но поняла, что знает ее. «О, благодать, спасен Тобой», — пел певец, это был автор песни! Старый работорговец, покаявшийся в расизме, угнетении и несправедливости, наконец-то чист. «Был мертв - и чудом стал живой, был слеп и вижу свет.»

Он продолжал петь, к нему присоединились многие. Другие внимали голосу, размышляя над драмой жизни и искупления певшего. И все небеса подхватили, когда он запел: «И пройди хоть десять тысяч лет, мы будем славить Господа как в первый день, когда попали сюда!»

Как будто ниоткуда появились легионы воинов Михаила, одни вышли вперед, другие спустились сверху, кто-то вышел из-за престола. Их было тысячи тысяч. Они окружили престол и запели: «Агнец закланный достоин принять могущество и державу, мудрость и силу, честь и славу!»

Вдруг звук взорвал воздух вокруг Дэни. Каждый своим пением словно подталкивал ее к престолу. Охваченная звуком, она вторила ему, как камертон, одновременно поглощая и источая звук. Ее несло, как лист, мощным течением реки, которая исходила от Эль-Иона и восходила к Нему вновь.

Много песен поклонения прозвучало. К платформе вышла маленькая девочка и запела. Такая красивая, она напомнила Дэни... Фелиция! Она написала свою песню Эль-Иону, и Он пожелал, чтобы все небеса внимали ей. Песня была так прекрасна, голос Фелиции звучал так красиво. И Дэни ощутила праведную гордость, что это поёт ее дочь, хотя и на земле никогда не считала ее своей собственностью. Люди могут владеть вещами, и только Эль-Ион может владеть людьми. Фелиция была и всегда останется для нее сокровищем, потому что так много было вложено в нее. Но, прежде всего, девочка была сокровищем Эль-Иона. Дэни взглянула на престол — так далеко и так близко. Встретилась глазами

183

с Плотником, и на миг они ощутили общую радость за эту маленькую девочку.

Теперь Дэни едва слышала голоса множества ангелов, потому что их перекрывал мощный хор человеческих голосов. Множества миллионов воспели так, что мощнейший хор ангелов был еле различим. Народы пели, забыв о себе, обо всем, помня лишь Эль-Иона: «Сидящему на престоле и Агнцу его, да будет честь и слава и сила вовеки!»

— Слушай, Карп, — сказал Кларенс, подойдя к ее столу, — я работаю над статьей о фоторепортерах. А всё из-за тебя — ты мне идейку подкинула. Я, конечно, могу отстать. А могу, если процитирую тебя, дать тебе прочитать статью, прежде чем отправлять в печать. Ну что, поговоришь со мной?

— Только если я первая просмотрю эту статью, даже прежде Уинстона, хорошо?

— Идет. Ты знаешь, что мне нужно. Расскажи о работе фоторепортера.

Кларенс держал в руках желтый блокнот и ручку.

— Что ж, это мир в себе, нормальный человек ничего в нем не поймет. Люди понимают, что факты искажаются, хоть раз становятся жертвой этого. Но они не понимают в фоторепортаже настолько, чтобы понять суть явления. Да, мы отбираем нужные фото, много раз перебираем, решая, что читатель увидит, а что нет.

— Для меня это не новость, но когда я увидел, что приключилось с