Воспоминания старого шамана. Путь волка - Александр Хамархан

– А что особенного в той горе? – спросил другой паломник.

– Сакральный смысл в ней заложен, энергии там правят от самих небес! Гора усиливает наши мысли, – оценивает все, что ты в себе несешь. Спокойно нужно подходить к горе, а перед этим Богу помолиться.

– Неужто все настолько важно, чтоб далеко от дома уходить и рисковать?

– Сюда силком никто не тянет. Здесь каждый по желанию своему идет.

– Так цель какая у паломника? Зачем ему стремится в горы?

– Цель у него такая: в горах он очищение проходит, растет духовно и возрождает жизнь. Он в прошлом отмечает, где прошел достойно, а где ошибки и грехи не позволяли двигаться вперед.

– Вот ты скажи, зачем мне жизнь такая? – задал вопрос другой паломник. – Я ложкой, полной, горя хлебанул.

– Затем, что падая, паломник будет возрождаться, учась другому ремеслу, в обличии ином, уже не в этой жизни. Он новые задачи получает: решает, ошибается, ошибки исправляет. Потом он дальше двигается, – проводник подкинул вещевой мешок.

– Скажи, что будет с человеком, если в нем черни много, злости, зависти, если намерения не чисты, – что тогда? – спросил товарищ Старшего.

– Тогда усилятся стократно мысли и обратятся прямо против естества. Состарится мгновенно человек и быстро сгинет, – ответил проводник.

Тропа, которой шли паломники, – петляла. Она то поднималась вверх, под самый горизонт, то постепенно уходила вниз и к краю приближалась. Где-то рядом бурные ручьи шумели, окутывали камни своей холодной чистотой. Порой они дорогу разрезали и заставляли путников перебираться с края на другой. Завалы приходилось перелазить, ступать по скользкому поваленному дереву. Такое естество опасное суровое у этих гор.

Коля увидел путника, сидевшего на камне, совсем не далеко, почти у самого обрыва. Взгляд устремлен куда-то в небо, вдаль, – прямо в облака. Одна рука сжимала посох, другая же покоилась на камне. По возрасту понятно было – человек не молодой: вся голова седая и сутулая осанка, морщины мелкие на загорелом и обветренном лице.

Путем нелегким он шагал, судьба паломника изрядно потрепала, показывая грани всех своих сторон.

Коля заметил – путник вытирает рукавом слезу, о чем-то сильно сожалеет, вспоминает горько свою прошедшую, наполненную смыслом жизнь.

То боль была, утрата преждевременной кончины, от расставания с близким человеком. Паломник образ сохраняет своей единственной любимой, той, что покинула его когда-то и тихо в небо вознеслась. Его родная смотрит сверху, на облаке сидит, болтает ножками. На Солнце улыбается и шлет свои воздушные приветы. Заботливые руки обнимают шею: все те же темные ее глаза, а губы теплые целуют нежно в щеку и шепчут на ухо ему приятные слова.

Жизнь минула у человека, – и он опять пришел сюда. Путь был нелегким, очень долгим. Лохмотьями одежда, обувь сбитая, – лишь подтверждение его пути. О чем он думал, перекрестков сколько прошагал? То только Богу было одному известно.

Однажды в жизни, полной смысла,

Утратил путник путеводную звезду.

Но сохранил он веру в сердце

И память сильную в своей душе.

Пройдя в пути большой дорогой,

Паломник вновь ее обрел.

Напутствие имел от Бога:

Жить дальше, верить и любить!

Создатель дал ему свой шанс

Без сожаления жизнь продолжить,

И чашу новых испытаний

До самого конца испить.

Паломник верил, что однажды,

Уже на склоне лет своих,

Он будет рад сюда вернуться,

Вслед за любимой в небо воспарить.

На то же облако подняться,

Где вместе с ней махать рукой,

О прежней жизни вспоминать и улыбаться,

На Землю свысока смотреть, и верить, и любить!

(Напутствие от Бога)

Прозрачное голубое небо в горах виднелось слишком низко. Казалось, вот оно перед тобой, ты просто руку протяни и до него дотронешься. «Хрустели» под ногами камни, и сильный ветер обдувал паломников тела. Колина группа спешно уходила далеко за поворот. Воздушные потоки из долины приносили еле ощутимое тепло. Коля постепенно начал согреваться. Если до этого казалось, что вся суть его промерзла, то теперь он оттаял, тепло разлилось в теле по сосудам и согревало его душу.

Большая птица, – редкая для этих мест, сорвалась со скалы. Над пропастью глубокой пролетела, захватывая дух паломников. Немного покружила и спустилась, развернулась рядом с человеком. Она ловила восходящие потоки, а путник в это время, позы не менял, все видел и отрешенно продолжал сидеть. Они о чем-то говорили: человек – венец самой Природы и ее посланник – птица. Хотя ни звука не слыхать: лишь только легкий ветер.

Старший руку поднял, и сам остановился, другие путники послушались его. Иные обернулись, стали наблюдать за птицей.

– Может, пойдем уже, чего остановились? Чего смотреть-то здесь? – так не терпелось парню силы испытать.

– Куда идем, ты сам-то знаешь? – ответил молодому Старший. – Закончилась уже бездумная дорога. Господь нам силы дал и этот путь. А мать – Природа – настораживает, посылает свои знаки. Стоим и не торопимся, и наблюдаем! – скомандовал он остальным. – Идти вперед всегда успеем.

Паломники насторожились – прислушались и попытались присмотреться. Они пытались что-то осознать: все та же тропка, по которой шли, и те же облака, что застилали гору. Извилистая речка с высоких гор брала свое начало. Она бежала очень быстро, окатывала камни и уступы. Бурным водопадом падала с высоких склонов. Внизу, в долине успокаивалась, растекалась медленно и разрезала яркую картину. Творец такой создал ее в своем воображении! Перемешал все краски мира: небесного, воздушного, земного. Живого мира и не живого. В ней были и трава зеленая для корма, на той, которой пасся скот; цветы с их терпким ароматом, что придавали степи желтоватый цвет. Там юрты одиночные виднелись. От них тянулись струйки дыма, жилища связывая тонкой белой нитью с хранилищем самих Небес. То наступало время для приготовления пищи.

Люди свой очаг топили, пекли «домашние» лепешки и готовили обед. Вот так давно людские души, ушедшие когда-то в небо, обозревали сверху нашу Землю.

«Ради таких моментов стоило родиться, все испытания пройти и этот путь проделать!» – с немым восторгом думал Коля.

А странник у обрыва приподнялся, оперся на свой посох и мешок закинул на плечо. Птица, «повисев» напротив, взмахнула резко крыльями. В необычайно быстром развороте она беззвучно полетела вверх. Товарищи под впечатлением расслабились, потом засобирались уходить, как где-то впереди и выше что-то необычное стало происходить. Сначала сильно загремело, «ручьи песка» спускались вниз, потом упала «каменная мелочь». За ней посыпались побольше камни, на тропу падали и грохотали, друг об друга разбивались. Большой валун скатился вниз и потянул с собой шлею булыжников.

Звук камнепада был огромной силы. Вибрацией своей и сотрясением, он «расходился» по земле. От страха и от неожиданности путники присели, кто-то из них не удержался на ногах – упал. Сердца заколотились, паника и страх животный охватывали души. Пока что было не понятно – опасность миновала или нет. А высоко над ними раздавались сильный гул и грохот.

Обвал

– Назад все! – Старший закричал, а путники невольно обернулись. Старик, за руку первого схватил, и по «ходившей ходуном» земле, увлек его с собой. Инстинкт сработал безотказно: уже в секунды группа убегала в десятке метров от опасного участка. Большие валуны и камни катились с грохотом, заваливали трόпу, «перелетали» дальше и падали в обрыв.