Казино - Олег Андреев

– Согласна, – чуть поколебавшись, ответила она. – Правда, в западных фильмах предложение пообедать заканчивается совместным завтраком на следующий день…

– Ну это уж как масть ляжет…

– Я червовая, – рассмеялась Лиза. – Только тачка нам не нужна – моя стоит за углом.

– Кудряво живешь, лимитчица. Хотя при твоей-то ловкости…

– Наблюдаешь за мной, значит. А почему не играешь на моем столе?

– Я же не дурак. Ладно, что мы все о работе да о работе? Поехали отмечать знакомство…

Отметили они замечательно. Сначала неторопливый, почти семейный обед в загородном ресторане, где и впрямь чудесно готовили, как много лет назад. Затем прогулка по осеннему лесу с шутливыми прятками, как в юности, и… неожиданным поцелуем. Потом жаркие объятия в машине. И разговоры, разговоры, разговоры. Они просто нашли друг друга: оба слегка побитые жизнью авантюристы, оба весьма остроумные собеседники и азартные игроки, играющие, правда, по разные стороны стола. Кончилось все тем, что за полночь они пробрались в номер Майдана и так же азартно предались любви.

Утром Майдан любовался беззащитно распростертым телом своей новой подруги и вдруг понял, что никакая она не брюнетка, а самая настоящая рыжеволосая красавица. Его вдруг осенила догадка, которую он тут же решил проверить.

– Лена, Лено-ок! – позвал он девушку.

– Ну что? – сонно спросила она. – Ох ты и ненасыт… – И вдруг резко села, распахнув свои зеленущие глаза. – Откуда ты узнал, кто я?!

– Вычислил, милая. Значит, ты та самая знаменитая Белка? Слышал я о тебе много, но увидел уже совсем не белкой, а… черной лаской. И чего это ты как Мата Хари в столицу приехала? Тебя бы и так с радостью взяли в любое казино при твоих данных.

– Заблуждаешься, голубчик. Козырев никогда не берет людей со стороны – он свои кадры выращивает. Вот и пришлось мне овцой прикидываться, школу его заканчивать. Знаешь, как тяжело было учиться.

– Что, так в Москву хотелось? Да ты же в своем Ростове-папе королевой была! И что нас так тянет сюда, как мух на мед? Постой-ка, кажется, начинаю допирать… Неужто Гиви заслал тебя как троянскую кобылку? Хочет отмывку наладить с твоей помощью? Лихо!

– Ну и что теперь? – нахмурилась она. – Придешь за мой стол пенки снимать за свое молчание? Присосаться решил?

– О чем ты? В мыслях не держу и не держал! Разве наша встреча задумана мною? Ты же сама ворвалась сюда.

– А теперь – вырвусь. Отвернись! Мне на работу пора. Еще надо суметь выбраться отсюда, черт…

Она спешно одевалась, а он стоял, глядя на сбегающие по оконному стеклу дождевые капли, и с горечью думал, что вот появилась наконец в его жизни женщина, которую ему хотелось бы защищать, холить и лелеять, радовать внезапными подарками после удачной игры, а вот поди ж ты, она сама игрок куда более крупный, и ох как заманчива перспектива приручить ее и сорвать на пару хороший куш…

– Да не психуй ты! – задернул он занавеску, словно пряча от себя соблазнительную картину. – Мне все равно, как тебя зовут, кто ты и зачем сюда приехала. Поверь, мне очень хорошо с тобой. Хочешь, я так и не подойду к твоему столу? – сам себе не веря, пообещал Майдан. – Вообще слиняю из вашего казино! Мало их по Москве, что ли? Да и из гостиницы сегодня съеду.

– Это еще почему?

– Обстоятельства, понимаешь, – уклончиво ответил он.

– Понятно: черная полоса, – догадалась Лиза-Лена. – А еще в кабаке чаевыми бросался. Ладно, – чмокнула она его в щеку перед дверью. – Ты уж уважь меня, сыграй со мной по чуть-чуть – не обижу. А насчет гостиницы ты прав – в какой-нибудь другой нам легче будет встречаться…

Глава 13

Перед стрелкой с Ладо Рифат решил встретиться с Ильей Михайловичем Кротовым, чтобы понять, откуда дует ветер неприятных перемен, встретились они в баньке при зимнем тренировочном зале престижного гольф-клуба, после того как погоняли для вида мячики по травяному полю.

– Ну какие опять проблемы, дорогой Рифат? – с места в карьер начал разговор Кротов.

Залимханову не понравилась такая агрессивность – она означала, что Илья Михайлович подготовился к неприятному разговору и тревога Машкова не случайна. Раньше они начинали свои деловые беседы с расспросов о новых домах, машинах, любовницах и последних заграничных поездках на отдых, а тут вдруг сразу о проблемах, да еще «опять»!

– Скажи, Илья, я тебя чем-нибудь обидел? Ты что-то скрываешь от меня? – Рифат тоже решил обойтись без дипломатии.

– Господь с тобой! – всплеснул пухлыми, уже покрывшимися первой росой пота ручками Кротов. – Разве я выгляжу обиженным? Мы друзья, встретились, выпьем еще по маленькой… Сидим вот в чем мать родила – откровеннее некуда.

– Тогда почему твои люди наезжают на мое казино?

– Наше, дорогой! Ты забыл, что там есть и мои интересы. А кто станет наезжать сам на себя? – по-ленински хитро прищурился Илья Михайлович. – Но не забывай, что мы с тобой там не числимся в официальных хозяевах.

– Зачем приходила эта налоговая сука? – в лоб спросил Рифат, имея в виду визит любвеобильной Серафимовой.

– Извини, дорогой, налоговые службы не в моем подчинении. Если кто-то приходил с плановой проверкой, не в моих силах помешать…

– Но интересовалась-то она именно системой фиксации крупных выигрышей, а ты знаешь, что это моя поляна.

– Она так сказала? – недовольно наморщил лоб Кротов. – Дура баба, дура… А что, есть что твоим мальчикам отмывать? Течет твоя алюминиевая река? – резко сменил он тему.

– Работаем помаленьку.

В виду имелась основная в последнее время деятельность братьев Залимхановых – алюминий. И текла эта река из России через Украину в далекую ЮАР, где Заур прикупил наряду с другой недвижимостью и небольшой металлургический завод. Работал он, по официальной версии, на вторсырье, поставляемом из России: самой развитой в Африке стране выгоднее было завозить алюминиевый лом из России, чем везти и перерабатывать бокситы из Ганы, Гвинеи и Нигерии. Рынок! Братья давно уже превратились из криминальных авторитетов в предпринимателей и с нетерпением, как и все им подобные полуолигархи, ждали так называемой «налоговой амнистии», планируемой новыми властями, чтобы легализовать все неправедно нажитые капиталы и во всю свою борцовскую мощь развернуться уже на родине – дома ведь и стены помогают. А пока они тихо вымывали алюминий и другие цветные металлы из таблицы Менделеева, прозрачной сеткой накрывшей просторы необъятной России.

– Вот ты говоришь: «обидел», «твои люди наезжают». Разве так между друзьями заведено? – уже и впрямь обиженно заговорил Кротов. – Кто тебе помог пробить лицензию на сбор цветного лома? Я. Кто обеспечил полсотни приемных пунктов по всему городу? Опять я. И что получил взамен? Ну о комиссионных я не говорю, а вот что после этого в половине московских домов поисчезали аллюминиевые перила, облицовки лифтов, стволы с пожарных рукавов – вся эта головная боль и меня коснулась, но никакой неустойки ты мне не выплатил. Ведь так?

– Да ладно тебе плакаться, Крот! – возмутился Рифат. – Все эти стволы поисчезали еще лет десять назад – ваши пацаны их на «тарзанки» порастаскали.

– Но бронзовые краны с гидрантов поскручивали уже по твоему заказу. Знаешь сколько квартир повыгорало из-за этого и во сколько это обошлось городу? А ремонтный запас проводов троллейбусного управления? Уж не для его ли рубки на куски я доставал для тебя гильотинные установки.

– Ничего подобного. Все знают, что у нас просто шинкуется алюминиевый лом после сортировки, чтоб его удобнее было перевозить в контейнерах. Наши прессованные кубы даже по телику показывали, хвалили, что не воздух возим, экономим на вагонах. А ты за раздолбанный десятитонный пресс с «почтового ящика» получил от меня десять «тонн зеленых», между прочим.

– Напоминаешь, да? Попрекаешь? А кто отбил тебя на Западной таможне, когда в одном из твоих кубиков ретивый новичок нашел заводские слитки авиационного дюраля? А если бы они другие порасковыряли, что бы там оказалось? Титан? Еще какие-нибудь оборонные железяки?

– А кто после этого получил в подарок «паджеро»? Ладно, Илья, хватит считаться. Это дело наше общее, обоих неплохо кормит. И я знаю, что ты его никому не сдашь.

– Это – не сдам. Потому что понимаю: оно для тебя все и ты за него пойдешь на все. Ведь завалишь меня, если из-за меня сгорит твой бизнес, зверь кавказский? – по-дружески шутливо шлепнула пухлая ручка по крутому плечу борца.

– Завалю, – серьезно пообещал Рифат, перехватывая ее всего двумя стальными пальцами, отчего Кротов громко ойкнул.

– Правильно! Потому что это ваше с Зауром кровное дело, ваше будущее. И мне, надеюсь, всегда перепадет горстка крошек с барского стола по старой памяти. А вот с казино нашим нужно разобраться. Да, когда-то мы крупно по тем временам вложились в это дело, поддержали Клоуна, и он в долгу не остался. Сколько вы с твоими абреками отмыли через него денег?