Тигры в красном - Лайза Клаусманн

— Да никто его не похищал.

Анита хлюпнула соком из раковины и осмотрелась по сторонам:

— Вечеринка что надо.

«Топ Лайнерс» свинговали вовсю, и музыка, казалось, заставила низко висящую луну сиять еще ярче на черном небе. Белые смокинги плыли в море платьев нежных оттенков розового и лилового, бежевого шелка и голубого льна. Белокурые головы клонились к темноволосым партнерам. Звяканье льда в стаканах и смех слышались сквозь музыку. Японские фонарики покачивались на невидимой металлической проволоке, а за ними все растворялось в ночи.

— Как думаешь, мы сможем стащить по бокалу шампанского?

— Ни за что, — сказала Дейзи. — Мама убьет нас.

— Жаль.

— Привет, девочки. — Это был отец Дейзи. — Веселитесь?

— Привет, пап. — Дейзи подумала, что отец в белом смокинге похож на Уильяма Холдена.[22] — Это Анита.

— Рад познакомиться. — Отец пожал Аните руку. — Как вам вечеринка?

— Просто потрясающе, мистер Дерринджер. Шикарно.

— Отлично, — рассмеялся отец Дейзи. — Что будете пить? Уверен, бармен сможет приготовить для вас парочку «ширли темпл».[23]

— Это было бы замечательно, — сказала Анита.

— Ладно, — вздохнула Дейзи.

Они последовали за отцом к бару.

— А если подумать, — он повернулся к ним, — как насчет капельки вина с водой? Нe будет ли это немного поинтересней?

— О да, пожалуйста!

У Аниты, казалось, перехватило дух от этого предложения.

Отец Дейзи поднял руку:

— Две капельки вина в два стакана воды для этих юных леди. (Дейзи заметила, как он подмигнул бармену.) Вот так, но не больше, хорошо? Почему бы вам не пойти послушать оркестр?

Дейзи и Анита, осторожно держа стаканы, спустились к эстраде. Они стояли в сторонке и слушали музыкантов, а пары танцевали на деревянном помосте. Одна женщина сбросила туфли и танцевала на мягкой траве со своим мужем, который то и дело оскальзывался на вечерней росе в своих туфлях. Они смеялись и крепко держали друг друга за плечи, чтобы сохранить равновесие. Это зрелище заставило и Дейзи рассмеяться, забыв о том, что произошло в доме. Она заметила, что музыкант с банджо смотрит прямо на нее. Она уставилась на него в ответ, он улыбнулся, и ее прошила дрожь волнения. На секунду Дейзи почудилось, что сейчас она раздуется до размеров этой желтой луны и лопнет. Но тут раздался голос матери, возвращающий ее на землю.

— Милая, — сказала мать. — Посмотри, кого я нашла.

Дейзи повернулась и увидела, как мать ведет к ним Тайлера, держа его за руку. Тайлер, одетый в белый смокинг, с аккуратно зачесанными назад волосами, во все глаза смотрел на мать в просвечивающем платье.

Дейзи была захвачена красотой вечера и пребывала в добром расположении духа и потому даже не расстроилась, что он не сразу посмотрел на нее.

— Привет, — улыбнулся Тайлер.

— Привет.

Дейзи была как в кино — когда парень встречает девушку и мир полон волшебства.

— Эй, — вклинилась Анита, — у тебя такой важный вид.

— А по-моему, он выглядит очаровательно, — сказала мать Дейзи.

— Спасибо, миссис Дерринджер. Вы тоже очаровательны.

— Ты очень любезен, Тайлер. Тебе нравится брошка Дейзи?

— Очаровательно.

Похоже, его заклинило на слове.

— Что ж, — улыбнулась мать, — развлекайтесь, дети. А мне нужно найти папу Дейзи и убедиться, что его не умыкнула какая-нибудь ведьма.

Она потрепала Тайлера по плечу и подмигнула Дейзи поверх его головы.

— Ты только что пришел?

— Ага. Но музыку слышно по всей Северной Водной улице. Роскошная вечеринка.

— Просто восхитительная, — сказала Анита.

— Что вы пьете? — Тайлер посмотрел на их стаканы.

— Отец попросил бармена налить нам вина с водой. — Дейзи ощущала себя ужасно изысканной.

Тайлер оглянулся на бар.

— А твой отец, похоже, молодец.

— Это точно.

Дейзи мысленно вознесла благодарность отцу.

— Он что надо, — добавила Анита.

— Я днем видел Пичес. Сказала, что придет с родителями.

— Для меня это новость, — резко ответила Дейзи.

— «Зло станет правдой, правда — злом»,[24] — произнесла Анита.

— Ну, она взбудораженная. Завтра у вас поединок. Большой матч.

— Угу. — Дейзи закусила нижнюю губу.

— Ой, да не волнуйся. Ты ее обязательно побьешь, — уверенно заявил Тайлер.

— Угу, — повторила Дейзи. Она не хотела сейчас думать о теннисе, яростном солнце и земляном корте.

— Пошли посмотрим, может, удастся стянуть немного шампанского, — предложил Тайлер, еще раз посмотрев на бар.

— Мама Дейзи… — начала Анита.

— Нет, все нормально, — поспешно сказала Дейзи. — Но я не знаю, как мы сможем это сделать. Сомневаюсь, что бармен нальет нам.

— Ну и ладно, — ответил Тайлер. — Даже если ничего не выйдет, хоть повеселимся.

Когда они пересекали лужайку, оркестр заиграл «Бедную богатую девочку».[25]

Ты зачарована, девочка, лучше берегись.

— Дейзи… Эй, Дейзи.

Дейзи узнала голос, и позвоночник у нее одеревенел. К ней направлялась Пичес, разряженная в бледно-розовое платье из сетчатой ткани, в цвет розе в ее волосах.

— Хрю-хрю, — прошептала Дейзи Аните.

— Она похожа на гигантский пузырек пепто-бисмола,[26] — хмыкнула Анита. — Привет, Пичес.

Пичес посмотрела на Аниту, ее глаза слегка округлились при виде черного платья, перевела взгляд на Дейзи и снисходительно улыбнулась. Затем повернулась и притворилась удивленной, словно только сейчас заметала рядом с ними Тайлера.

— Кого я вижу. Тайлер Пирс?

— Привет, Пичес, — сказал Тайлер. — Мне нравится твоя роза.

Пичес коснулась прически:

— Мама выращивает их. Розовое парфе. «Парфе» пo-французски значит «совершенство». Прошлым летом она с ними победила на конкурсе. — И улыбнулась Тайлеру, показав зубы; Дейзи подумала, что в лунном свете они еще больше похожи на лошадиные. — Так куда же вы, малыши, направляетесь?

— Если мы посвятим тебя в наш секрет, ты должна поклясться, что никому нас не выдашь.

— Обожаю секреты! Неужели ты этого не знаешь, Тайлер Пирс?

— Отлично, — засмеялся Тайлер. — Мы хотим стянуть шампанское из-под носа у бармена. Хочешь присоединиться?

— Показывай дорогу, — велела Пичес, подхватывая Тайлера под руку.

Дейзи с радостью выдрала бы розу из ее волос и растоптала. Она посмотрела на Аниту.

— Не переживай из-за этой курицы. Завтра отыграешься, — сказала Анита. — Я могу поколдовать со струнами на ее ракетке, если хочешь.

— Забудь, — ответила Дейзи. Она погладила жемчужную брошку. — Пойдем.

Они последовали за Тайлером и Пичес к бару.

Тайлер обернулся к Дейзи:

— Похоже, бутылки под надежной охраной.

— Пустяки, — заявила Пичес. — Папа позволяет мне выпить бокал шампанского на вечеринках. Я попрошу.

Они наблюдали, как Пичес уверенно подходит и заговаривает с барменом и тот послушно принимается наполнять два бокала. Вот о чем говорила мать, поняла Дейзи. Это и есть нечто. Ей захотелось плакать. У нее этого нет и никогда не будет. Никто ее не полюбит, не поцелует, не говоря уж о том, чтобы угостить шампанским. Она проклята.

Пичес вернулась с двумя бокалами и протянула один Тайлеру:

— Вот, держи.

— Эх, Пичес, — сказал он. — Ты что, не могла взять четыре?

Она беспомощно посмотрела на него.

— Ну да ладно. Девочки, я с вами поделюсь. Но давайте-ка отойдем туда, где нас не увидят родители.

— Можем пойти к старому леднику за домом, — предложила Дейзи.

— Отлично, — одобрил Тайлер.

— Отлично, — повторила Дейзи, взяла Тайлера за руку и мило улыбнулась Пичес.

Они расположились на задней лужайке и принялись рыться в футлярах музыкантов, брошенных на траве. Анита пыталась дуть в запасной мундштук, который нашла в футляре от трубы, а Дейзи сделала первый глоток из бокала Тайлера. Она воображала, что почувствует его сладкое дыхание, сохранившееся в бокале, откуда он отпил. Но шампанское оказалось горьким и обожгло небо. Она провела рукой по теплой траве. Хотелось сбросить туфли, как это сделала мать, когда лежала на этом самом месте днем, но почему-то ей показалось, что это все равно что раздеться догола.

Пичес цедила шампанское мелкими глоточками, держа бокал за ножку и оттопырив розовый мизинец.

Анита вернула блестящий мундштук на место и легла на спину, забросила руки за голову.

— «Как сладостно звучат слова влюбленных в ночной тиши, лелея нежно слух, как музыка!»[27] — сказала она небу.

Дейзи улыбнулась Тайлеру и протянула ему бокал.

— Черт, шампанское — это здорово, — сказал Тайлер, допивая остатки.